Нечто из Норт Ривер - Кристиан Роберт Винд

Обнаженная спина Робертсон, застывшей рядом, манила своей белой кожей, но сейчас меня заботили совсем другие мысли. Поэтому я, тихо чертыхнувшись, со вздохом покинул теплую постель. Затем наспех обулся в продавленные домашние тапочки, набросил на плечи халат и вышел из спальни.

Быстро спустившись вниз по лестнице, я с неприятным чувством заметил, что на первом этаже дома было гораздо холоднее. Камин в столовой давно погас, и теперь в нем лишь изредка вспыхивали отдельные красные искры, словно угасшее пламя силилось напомнить о себе.

Чтобы хотя бы немного согреться, я схватил с полки полупустую, но все еще тяжелую, бутылку виски и отхлебнул прямо из горлышка. Стало немного получше, и я наконец сумел свободно выдохнуть. Пока за окнами первого этажа в робком свечении фонарей продолжали расти сугробы, я допивал остатки спиртного, с самым мрачным лицом прислушиваясь к непроницаемой тишине, царящей вокруг.

Я всегда ненавидел эту ферму и этот чертов дом. Столько, сколько себя помню. Долгими зимними вечерами и по ночам, просыпаясь в своей постели, мне в полусне мерещилось, что я очутился в какой-то ледяной ловушке. Как будто кроме этого дома и бесконечного снега в мире не осталось больше ничего.

Теперь это старое, успевшее припасть пылью ощущение, вновь вернулось ко мне. И в эту ночь я снова ощутил себя маленьким мальчиком, неподвижно лежащим в своей кровати. Мальчиком, болезненно пытающимся выловить хотя бы какой-то звук снаружи. Но за окнами правила только снежная пустота.

Решив развеять это гнетущее чувство, я схватил трубку телефона и быстро набрал номер. Я надеялся на то, что Фрэнк не спит в этот поздний час. И с облегчением вздохнул, когда спустя несколько секунд длинные гудки в трубке оборвались, и до моего слуха донесся вполне бодрый голос детектива.

– Напомни мне еще раз, Миллер, – протянул я, допивая виски. – Почему на улице уже январь, а мы так и не устроили проверку, чтобы выяснить, в какой из девчонок сидит монстр?

– Я тебе уже все объяснил, – в голосе детектива сквозила усталость, но я был абсолютно уверен в том, что это не из-за моего позднего звонка. – Нет смысла тревожить тварь, пока мы не поймем, как избавиться от зверя.

– Ты в самом деле полагаешь, что мы можем позволить себе ждать так долго?

– Фостер, – в голосе Миллера скользнуло раздражение. – Если ты не пропил остатки своих мозгов и памяти, то должен помнить то, о чем я тебе говорил уже много раз. В прошлый раз суета вокруг этого дела провоцировала пожирателя лиц на новые убийства. В конечном итоге, монстр выкосил половину деревеньки. В этот раз все совсем иначе, и это даже можно назвать чем-то вроде успеха. Прошло больше месяца, а у нас пока все еще один труп. Понимаешь?

– Да, заполонить город толпами военных под носом у потустороннего паразита было не самой лучшей идеей, – согласился я, отправляя пустую бутылку в мусорное ведро. – Однако мы продолжаем топтаться на месте. И даже не выяснили, кто из двух девочек невольно послужил ширмой для твари.

– Если мы решим это выяснить, то действовать придется немедленно, – я услыхал, как на том конце провода чиркнула зажигалка. – Монстр не станет медлить после такого явного разоблачения. Но вся проблема в том, что даже закопай мы труп вместе с пожирателем лиц внутри, это не поможет. Зверь отыщет хозяина и, рано или поздно, разроет могилу, как уже происходило раньше.

– Ты не можешь быть уверен в том, что даже при самой нашей скрытной тактике ему в голову не взбредет сменить свой облик. Если у него, конечно, имеется голова, – я рухнул на холодный диван и откинулся на протертую спинку. – Черт возьми, это как будто пытаться осторожно поджигать спички рядом с пороховой бочкой!

– Пока что у нас нет других вариантов. В прошлый раз к этому моменту тварь успела убить с десяток человек. Сейчас на нашей стороне имеется преимущество – мы действуем иначе. Даже мое появление в Норт Ривер было тщательно спланировано для того, чтобы отвести любые подозрения. Вот почему мы можем позволить себе не торопиться.

Я промолчал. В словах Миллера была логика, и с этим спорить я не собирался. К тому же, я решил позвонить ему посреди ночи совсем не для того, чтобы в который раз обсудить план дальнейших действий. Сейчас меня беспокоило совсем другое.

– Слушай, Миллер, – осторожно начал я. – Тут такое дело…

Я замялся, не представляя, как мне рассказать ему о том, что не давало мне покоя уже несколько ночей. Вспомнив костлявые руки старухи, тянущиеся ко мне из кромешного мрака леса, я невольно поежился и почувствовал, как по спине под халатом пробежала крупная дрожь. Я все еще помнил ее лицо – мертвенно-бледное, словно покрытое инеем, которое шептало мне что-то своими бескровными губами, повторяя одни и те же слова снова и снова.

Этот кошмар преследовал меня уже которую ночь. Он всегда начинался и заканчивался одинаково, как будто я смотрел заезженную, старую киноленту. Я оказывался один посреди темного, непроницаемого леса, растерянно оглядываясь по сторонам. А затем откуда-то из пустоты медленно выскальзывала фигура индейской старухи, обернутая в окровавленные лохмотья. Она тянула ко мне иссушенные пальцы, широко открывая беззубый рот и наполняя снежный лес тихим шипением, от которого в жилах стыла кровь…

– Фостер, ты что, уснул? – голос детектива ворвался в мое сознание слишком резко, отчего я вздрогнул. – Ты вроде хотел мне о чем-то рассказать?

– Да, – окончательно отогнав от себя неприятное видение, я вздохнул и потер веки. – Ты еще помнишь нашу лесную жительницу, хижину которой мы искали в декабре?

– Ее сложно забыть, – хмыкнул детектив в трубку. – Не уверен, что смог бы это сделать, даже если бы захотел.

– Она приходит ко мне во сне уже третью ночь, – я задрал голову к потолку и уперся затылком в край диванной спинки. – Это все чертовски странно, Миллер. Один и тот же сон, который повторяется снова и снова, до мельчайших подробностей. И каждый раз она просит меня, чтобы я тебе кое-что передал.

– Правда? – я ощутил, как он встрепенулся. – Что же?

– Ну, – выдохнув, я прикрыл глаза, чтобы лучше вспомнить жуткое видение. – После того, как она выскакивает из зарослей и трясет перед моим лицом своими высохшими ручонками, она говорит о том, что ты должен быть осторожен. Потому что смерть ходит за тобой по пятам.

– Это не новость, – я услышал, как он фыркнул. – Только, скорее, это я хожу по пятам за смертью, так что твоя прорицательница немного ошиблась. Это моя работа – появляться там, где умирают люди.

– Еще она просила передать тебе, что опасность поджидает там, где живет кот с человеческими глазами. Понятия не имею, что значит эта околесица, но именно так она и сказала.

– Кот с человеческими глазами? – переспросил Миллер. – Знаешь, Фостер, проблема твоей старухи в том, что она все время говорит загадками. Именно поэтому мы до сих пор не можем понять, как поймать зверя. Не понимаю, почему чертовы индейцы не могут объясняться нормально?

– Миллер, я просто передаю тебе ее слова, – я поднялся с дивана и размял затекшую шею. – Надеюсь, теперь карга перестанет являться в мои сны и оставит меня в покое. Или выберет кого-нибудь другого.