Иоганн Кабал, некромант - Джонатан Л. Говард

– Ты маленький ублюдок! – прорычал он.

Сатана откинулся на троне.

– Генерал, вы выглядите расстроенным. Хотите поговорить об этом?

Не глядя на некроманта, разъяренный Слейбут прогремел:

– Этот… человечишка расклеивал объявления в первых трех кругах Ада!

Кабал стоял совершенно спокойно, разве что сторонился крошечных огненных капель лавы, что летели с тела Слейбута.

– А-а, – протянул Князь тьмы; его это сообщение едва заинтересовало: он все еще обдумывал ситуацию с душами. – И что же в этих объявлениях?

– Там… – впервые генерал не мог подобрать слов и, судя по всему, смутился. – Это личное.

Сатана взглянул на Бетти – секретарь упорхнула, а спустя несколько секунд вернулась с маленьким плакатом в руке. Сатана взял его и принялся читать:

«НАСТОЯЩИМ ДОВОЖУ ДО СВЕДЕНИЯ ЖИТЕЛЕЙ ЭТИХ РАЙОНОВ АДА, ЧТО АРХИДЕМОН РЕЙТУТ СЛЕЙБУТ, ГЕНЕРАЛ ОРД ИНФЕРНО, ОТНЫНЕ ЖЕЛАЕТ, ЧТОБЫ К НЕМУ ОБРАЩАЛИСЬ ПОСРЕДСТВОМ ПРЕДПОЧИТАЕМОГО ИМ РАНЕЕ ИМЕНИ, А ИМЕННО КАК К ПЛУТУ СЛАЙБУТУ, РАСХИТИТЕЛЮ МОЛОКА И ЗАПУТЫВАТЕЛЮ ШНУРКОВ, ИСТОЧНИКУ ПОМЕХ ВО ВРЕМЯ МУЗЫКАЛЬНЫХ РАДИОПЕРЕДАЧ И РАСПРОСТРАНИТЕЛЮ НЕЖЕЛАТЕЛЬНОЙ ПОЧТЫ».

Сатана нахмурился:

– Я на днях слушал по радио концерт Паганини, один из моих любимых, но на волне постоянно раздавалось шипение и хлопки. Так, значит, это твоих рук дело?

– Нет! – сгорая от стыда, крикнул Слейбут. – Это ложь! Все, что написано на плакате, не про меня! Этот смертный, – он ткнул пальцем в Кабала, который при виде подобных манер раздраженно фыркнул, – он все выдумал!

– Но ведь тебя звали Плут Слайбут? Я в этом уверен.

– Ну да. Это правда. Но все уже давно в прошлом. Да в те времена еще даже радио не изобрели! Клевета!

– О, как неловко, – сказал Князь тьмы. – Я ведь Отец лжи. Как странно, что я не распознал собственных детей.

И он цыкнул.

Слейбут-Слайбут повернулся к Кабалу.

– Как же я рад, что ты проиграл пари, смертный, – теперь я убью тебя. Готовься к смерти!

Если генерал думал, будто некромант съежится от страха, его ждало разочарование. Потому как Кабал в этот момент предостерегающе покачал пальцем и указал на Сатану.

– На самом деле, если подумать, – заговорил Князь тьмы ровным тоном, что не предвещало ничего хорошего, – пари заключалось со мной, капрал Слайбут. Если у кого и есть право убить Иоганна, так это у меня. Но так уж получилось, что мы здесь с мистером Кабалом пересматриваем условия сделки. Поэтому я буду благодарен, если вы вернетесь в бараки и перестанете лезть в дела, которые вас не касаются.

– Не касаются меня? НЕ КАСАЮТСЯ МЕНЯ? Чтобы вы знали… Погодите-ка. Минутку. Что вы там сказали? – голос демона упал до шепота, словно он не мог поверить своим ушам. – Капрал Слайбут?

– Вы все верно расслышали, капрал. В последнее время я был недоволен вашими действиями. Пора вас подстегнуть.

– Капрал, – с отвращением повторил Плут Слайбут.

– На вашем месте я бы не относился к этому как к понижению в должности. Хотя, по сути, так оно и есть. Считайте это вызовом. В первый раз вы молниеносно добрались до высшего ранга.

– За тысячу двести лет, – Слайбут делал ударение на каждом слове.

Бывший генерал медленно снял шлем, грустно посмотрел на него и положил к ногам Сатаны, после чего так же медленно заскользил из пещеры. Князь тьмы захохотал еще до того, как фигура Слайбута скрылась из виду, чтобы он мог услышать его смех.

– Порой вы бываете таким узколобым, – сказал Кабал.

Сатана смахнул слезинку.

– Это ты расклеил объявления, не я.

– Я не претендую на то, чтобы меня обожествляли.

Сатана косо посмотрел на некроманта.

– Ну-ну. Как бы то ни было, перейдем к делу. У тебя есть товар, который я бы хотел приобрести. Не сомневаюсь, что и у меня найдется то, чего ты жаждешь. Заключим сделку?

– Нечего тут торговаться. Ты вернешь мою душу в обмен на коробку? Да или нет?

– Ну уж нет, так не пойдет. Ты разве забыл, что среди прочих моих созданий были юристы? Меня не интересует коробка. Я хочу ее содержимое.

Сатана обрадовался, увидев, как за стеклами очков глаза Кабала сузились (живя в пещерах, наполненных серными парами, поневоле научишься видеть сквозь затемненные стекла). Некромант и правда собирался облапошить самого Сатану. За прошедший год Иоганн явно переменился.

– Я не один из тех простаков, Кабал, не забывай об этом.

Целый долгий миг некроманта раздирали сомнения. Сатана уж было забеспокоился – а что, если Иоганн решит пожертвовать собой и спасти подписавших контракты? Не мог же он настолько измениться?

– Что ж, хорошо, – наконец ответил Кабал. – Ты получишь содержимое. Коробку отдам бесплатно.

– По рукам. – Сатана громоподобно засмеялся. – По рукам!

Со стен начали откалываться камни. Кабал принялся оглядываться: он вдруг испугался за свою жизнь. Не мог же Сатана нарушить условия сделки, которую только что заключил? Из стен выдвинулись ряды – на них расселись многочисленные летающие создания. Из небольших туннелей, которые раскрылись, подобно клапанам в породе, повалили бесы. Несколько тут же упали в лаву, но на то они и бесы.

Огромный и злобный, Сатана поднялся с трона. Его голова практически скрылась в вонючих облаках. Задрожал пол – за спиной Сатаны вставали генералы, князи, бароны: Ваалберит, Вельзевул и Карро, Мельморо, Шакарл и мистер Рансибл, Оливье, Левиафан и Йог-Сотот, который оказался там просто потому, что не мог не прийти.

– Прости, Иоганн Кабал. Я слишком самолюбив. Не могу издеваться над тобой без публики.

Затем Князь тьмы обратился к собравшимся:

– Леди. Джентльмены. И прочие создания, не поддающиеся описанию. Пред нами стоит человек, который пытался одолеть меня, обмануть меня.

Все вокруг закричали, зашипели, заулюлюкали. Застучали копыта, раздались трубные звуки. Сатана поднял руку, призывая к тишине, которой ему ненадолго удалось добиться.

– Этот человек готов был отправить на вечные муки сто душ своих собратьев.

Послышалось несколько отрывистых возгласов.

– Ради того, чтобы получить обратно свою бессмертную душу, это едва ощутимое облачко духа, которое он никогда не ценил, пока имел. Но потом, когда души не стало, он готов был за нее продаться с потрохами.

И тут, словно дешевый фокусник на детском празднике, Сатана вытащил душу Кабала.

С кончика изысканно наманикюренного ногтя на указательном пальце свисало унылое грязно-белое полотно, походившее на простыню из дешевого отеля. Лишенная разума, обездоленная, душа все же чувствовала присутствие своего владельца и извивалась. Кабала охватило слабое, но приятное ощущение, будто он впервые за долгие годы отправлялся домой, будто скоро все станет как прежде. Он бросил коробку на пол и отошел.