Итан слушает - Катрина Кейнс

Они сидели на крыльце дома Нодов – мертвая девочка и серый мальчик, два пятна на темном полотне Мэпллэйра. Кэй надела сегодня красное платье, которое, казалось, сшито из шторок – такого количества оборок Окделл не видел даже на праздничном торте. Старая водолазка с единорогом рядом с этим великолепием выглядела совсем блекло. Впрочем, Итан теперь мог позволить себе прикупить парочку новых, чем они с Кэй и планировали заняться после завтрака.

«Супергеройская зарплата», как это назвала Кэйлинна, перепала и ей тоже, и она отказывалась сообщать, откуда взялась такая куча денег. Ладно, пусть не куча – просто средняя месячная зарплата – но и не мелочь какая-нибудь! Итан смутно припоминал, что Элиза в то памятное воскресенье вручила ему какой-то черный пакет, но разве у маленькой девочки могла быть такая сумма в копилке? Кэй несколько часов потратила на то, чтобы убедить Окделла принять наконец деньги. Она поклялась, что они не краденые, не грязные и вообще самые что ни на есть честные. Итан сдался.

Кажется, теперь магазину братьев Лавре понадобится новый грузчик.

Кэйлин заправила за ухо прядь волос и терпеливо начала с самого начала – чтобы точно уж дойти до конца. Итан услышал странный рассказ про человека с двумя лицами, который и не был по сути человеком. Услышал про маску-череп, услышал про то, как Кэй, Эллиса и его самого спасли от неминуемой смерти. Что ж, значит, и со вторым позвонившим «клиентом» все обошлось.

– Хотел бы я увидеть этого парня с черепом, – хмыкнул наконец Окделл. Ему все еще слабо верилось в чудесное спасение – но, эй, это ж Мэпллэйр, здесь и не такое бывает!

– Чтобы поблагодарить?

– Чтобы узнать, как он нас отыскал.

– Тебя и вправду это так сильно волнует?

Итан поправил очки – новые, купленные в ларьке на площади Кирхе. Они, как и предыдущая пара, очень ему не шли.

– Это странно. Нас еще никто никогда не спасал.

– Брось, Ит, рано или поздно это должно было случиться! Осень почти…

Кэйлин вытянула руку, и на ладонь послушно опустился кленовый листок. Удивительно, как неумело и как трогательно Кэй иногда пыталась перевести неприятную тему. А, может, и не пыталась вовсе – просто потихоньку теряла рассудок и путалась в собственных мыслях. Листья падали. Прямо у крыльца Нодов рос клен, единственное дерево в округе, которое уже приобрело цвет пламени: ленты в его кроне заметить было довольно сложно. До осени оставались считаные дни. Последний месяц лета, вместе с серыми открытиями, алыми тенями, ужасами, радостями и новыми знакомыми, потихоньку уходил, укладываясь на полочках у Итана в голове. Он теперь мог свыкнуться почти со всем. Скажи кто, что в Белом Доме сидят марсиане, и он бы почти не удивился. В конце концов, уже несколько недель он неумолимо выцветал и словно бы превращался в человека из стали^[21] – жаль, летать не научился. Да, определенно, Итан ко многому привык. Привык к розовому телефону, на который звонили встревоженные горожане. Привык к мертвому джинну, которая могла завалиться в его квартиру в любое время суток. Привык даже к существам, в которых прежде и верить не смел, и к силе, которая до сих пор ни разу его не подвела.

Они с Кэй действительно хорошо сработались: мисс Нод много знала об улицах Мэпллэйра и о его мистической стороне, а если не знала, то быстро находила тех, кто мог бы помочь. Ей же нужен был друг – такой, чтобы не побоялся гоняться за тенями или прыгнуть в пасть туманному червю. Наверняка она могла бы справиться и в одиночку, если б хотела. Но, кажется, мертвый джинн Мэпллэйра боялась сойти с ума. И ее можно было понять.

– Не думаю, что он хотел нам зла. Зло не спасает, даже если ему что-то нужно.

«Как раз наоборот», – хотелось сказать Итану, но в следующую секунду Кэй толкнула его в ворох листьев и, прежде чем он успел бы возмутиться, крыша крыльца рухнула вниз.

Вместе с сердцем Итана.

Он никак не мог к этому привыкнуть. Как вообще можно привыкнуть к смерти единственного человека, который относится к тебе с пониманием и принимает таким, каков ты есть? Брайан не в счет, он так ни разу и не появился на горизонте после произошедшего с Лиз Ольсен – а ведь мог хотя бы поблагодарить. В том парке он просто схватил девушку на руки и кинулся в больницу. Брайан, конечно, оглянулся тогда, но лучше бы и не делал этого: в его глазах было слишком много ужаса.

Откинув в сторону переломанную балку, Окделл вытащил Кэйлинну из-под обломков. Щепка размером с десертный нож торчала прямо у нее из шеи. В остекленевший взгляд медленно возвращалась осмысленность.

– Такое платье загублено, сама же шила… – обиженно пробурчала мисс Нод, высвобождая ногу из-под черепицы. Гвозди оставили на коже глубокие царапины, из-за деревяшки в горле голос Кэйлин немного «булькал», но, похоже, ее это почти не волновало. – Ты в порядке?

– Это я у тебя должен спрашивать! Кэй, мне бы ничего не сделалось, какого черта?

– Рефлексы! – Она улыбнулась и провела языком по зубам. – Все целы, надо же!

– Не представляете, как меня это радует, – раздался совсем рядом хрипловатый голос, от которого по спине прокатился холодок.

Итан и Кэйлин одновременно повернули головы. На остатках крыльца сидел мужчина в коричневом пальто, растянутых штанах, пыльных сапогах и ярком бирюзовом шарфе. В шлеме-черепе – для Кэйлинны. В клетчатом берете с козырьком – для Окделла.

– Ты! – Итан мгновенно вспомнил этого типа. Бездомный, встреченный на улице в тот солнечный день, когда Кэй решила искать Лиз Ольсен! Тогда Окделлу показалось, что незнакомец за ним следит. Получается, так и было?

– Я! – радостно отозвался незнакомец, поднимаясь с колен и раскидывая руки в стороны, словно собирался обниматься.

– Дядя Миша, здрасьте! – Кэй схватилась за край платья и присела в полушутливом поклоне. Похоже, ее дружелюбие все-таки не сменилось подозрительностью. Или это был отголосок все того же безумия? Неважно, Кэйлин – это Кэйлин, какой бы ни была.

– Леди. – Мужчина приложил руку к вороту и поклонился в ответ.

Итан в два счета преодолел расстояние до рыжего хмыря в поношенной одежде и схватил его за грудки. Черт, это было куда сложнее, чем казалось на первый взгляд. Словно попал в сумасшедший сон Алисы, и теперь приходится играть по его правилам. Хотя Мэпллэйр, похоже, и был этим сном. Стоило принимать все: от мстительных древесных духов до таких вот странных бродяг-спасителей.

– Не стоит благодарности. – Мужчина, казалось, ничуть не смутился. – Меня дядей Мишей зовут. Тебя?

– Он Итан – и, Итан, будь добр, отпусти его. – Руки Кэйлинны, кое-где еще покрытые кровью, мягко легли на серые кулаки Окделла. Он тут же их разжал.

– Всегда такой дерзкий? – «Дядя Миша» картинно стряхнул с пальто несуществующие пылинки.

– Очень надеюсь, что это не ты обрушил крышу.