Непристойные предложения - Уильям Тенн

– Вчера его нарезал, – продолжил он, когда робот принес коробки. – Концовка получилась смазанная, но когда пришло извещение, я просто отправил всех твоих друзей-актеров по домам. Бесплатно не работаю, нет, сэр. Но все-таки я его нарезал по всем правилам, и знаешь что? Получилось отлично. Вот.

Я поровну распределил коробки между нами.

– А в нем есть то чудесное устройство, о котором ты говорил? Старая Добрая Перетасовка?

– Только она и есть. Лучшая перетасовка оригинального сценария, что когда-либо делал Хоган Шлестертреп. О да. То, что вам нужно. Просто обратите внимание на мою методу – и вскоре будете создавать стерео, достойные Голливуда. Чего не скажешь обо мне.

– Мы даже не мечтаем достичь подобных вершин, – кротко сказал я. – Нам достаточно дара цивилизации.

– Все нормально, – отмахнулся он, покачиваясь. – Не благодари меня. Благодари меня. Эти два стерео – одни из лучших любовных историй всех времен и народов, и сняты по последним голливудским методикам одним из величайших режиссеров в период его расцвета… Я вот что хочу сказать: мне велели привить вам культуру – так я вам ее привил, и если им не нравится, пусть…

Тут он внезапно рухнул на стул. Мы терпеливо подождали новых откровений, но, поскольку он был явно занят необычной людской манифестацией, в итоге отбыли без дальнейших формальностей.

Когда мы без происшествий выбрались из окрестностей купола, я велел помощникам поспешить к нашим двум удаленным аппаратам и приготовить их для немедленного просмотра нового стерео.

– Помните! – крикнул я им вслед. – Перемены, которые привнесло в наш образ жизни Первое Стерео, не сравнятся с тем, что может сделать Старая Добрая Перетасовка!

И я оказался прав. Внедрение Старой Доброй Перетасовки…

Впервые я увидел ее вместе с сотней других плухх на нашей горе. Когда она закончилась, все мы лишились дара речи. После долгой паузы, которую никто не решался прервать комментарием, нзред-нзредд предложил мне вновь посмотреть Первое Стерео, а сразу за ним – Старую Добрую Перетасовку, чтобы нам было легче их сравнить.

Так мы и сделали – но пользы от этого было немного.

Эту проблему предстоит решить вам. Пусть мой рассказ обо всей истории взаимоотношений между мной и Хоганом Шлестертрепом и я сам помогут вам в поиске решения! Я стар и, как уже говорил, готов быть съеденным; вы же вылупились в самый разгар предварительного этапа нашей культуры – и потому вам искать путь, путь, которого не может не быть, из этого тупика, где мы непродуктивно топчемся.

С вашего вылупления минуло всего несколько дней – но вы уже видели и Первое Стерео, и Старую Добрую Перетасовку, столько раз, сколько позволяют условия. Вы должны понимать, что их объединяет один вопрос.

Существенное различие между Первым Стерео и Старой Доброй Перетасовкой заключается в том, что в последней сроб, мленб, ткан, флин, блап и нзред покидают матримониальное собрание; гуур же с любовью преследует их и наконец спасает от гигантской пятнистой змеи; в первом происходит прямо противоположное. Нежное воссоединение в конце осталось неизменным, за исключением того, что в заключительной сцене Старой Доброй Перетасовки мленб не пятится в свою грязную нору, а поскальзывается и грузно падает.

После первых показов гуурр начали громко возражать, что люди не могли требовать, чтобы они, слабые и медлительные, убивали гигантских пятнистых змей. Однако столкнувшись с неоспоримыми доказательствами, пошли на попятную и стали утверждать, будто Первое Стерео представляло собой цивилизацию, а второе – альтернативное варварство.

На это другие полы возразили, что Старая Добрая Перетасовка – не альтернатива, но финал нашего культурного процесса. Кроме того, следование Первому Стерео привело к неприятному и беспрецедентному избытку гуурр – и есть ли лучший способ избавиться от них, чем этот в высшей степени селективный метод? Судя по всему, змеи, в достаточной степени разозленные нападающими гуурр, проглатывают их…

Разумеется, мленбб тоже столкнулись с трудностями – нужно ли (и если да, то как) проникать в свои норы сразу после собрания? Но это был второстепенный вопрос.

Некоторые новые семьи плухх пытались следовать методике Первого Стерео; некоторые – второго. Отдельные варварские особи проигнорировали высокое предназначение своего вида и покинули сообщество плухх, дабы вернуться к примитивным подходам наших предков; но поскольку лишь немногие индивидуумы с высокой вариабельностью снизошли до такого атавизма, их потомство быстро вымирает – что к лучшему.

Большинство плухх разделены на две крупные группы: гуурр, верящих в цивилизационную логику Первого Стерео, и другие полы, принимающие только Старую Добрую Перетасовку. Конечно, есть еще несколько альтруистичных нзредд и флинн, которые согласны с гуурр, и наоборот…

Для успешного размножения требуется сотрудничество всех семи полов. Но как нам его достичь, спрашивают плухх, если мы не знаем, какое стерео является цивилизованным? Подойти вплотную к освобождению от пищевого рабства – и по причине интеллектуальной неполноценности… За последние одиннадцать циклов мы не отпраздновали ни одного матримониального собрания.

Будучи членом дошлестертреповской семьи, я сохраняю нейтралитет. Мое собрание миновало; ваше, о мои разнообразные нзредди, еще впереди. И в одном я уверен.

Ответ кроется не в первом стерео и не во втором, а в их единении – в сущности взаимоотношений, которая должна быть в обоих и которая, будучи обнаружена, устранит кажущееся несоответствие. Помните, эти стерео – продукт высокоцивилизованного создания.

Где искать эту сущность взаимоотношений? В исходном стерео? В Старой Доброй Перетасовке? Или в книге, которую я так и не дочитал, в «СОКРАЩЕННЫХ ПРЕДПИСАНИЯХ МЕЖПЛАНЕТНОЙ КУЛЬТУРНОЙ МИССИИ, АННОТИРОВАННЫХ, С ПРИЛОЖЕНИЕМ СТАНДАРТНЫХ РАБОЧИХ ПРОЦЕДУР ДЛЯ МИССИЙ СОЛНЕЧНОЙ СИСТЕМЫ»?

Человечество решило эту проблему – и теперь сметает звезды со своего пути. Мы должны решить ее – или исчезнем как раса, пусть и цивилизованная.

Но мы не решим эту проблему – и это чрезвычайно важно, – мы не решим ее посредством отвратительной, совершенно бессмысленной уловки, к которой все чаще прибегаете вы, молодежь. Я имею в виду непристойные, извращенные семьи из шести полов…

ПОСЛЕСЛОВИЕ

Если кому-то интересно, изначально рассказ назывался «Старая Добрая Перетасовка». Купивший его редактор поменял название, и, хотя оно мне и не нравится, именно его используют в антологиях.

С точки зрения длины «Венера и семь полов» долгие годы занимал первое место среди моих рассказов. Я писал его, окруженный пришпиленными кнопками схемами, на которых было нарисовано, какой пол что и с кем делает. Все это время мой брат Мортон сидел в углу кабинета и лихорадочно разрабатывал хромосомные паттерны. Когда я закончил рассказ, мы провели маленькую церемонию, и Мортон засвидетельствовал мою клятву: с этого дня я буду использовать только человеческих персонажей и простейшие сюжеты. Что ж, время лечит. Я нарушил эту клятву множество раз – но с тех пор ни разу не угодил в подобную путаницу.