Замок из кошмаров - Анна Велес

— Меня зовут Елена Васильевна, — представилась она, разрешив себе сесть, хозяин об этом благополучно забыл, а стоять перед ним по струнке Елена не собиралась. — Я работаю в службе безопасности этой базы отдыха. И здесь по поручению хозяина усадьбы Андрея Сергеевича. Вы с ним знакомы.

— Женщина в службе безопасности? — с нескрываемым презрением заметил дед. — Странно.

— У каждого своя работа, — с достоинством отреагировала она. — Я знаю, что вас очень интересует история вашего рода, который когда-то владел этими землями. Вы даже обращались с просьбами осмотреть склад на чердаке в поисках каких-либо вещей, принадлежащих вашим предкам.

— И что? — Старик тут же нахмурился. — Я имею право получить эти вещи! Ваш начальник даже не знает их цены. Его прислуга провела меня, как на экскурсии, даже не дав заглянуть в ящики!

Елена поморщилась от слова «прислуга». Дед совсем из ума выжил? Можно подумать, что он говорит о крепостных крестьянах. Или у него просто такое отношение к миру вообще?

— Юридически все имущество, приобретенное Андреем Сергеевичем, является на данный момент его собственностью, — холодно возразила она.

— Это неправильно, — упрямо заявил старик. — Дураки вам законы пишут.

— Ну, спорить с законом не очень-то разумно, кто бы его ни писал, — иронично заметила Елена, всем своим видом показывая, что подчиняться его выдуманным правилам не собирается. — Даже если они не совпадают с вашими желаниями. А вообще-то я пришла, чтобы сделать вам подарок по поручению моего начальника.

И она вытащила из пакета альбом с фотографиями, найденный на чердаке. Старик оживился, протянутые к подарку руки чуть дрожали, глаза жадно и победно засветились.

— Совесть все же проснулась у этого нахального мальчишки! — сообщил он самым гадостным тоном.

— Да нет, — не удержалась Елена, испытывая к деду явное отвращение. — Просто Андрею Сергеевичу этот альбом не нужен.

Дед сердито поджал губы.

— Вы, молодые, родства не помните! — зло выпалил он. — Корней у вас нет. Только деньги на уме. И желание захапать побольше.

— Ага, — не менее зло усмехнулась Елена. — Еще забыли напомнить, что мы мать родную готовы продать. И кстати… С вас, между прочим, за этот альбом никто денег не просит. Но я могу вам озвучить цену за него. И немалую, с учетом того, что это явно антиквариат.

Дед прижал альбом к груди и смотрел на нее так, будто хотел прожечь взглядом. Или проклясть. Кстати, старики это умеют делать просто отлично. Им удивительно легко удается концентрировать отрицательную энергию и находить самые мерзостные формы для нехороших пожеланий. Не у всех, конечно, но у этого получилось бы.

— И еще. — Елена встала с кресла, освободила руки от пакета, в котором принесла альбом, копию дневника и письма. Она окутала себя силой, угрожающей и давящей. Пора было склонять деда к сотрудничеству, пусть и не самыми приятными для него методами. — Так вот еще. Я знаю свою родословную вплоть до середины восемнадцатого века. И кстати, мой род был более знатен, чем ваш. Я прихожусь родней известному графу Денису Давыдову. Как сейчас принято говорить, это круче, чем мелкопоместный дворянчик с криминальными наклонностями.

— Да как вы смеете! — Старик аж задохнулся от ее наглости.

— Смею что? — Елена наградила его таким взглядом, что дед вздрогнул и вжался в кресло. — Мне известно, что вы лелеете наивную надежду, будто Модест не был сумасшедшим маньяком, упивающимся своими убийствами. У меня есть весьма четкие доказательства обратного. И потому я считаю нужным перейти к главной цели своего прихода. Вы наверняка слышали об убийствах двух девушек, которые недавно произошли на территории усадьбы. Так вот. Эти преступления полностью повторяют сценарий, созданный вашим предком.

— Вы нагло лжете! — выплюнул старик.

— Это вы упрямо не хотите верить в очевидное, — парировала Елена. — Но это ваши проблемы. До доказательств мы еще дойдем. А пока хочу вам сообщить, что подозрения падают на вашего внука.

— Как вы смеете так меня оскорблять! — Дед вскочил с кресла, размахивая альбомом.

Невольно Елена подумала, что это огромное счастье, что у старика нет трости, иначе бы он просто ее избил. Или, по крайней мере, предпринял бы такую попытку.

— Сядьте! — тихо, но очень холодно приказала она, взмахнув рукой.

Обычно хозяйка «Бюро» сдерживала себя, но этот упрямый старый хам все же вывел ее из себя. А потому она просто устроила ему банальную ментальную атаку. Сила, стекшая с ее пальцев, вмиг перелетела небольшое расстояние и ударила деду точно в переносицу, лишая сил к сопротивлению, наказывая и подавляя.

— Даже в таком старом и упертом нахале, — продолжала она тем же неприятным тоном, — должна быть хоть капля любви к внуку. Между прочим, он последний из рода так обожаемого вами Модеста. Хоть это и младшая ветвь. Но вас волнует только ваша собственная персона. А потому мне придется разговаривать с вами иначе. Этот альбом, а также еще некоторые бумаги, принадлежащие лично вашему любимому маньяку, вы получите, если будете сотрудничать со следствием. Иначе я заберу все и, поверьте, сделаю все возможное, чтобы вы больше никогда не смогли это получить.

Дед, конечно, был в бешенстве. Но эта странная и бесконечно наглая девица его пугала. Но еще больше его пугала возможность лишиться своих сокровищ.

— Что вам от меня надо? — кое-как справившись с собой, осведомился он.

— Уже лучше, — прокомментировала Елена и уселась в кресло, закинув ногу на ногу. — Итак. Как я уже сказала, произошло два убийства. Каждая из девушек была задушена, на руках и ногах следы от наручников. Жертв явно держали на привязи. На лицах — карнавальные маски. И каждая из них имела половой контакт перед смертью с четырьмя партнерами. И это полностью повторяет сценарий, которым пользовался Модест с тремя своими приятелями. Только вместо наручников они использовали веревки, естественно. Я уверена, что ваш внук не является убийцей, но есть веские основания полагать, что он участвовал в оргиях, предшествующих смерти девушек. А потому несколько вопросов. И первый из них: насколько Александр разделяет ваше увлечение историей вашего предка?

— Я уже сказал, что молодые не уважают свои корни и не питают к ним интереса, — негодующе повторил старик. — У этого мальчишки одни девки и карты на уме. Мой интерес к истории моего рода кажется ему смешным.

— И все же, — продолжала настаивать Елена. — Он был с вами на чердаке?

— Да! — Казалось, дед выплевывает слова. — И мне это стоило немалых денег! И все на его неинтеллектуальные развлечения.

— Я знаю, что когда вы там были, то не имели возможности рассмотреть вещи. — Ей было откровенно наплевать на его негодование и жалобы. — Но ваш внук, не скрывающий своей незаинтересованности, мог что-то прихватить для вас. За ваши гонорары.

— В моем роду не было воров! — взорвался старик, переходя практически на визг.