Что скрывают зеркала - Наталья Калинина

Больница, как прочитала в Интернете Аня и рассказала затем Эле, находилась в здании бывшей усадьбы и являлась местной достопримечательностью. То, что за этим памятником культуры ухаживают и хорошо финансируют его содержание, было видно сразу: каменная стена, огораживающая больничную территорию словно крепостная, была недавно побелена. Рядом с воротами над звонком глянцево блестела черная табличка, на которой золотыми буквами было выведено то, что девушки уже знали: здание и территория больницы являются историческим памятником, раньше здесь располагалась помещичья усадьба, а сейчас – районная больница. Аня нажала кнопку звонка, и уже через пару мгновений к ним вышел из будки охранник. Молодой мужчина вежливо спросил, куда и зачем направляются посетительницы, и, удовлетворившись Аниными объяснениями про визит к больной родственнице, пропустил.

– А теперь куда? – спросила Эля, когда они пересекли большой сквер, напоминающий городской парк, и подошли к трехступенчатому крыльцу.

– А теперь – к главному врачу отделения, где лежит эта девушка. Я уже погуглила. Зовут его Илья Зурабович.

Доктор, вопреки опасениям Эли, их принял. Это оказался высокий, чуть сутулый мужчина возраста около шестидесяти, но все еще привлекательный, с черными внимательными глазами, которые смотрели на девушек дружелюбно и с вежливым интересом, и с густыми усами. Он пригласил посетительниц в свой кабинет. И пока Аня излагала доктору придуманную причину визита, Эля украдкой рассматривала помещение, пытаясь по обстановке составить мнение о его хозяине. В целом убранство оказалось спартанским, но и не лишенное некоего домашнего уюта, который создавали несколько небольших картинок в пастельных тонах и шкаф с книгами.

– Нет, такой пациентки у нас нет, – вернул Элю в реальность голос доктора – сочный, глубокий, обволакивающий как сон и уносящий в поднебесье. Такой голос – слушать и слушать, прикрыв глаза и отключив все мысли.

– Как нет? – удивилась Аня. Ее голос в сравнении с идеальным баритоном доктора прозвучал режущим слух диссонансом, словно фальшивая нота в пьесе. – Вот же ее фото! Я скопировала себе в телефон. Жаль только, текст объявления не сохранился. Но я его помню! Его написала какая-то девушка, кажется, по имени Светлана, которая лежала недавно в вашем отделении.

– Светлан у нас тоже давно не было, – удивился Илья Зурабович. – Это какая-то ошибка, точно говорю.

– Ну как же так, доктор…

– Сожалею, что не могу помочь, – развел тот руками и так ласково и сочувственно улыбнулся Эле, что у той и сомнений не осталось, что действительно сожалеет.

– Но, может… – начала Аня, но Эля мягко тронула подругу за локоть:

– Пойдем, Аня. Нет такой девушки. Кто-то так плохо пошутил или указал неверную информацию. Может, ошибся адресом больницы. Не будем отвлекать доктора, у него и без нас много дел.

– Нет, что вы, я рад бы помочь…

– Извините, – почему-то обиженно, словно ее обманули, буркнула подруга и поднялась со стула.

Теперь, на обратном пути от здания больницы до ворот, бормотала уже Аня, никак не желавшая примириться с тем, что поездка оказалась напрасной.

– Ничего не понимаю. Может, я схожу с ума? Элька, скажи, что это не так! – пыхтела огорченно Анна, потрясая мобильным телефоном с открытой на нем фотографией как доказательством своей вменяемости. Эля кивала и поддакивала, подтверждая, что подруга не сходит с ума. Только Аня все равно не умолкала.

– Мне вдруг везде стала мерещиться ты! Там, в Барселоне, два раза. Здесь. Слушай, ну скажи мне, что у тебя есть сестра-близнец!

– Да нет у меня никакой сестры, Аня. Успокойся, – не выдержала Эля, когда подруга в десятый раз сунула ей под нос свой телефон, с экрана которого растерянно улыбалась так удивительно похожая на нее девушка в обществе другой – крашеной блондинки.

– И кто тогда эти девицы?

– Понятия не имею. Ань, и почему это тебя так волнует? Меня не волнует, а тебя прямо за живое задело.

– Да, задело! Потому что думаю, не схожу ли я с ума. Везде ты мерещишься!

– Ну вот, опять сначала. О господи! Знала бы, не стала бы тебе звонить с этой поездкой. Недаром мне сегодня сюда так ехать не хотелось, – стала заводиться уже Эля.

– Прям «Матрица» какая-то, а ты агент Смит, – выдала подруга сердито. И раздражение Эли тут же прошло.

Она рассмеялась и, обняв хмурившуюся Анну, притянула ее к себе:

– Ладно тебе, Анька. Забудь. Удали к черту эту фотографию. Ну подумаешь, какая-то несчастная девушка на меня похожа. Мало ли! Пойдем лучше пообедаем, раз в кои-то веки вновь встретились.

– Не могу. Мне нужно ехать домой. После обеда у меня смена.

– Ой да, прости. Забыла. Я тоже поеду домой, накормлю обедом Валерия Витальевича, отдохну и пойду Тихона из сада забирать.

Они прошли совсем рядом с озиравшимся по сторонам молодым мужчиной, которого Аня, погруженная в мрачное настроение, не заметила, хотя едва не налетела на него. Эля извинилась за подругу и увидела, что темные глаза мужчины вспыхнули искрами надежды.

– Excuse me…

Эля машинально оглянулась, тогда как Аня не отреагировала.

– Сould you please help me to find Dr. Ilia? I cannot pronouce his surname…^[1] – сказал мужчина с сильным акцентом. Аня прошла еще по инерции пару шагов и затем резко обернулась:

– Что?

Мужчина повторил свой вопрос уже ей, улыбаясь чуть виновато, словно извиняясь за беспокойство, но в то же время так солнечно, словно не было для него большей радости, чем встретиться с этими незнакомыми ему девушками.

– А… Мм… – беспомощно пробормотала не сильная в иностранных языках Аня и с надеждой посмотрела на Элю. – Иностранец?

Одет мужчина был не по погоде легко: без куртки, в темно-синих джинсах, тонкой белой рубашке и светло-бежевом блейзере. Полуботинки из замши в тон блейзеру тоже казались неуместными в российской осени. Под мышкой незнакомец держал тонкую кожаную папку. Аня с интересом оглядела мужчину и дернула Элю за рукав:

– Он англичанин?

– Не думаю. Акцент сильный.

Скорей всего, мужчина был из жарких стран. О южной крови говорил легкий загар того красивого карамельного оттенка, который получается, когда солнечные лучи касаются смугловатой от природы кожи ненавязчиво и ласково на протяжении многих вечеров, а не сжигают ее до черноты из зенита за время короткого туристического отпуска. Большие темные глаза с густыми угольно-черными ресницами, заметив которые Аня вздохнула то ли с восхищением, то ли с завистью, тоже выдавали южанина. Волосы растрепал подмосковный ветер, и когда мужчина убрал со лба челку, на его безымянном пальце блеснуло обручальное кольцо.

– А что он спросил? – продолжала любопытствовать подруга, с интересом рассматривая незнакомца. Тот все это время переминался с ноги на ногу, переводя растерянный взгляд с одной девушки на другую. И хотя продолжал улыбаться, надежда в его взгляде на то, что ему помогут, стала угасать.