Зима мира - Кен Фоллетт

Они направились прямо к ряду линкоров.

Вуди перестал снимать и сказал:

– Это же не может быть настоящий налет, правда?

В его голосе прозвучало не только сомнение, но и страх.

– Откуда здесь взяться японским самолетам? – недоуменно сказал Чак. – До Японии почти четыре тысячи миль! Ни один самолет столько не пролетит.

Потом он вспомнил о японских авианосцах, ушедших в радиомолчание. Отдел радиоразведки полагал, что они в своих территориальных водах, но подтвердить это они так и не смогли.

Он поймал взгляд отца и догадался, что тот вспомнил этот же разговор.

Все вдруг стало ясно, и недоумение сменилось страхом.

Ведущий самолет пролетел на бреющем полете над «Невадой», стоящей последней в ряду линкоров. Раздался пушечный залп. Матросы на палубе кинулись врассыпную, оборвалось диминуендо брошенных оркестровых партий.

Роза, сидевшая в лодке, закричала.

– Господи Иисусе на небесах, это налет! – произнес Эдди.

У Чака заколотилось сердце. Японцы бомбили Перл-Харбор, а он был на крошечном суденышке посреди бухты. Он посмотрел на испуганные лица окружающих – родители, брат, Эдди – и осознал, что все, кого он любит, находятся с ним в одной лодке.

Из брюха самолетов начали вываливаться торпеды – длинные, напоминающие по форме пули – и падать в тихие воды залива.

– Эдди, поворачивай назад! – завопил Чак, но Эдди уже и сам это делал, выписывая лодкой крутую дугу.

Когда они развернулись, Чак увидел над авиабазой Хикхем другое звено самолетов с большими красными кругами на крыльях. Это были пикирующие бомбардировщики, и они, подобно хищным птицам, снижались над американскими самолетами, которые идеальными рядами стояли на взлетных полосах.

Сколько же там этих чертовых гадов? Казалось, половина всех военно-воздушных сил Японии собралась сейчас в небе над Перл-Харбор.

Вуди все еще фотографировал.

Чак услыхал грохот где-то в глубине, словно подземный взрыв, и сразу же – еще один. Он резко обернулся. Над бортом «Аризоны» взметнулось пламя и повалил дым.

Корма моторной лодки погрузилась глубже – Эдди прибавил ходу.

– Скорей, скорей! – сказал Чак без необходимости.

Чак услышал с одного из кораблей настойчивый ритмичный звук боевой тревоги, дающий команде сигнал занять свои боевые позиции, и понял, что действительно идет бой, а его семья – в самой середине. В следующий миг на острове Форд зазвучала сирена воздушной тревоги: звук начинался с низкого стона и взлетал вверх, достигая отчаянно высокой ноты.

Раздалась долгая череда взрывов со стороны ряда линкоров, когда достигли цели торпеды.

– Посмотрите на «Западную Виргинию»! – вскричал Эдди. – Она кренится на левый борт!

Чак видел, что он прав. Со стороны атакующих самолетов борт судна был в пробоинах. В считаные секунды внутрь хлынули, должно быть, десятки тонн воды, и огромное судно закачалось из стороны в сторону.

Та же судьба постигла стоящую рядом «Оклахому», и Чак, к своему ужасу, увидел, как матросы беспомощно скользили, перекатывались через леера и падали за борт, в воду.

Моторку закачало на волнах, поднявшихся от взрывов. Все ухватились за борта.

Чак увидел, как градом посыпались бомбы на базу гидросамолетов, находящуюся на ближней оконечности острова Форд. Самолеты стояли близко друг к другу, и хрупкие воздушные суда разбивало на мелкие кусочки. В воздух взлетали осколки крыльев и фюзеляжей, как листья в ураган.

Натренированный в разведке ум Чака пытался определить модели японских самолетов, и сейчас он заметил у атакующих третий вид, смертоносный «Зеро», лучший в мире палубный истребитель. Они были оснащены всего двумя маленькими бомбами, но кроме того – спаренными пулеметами и двумя двадцатимиллиметровыми пушками. Видимо, в этой операции они должны были сопровождать бомбардировщики, защищать их от американских истребителей, вот только все американские истребители были все еще на земле, а многие – уже уничтожены. Это освобождало «Зеро», и они могли стрелять по зданиям, оборудованию и персоналу базы, находящемуся на земле.

Или, подумал Чак со страхом, расстрелять очутившуюся на середине бухты семью, отчаянно пытающуюся добраться до берега.

Наконец Соединенные Штаты стали отстреливаться. На острове Форд и на палубах еще не поврежденных кораблей ожили зенитные орудия и обычные пулеметы, вплетая в смертельную какофонию свою скороговорку. Снаряды зениток рвались в воздухе, словно расцветали черные цветы. Почти сразу же пулеметчик с острова подбил пикирующий бомбардировщик. Кабина загорелась, и самолет упал в воду, подняв огромный фонтан брызг. Чак обнаружил, что яростно кричит, потрясая в воздухе кулаками.

Накренившаяся «Западная Виргиния» стала возвращаться в вертикальное положение, но продолжала погружаться, и Чак понял, что капитан, должно быть, открыл кингстоны правого борта – чтобы судно, уходя на дно, держалось прямо, давая команде больше шансов спастись. Но «Оклахоме» не так посчастливилось, и все смотрели в священном ужасе, как огромный корабль начал переворачиваться.

– О боже, посмотрите на команду! – сказала Джоан.

Моряки изо всех сил карабкались по круто вздымающейся палубе и через леера правого борта в отчаянной попытке спастись. Но это были счастливчики, понял Чак, когда огромное судно в конце концов с ужасным треском перевернулось вверх дном и начало уходить под воду: ведь сколько сотен человек осталось внутри корабля!

– Держитесь крепче! – заорал Чак. Приближалась гигантская волна, поднятая перевернувшейся «Оклахомой». Папа схватил маму, Вуди держал Джоан. Волна дошла до них и подняла моторку на невозможную высоту. Чак покачнулся, но еще крепче вцепился в борт. Лодка осталась на плаву. Следующие волны были поменьше, лодку качало, но все остались невредимы.

Однако они все еще были в доброй четверти мили от берега, взволнованно подумал Чак.

К их изумлению, «Невада», которую обстреляли еще в самом начале, двинулась с места. У кого-то хватило присутствия духа дать сигнал всем кораблям направляться в море. Если им удастся выбраться из бухты, они смогут рассредоточиться и будут представлять собою уже не такие легкие мишени.

Но тут со стороны ряда линкоров раздался грохот раз в десять сильнее всего, что было раньше. Взрыв был такой силы, что Чак почувствовал порыв ветра, ударивший его в грудь, хотя он находился почти в полумиле. Из орудийной башни номер два на «Аризоне» полыхнуло пламя. В следующую долю секунды передняя половина корабля взорвалась. В воздух медленно, как в кошмарном сне, взлетели обломки, погнутые пластины и искореженные стальные фермы – как разлетаются обрывки горелой бумаги от костра, когда жгут мусор. Нос корабля окутали дым и языки пламени. Высокая мачта пьяно наклонилась вперед.

– А это что? – спросил Вуди.