Любовница лилий - Ярослава Лазарева

– Так вот почему он не хотел жениться на мне, – вдруг сказала она, глядя остановившимися глазами на труп. – Сейчас мне все ясно!

– Да-да, он был неизлечимо болен, – подтвердил Идрис, быстро сориентировавшись. – Врожденный порок сердца… Поэтому не мог жениться. И давай уйдем отсюда!

– Нет! Я не оставлю его… – сквозь рыдания ответила Лиза.

– Я все сделаю сам, – настойчиво проговорил Идрис. – Тебе совсем не нужно общаться с местной полицией. Начнутся расспросы, что да как…

– Нет… – прошептала она.

Идрис пристально посмотрел в ее заплаканные глаза. Пришлось применить гипнотическое внушение. Девушка замерла. Он сжал ее виски и четко проговорил:

– Ты сейчас отправишься домой и ляжешь спать. Я потом позвоню тебе и все расскажу.

Она кивнула, сильно побледнела, но плакать перестала. И, не глядя на мертвого возлюбленного, покинула грот. Идрис достал айфон и вызвал помощников. Они были наготове и ждали неподалеку. Один из них отправился сопровождать девушку, все еще находящуюся под воздействием, другой занялся двойником. Тело облили бензином и сожгли. Идрису пришлось нелегко. Он контролировал уходящую Лизу и одновременно создавал защищающий энергетический экран, который не выпускал дым из грота. Но двойник сгорел быстро, дым развеялся, следов не осталось.

Все получилось, как он задумал. Лиза своими глазами увидела, как ее любимый умер. Он позвонит ей и сообщит, что тело кремировано, а прах, по желанию ее любимого, увезен на родину. Двойник исчез, Виктор хоть и снова полон энергией любви, но избавлен от воспоминаний о той, которая вызвала это чувство.

Отныне его лучший ловец свободен…

Сообщество мертвых роз

Запись на Стене:

Данте Алигьери, «Божественная комедия», цитаты:

«…Их свергло небо, не терпя пятна; И пропасть Ада их не принимает, Иначе возгордилась бы вина».

«…И смертный час для них недостижим, И эта жизнь настолько нестерпима, Что все другое было б легче им. Их память на земле невоскресима; От них и суд, и милость отошли…»

«…А ты уйди, тебе нельзя тут быть, Живой душе, средь мертвых!»