Крадущаяся тень - Джонатан Страуд

Трудно было передать словами, что же именно мне кажется. С одной стороны, сквозь клубящийся туман вроде бы ощущалось пространство ангара и все, что в нем находилось. Двери, ящики, металлический шест, деревянная платформа в конце зала – они вроде бы просматривались, хотя и как-то странно, плоско, словно двухмерный бледный рисунок карандашом на листе бумаги.

С другой стороны…

Цепь, вот что меня добило. Железная цепь.

Вам доводилось смотреть со стороны на стакан лимонада с опущенной в него соломинкой? Если доводилось, то вспомните, как смещается в сторону соломинка в той точке, где она проходит через поверхность лимонада. Словно ломается, делится на две половинки. Это странное явление Джордж по-научному называет рефракцией. Так вот, наша железная цепь вела себя в точности так же, как эта самая соломинка в лимонаде. Вот она, цепь, проходит рядом с нами, на уровне плеча, и ее звенья покрыты льдом. Обернувшись, можно проследить цепь до того самого металлического шеста, возле которого свалился на землю тот чувак в железном скафандре. Линия, по которой натянута цепь, должна быть прямой, это мне известно, ведь я сама шла вдоль нее, перебирая руками. Но прямой эта линия не выглядела. В той точке, где цепь пересекала границу железного кольца, она, казалось, смещается в сторону и при этом становится заметно бледнее по цвету.

Почему? Поведение цепи озадачило меня и встревожило.

А где, скажите, команда Ротвелла? Мы только что слышали, как они вернулись в ангар. Собственно говоря, именно поэтому мы с Локвудом и стоим сейчас, хватаясь за обледеневшую цепь, в самом центре этого идиотского ангара, а вокруг нас как стая птиц кружат злобные духи.

Итак, мы стоим здесь, а вот людей Ротвелла, как ни напрягай слух или зрение, не слышно и не видно. Куда они подевались?

Одно только утешает – если мы их не видим и не слышим, то и они нас тоже.

– Тот мужик в доспехах, – сказала я. – Ты действительно уверен в том, что он был Крадущейся Тенью, которую мы видели на кладбище возле церкви?

– На сто процентов, – кивнул Локвуд. – Правда, не могу понять, как так получилось, что когда мы видели его там, он был прозрачным, как дух. Он же был прозрачным, ты помнишь, правда? И какая связь между этой цепью и Олдбери Касл? Ведь отсюда до деревни пара километров, это во-первых. И никакой цепи мы там не видели, это во-вторых. Нет, ничего не понимаю.

Если уж Локвуд ничего не понимал, то я и подавно.

– Подождем еще несколько минут, – сказал он.

И мы продолжили стоять в центре железного кольца, окруженные стаями кошмарных видений, но молча смотреть на них у меня больше не было сил, и я решила заговорить.

– Локвуд, – сказала я. – Мой уход…

– Да?

– На самом деле, я ушла тогда из агентства по твоей вине.

Он посмотрел на меня из-под заледеневшего капюшона, спросил удивленно:

– Вот как? Почему же?

– Потому что, – ответила я, глубоко вдохнув морозный воздух, – потому что ты постоянно рисковал собой ради меня. Согласись, что это так. И я поняла, что, оставаясь в агентстве, я буду постоянно подвергать твою жизнь опасности. А потом случился тот призрак под универмагом Эйкмеров. Он показал мне будущее, в котором ты умираешь ради меня. Я поняла, что все кончится тем, что ты убьешь себя, а я бы этого не перенесла, Локвуд. Просто не пережила бы. И поэтому я ушла. Решила, что так будет лучше для всех.

– Так значит, ты ушла не из-за Холли?

– Как ни странно, нет. Из-за тебя.

– М-м… – медленно кивнул он. – Понимаю.

Я ждала. Из мутного тумана к нам протянулись бледные костлявые пальцы. Затем судорожно задрожали и отдернулись назад.

– Ты ничего не хочешь мне сказать? – не выдержала я.

– А что тут скажешь? – ответил Локвуд, разглядывая свои обледеневшие перчатки. – Возможно, ты поступила правильно. Буду реже с тобой видеться – дольше проживу. Хотя, если учесть то, как я живу, – он кивком указал на кружащих в тумане злых духов, – мне по-любому слишком долго не протянуть.

– Ничего, из этой переделки мы с тобой выберемся, обещаю, – сказала я, и притронулась к перчатке Локвуда.

– Из сегодняшней? Конечно, выберемся! Только я не об этом. Знаешь, Киппс был прав, да и Ротвелл тоже, когда сказали, что я не умею тормозить. Если я решаюсь на что-то, никогда не выбираю самый безопасный путь, наоборот, лезу напролом. Рано или поздно, удача отвернется от меня, на том все и закончится. Но я всегда был таким и другим не стану.

Я подумала о закрытой спальне на Портленд-Роу и спросила:

– Почему это так, как ты думаешь?

Локвуд задумался, встретился со мной глазами, затем его взгляд скользнул за мое плечо.

– Не оборачивайся, – сказал он. – Я снова вижу дух Соломона Гаппи. Другие призраки, похоже, избегают его, а это говорит о том, что и мертвые обладают вкусом… Так, все, Гаппи пропал. Слушай, Люси, спасибо тебе за то, что рассказала мне, почему ты ушла. Однако позволю заметить, что в данную минуту ты сама стоишь рядом со мной, окруженная целой толпой призраков…

– Да, верно, – сказала я. – Но, честно говоря, сама не понимаю, как это получилось.

– Нет-нет, я не жалуюсь, не подумай. Напротив, я рад, что ты со мной. Думаю, спасешь меня, если что.

Эти слова согрели меня лучше всякой колдовской накидки, и я улыбнулась Локвуду.

– Хочу еще кое-что сказать, – добавил он. – Когда мы были в доме Гаппи, ты упомянула о том, что идея пригласить тебя принадлежит Пенелопе Фиттис. Не надо, не отрицай. Было это, было. Так вот, Пенелопа, конечно, может думать, что это была ее идея, но на самом деле я всю зиму искал вескую причину вернуть тебя. Тянул? Да. Но только потому, что без веской причины ты просто послала бы меня куда подальше. Я прав?

– Прав, – кивнула я. От этого движения затрещал лед на моем капюшоне. – Послала бы.

– Фиттис предоставила мне прекрасную возможность, и я ей воспользовался. Но мы ушли в сторону, поэтому я просто добавлю, – он прокашлялся, – что если ты когда-нибудь захочешь вернуться в «Локвуд и компания»… ну, как полноправный, постоянный сотрудник… как коллега, товарищ, а не как клиентка, временная помощница, или кто ты там сейчас… то мы оба успеем получить, по крайней мере, удовольствие от работы друг с другом… до моей преждевременной кончины.

Он посмотрел на меня.

Я ничего не сказала. Вокруг нас визжали, кривлялись призрачные тени. Мы с Локвудом стояли и смотрели друг на друга.

– Ну, как? – спросил он.

– Заманчиво.

– Подумай над этим.

– Да.

– Что – да?

– Да, я хочу вернуться, мне и думать нечего. Если ты примешь меня, конечно. И если остальные тоже примут.

– Ну, их я беру на себя. Правда, Джорджу придется подыскать другое место, чтобы хранить свои трусы, но это поправимо, – глаза Локвуда хитро блеснули. Он улыбнулся мне и добавил: – Нам с тобой нужно чаще стоять вдвоем внутри набитого призраками кольца. Любую проблему на раз-два решим в такой обстановке… – Его голова дернулась назад. – Держись крепче…