Что скрывают зеркала - Наталья Калинина

Он с шумом перевел дух и обвел взглядом бокс:

– Долгая история. А доктор просил тебя не утомлять.

– Меня утомляет неведение.

– Тебя увез тот страшный человек. Воспользовался тем, что ты…

– Нет, Фернандо. С начала. Как ты оказался в России.

– Приехал, говорю же, – пожал он плечами и вдруг улыбнулся – ласково, открыто, солнечно, так, как умел только он. – Я скучал по тебе. Очень. Много думал над тем, что произошло, и понимал, что ссорились мы из-за малозначительного. Конечно, финансовые проблемы могут серьезно омрачать жизнь. Но мы же изначально понимали, что будет не все так просто. Мы столько уже вместе и порознь пережили и выдержали. А тут так быстро сдались.

– Может, именно потому, что мы столько пережили, наши силы истощились? – предположила Элеонора. И он кивнул:

– Может. Я по тебе скучал, пришел к Рут в магазин в надежде, что она мне о тебе расскажет. А она вдруг сказала, что давно не получала от тебя известий. И тогда я по-настоящему встревожился. Ты не дала мне новый номер телефона, я не знал, как с тобой связаться. Поэтому нашел в твоей почте адрес Анны, твоей подруги в России, и написал ей. Анна ответила тут же. Написала, что сильно обеспокоена. Прилетев в Россию с Тихоном, вы прогостили у Анны три дня. А потом поехали к твоим родителям. Ты сказала Анне, что немного побудешь у родителей, а потом приедешь в Москву на неделю одна. Ты так скучала по Москве и подруге… Но время шло, а от тебя не было известий. Вначале вы созванивались, а потом ты перестала отвечать. Твой телефон оказался вне зоны действия. И что с тобой, где ты и когда приедешь, Анне известно не было. Телефона твоих родителей она не знала, кого о тебе спрашивать – тоже. В той ситуации – ты жила по фальшивым документам и скрывалась от Сергея – поднимать шумиху вокруг твоего исчезновения показалось небезопасным. К тому же ты просто могла загоститься у родителей, которых не видела столько времени, и не пользоваться телефоном.

– Я побыла у них десять дней и отправилась в Москву, – вздохнула Элеонора. – Родители были мне очень рады, конечно. Я их после той трагедии, как ты знаешь, тихонько известила о том, что жива, но что собираюсь уехать. Маме пришлось это принять ради нашего с Тихоном благополучия. Мне было хорошо у родителей, но я так скучала по Ане, что решила оставить Тихона на них и на недельку съездить в столицу. А когда приехала в Москву, на выходе из метро нос к носу столкнулась с одним приятелем Сергея. И он меня узнал. Я пыталась скрыться в толпе. Но, думаю, он меня выследил и позвонил Сергею. Я сделала ошибку, поехав сразу к Ане. Нужно было ехать по другому адресу – куда угодно. Но не к ней. Телефон у меня разрядился, я была испугана. А тот человек, видимо, сообщил Сергею, на какой станции я вышла, а он все сопоставил.

Ани дома не было, я подождала ее в подъезде с полчаса. А потом решила пообедать в кафе и через какое-то время вернуться. Но когда вышла, там меня уже дожидался Сергей. Он затащил меня в машину, заблокировал двери и увез. Что случилось потом – не знаю. Может, он меня сильно ударил, потому я и отключилась. Очнулась я уже в клинике, куда меня поместили под другим именем. И кололи какие-то препараты, от которых я стала вялой, отрешенной и начала забывать, кто я такая. Однако когда действие препарата заканчивалось, меня начинала терзать навязчивая мысль о побеге. Зачем, куда, почему – я не понимала. Но сбежать собиралась. Однажды мне это удалось. Только что было потом, я не помню. Наверное, села по дороге на какой-то автобус, потом на другой – и так оказалась на конечной остановке одного городка. Там меня нашли и определили в больницу. Доктор Илья Зурабович пекся обо мне как о родной дочери. Ой, надо ему позвонить! – всполошилась Элеонора. – В кармане одежды был номер его телефона!

– Уже, – улыбнулся Фернандо. – Он обо всем знает. В то утро, когда я получил ответ от твоей подруги Анны, я принял решение лететь. Но немедленно не получилось, потому что мне пришлось ждать визу. Анна встретила меня в аэропорту. О тебе по-прежнему не было известий. И мы решили ехать в тот город, где жили твои родители. Долго рассказывать, но мы уже на месте нашли их адрес. Нам открыла твоя мама. Она очень радушная и добрая женщина! Спасибо ей за такой прием! Тихон был у твоих родителей. Когда он нас увидел, обрадовался. Но затем спросил, когда ты вернешься. И тогда мы поняли, что родители о тебе ничего не знают. Мы стали тебя искать. Несмотря на риск, пришлось объявлять тебя в розыск. Анна собралась обращаться и через социальные сети, но в это время нашла сообщение в фейсбуке с твоей фотографией. Мы приехали в больницу, спросили доктора Илью Зурабовича. Но он уже ушел домой. Мы узнали, где он живет. Но доктор сказал нам, что тебя увез Сергей. Анна плакала и ругалась, я же попросил его срочно найти нам машину – такси или еще какую. Он предложил свою. Мы все вместе поехали на поиски, понимая, что найти тебя будет не так просто. Но нам повезло. По дороге нам встретилась «Скорая», но мы проехали мимо. А позже заметили стоявшую на обочине полицейскую машину и эвакуатор, который вытаскивал из зарослей черный «Мерседес». Анна воскликнула, что это может быть машина Сергея. Так и вышло. Сергей сидел в полицейской машине в наручниках. Анна бросилась с вопросами к пожилому мужчине, который закончил разговаривать с полицейским. Это оказался случайный водитель, который ехал в обратную сторону. Он рассказал, что остановился, потому что на дорогу выскочила девушка и принялась размахивать руками. Водитель едва успел затормозить. Девушка показывала рукой в сторону леса, и водитель понял, что что-то случилось. Так и вышло. Он увидел уткнувшийся в дерево «Мерседес». А в салоне – мужчину, душившего молодую женщину. Водитель успел вовремя, вызвал «Скорую» и полицию. Сергей скрылся в лесу, но его смогли найти и арестовать. А та девушка, которая остановила машину, куда-то пропала. Тебя на «Скорой» привезли сюда. Ты очень долго не приходила в себя. В какой-то момент открыла глаза, а потом опять потеряла сознание. И вот мы здесь с тобой уже сутки. Аня сейчас с Ильей Зурабовичем решают вопрос, как быть с тобой: оставить в этой больнице или перевезти в ту, где ты лежала.

– Не надо больше больниц, – решительно сказала Элеонора. – Я здорова. И со мной все в порядке!

– Я не уверен… – начал Фернандо, но она его перебила:

– Не сомневайся!

Фернандо сжал ее пальцы, а затем наклонился и поцеловал в губы.

– Долго же ты спала, принцесса… – Его дыхание знакомо коснулось кожи, и Элеонора зажмурилась, чтобы он не увидел внезапно нахлынувших слез. Сколько же всего ей пришлось пережить – по собственной глупости.

– Прости, – выдохнула она, открывая глаза.

– За что? – удивился он. – За то, что ты так долго спала?

– Нет. За… все. За то, что поругалась с тобой. За то, что не поняла тебя, не поддержала. За то, что уехала. Отказалась от тебя.

– Тсс… – Фернандо прижал палец к ее губам. – Отдыхай.

– Мне такой сон странный приснился, – сказала Элеонора после паузы. – Странный и слишком реальный, хотя сюжет его был абсолютно фантастическим. Представляешь, я чуть не погибла в собственном чемодане! А убить меня хотела я же сама. Это так неправильно…