Противостояние - Стивен Кинг

– Нет. Но меня удивляет, что она вернулась. А еще больше меня удивляет, что ты об этом знаешь.

– Она вернулась, чтобы умереть.

– Она что-нибудь сказала?

На мгновение маска добродушия слетела с лица Флэгга, обнажив злобное недоумение.

– Нет, – ответил он. – Я думал, что она сможет… сможет заговорить. Но она умерла, не выходя из комы.

– Ты уверен?

Его улыбка вернулась, яркая, как летнее солнце, рассеивающее утренний туман.

– Хватит о ней, Дейна. Давай поговорим о более приятном, скажем, о твоем возвращении в Зону. Я уверен, там тебе нравится больше, чем здесь. Я хочу, чтобы ты кое-что взяла с собой. – Он сунул руку в нагрудный карман, достал замшевый мешочек и извлек из него три дорожные карты. Протянул карты Дейне, которая с растущим недоумением принялась их разглядывать. Семь западных штатов, некоторые территории закрашены красным. Надписи внизу поясняли, что это районы, где население вновь начало расти.

– Ты хочешь, чтобы я взяла это с собой?

– Да. Я знаю, где находятся ваши люди. Я хочу, чтобы вы знали, где находятся мои. Это жест доброй воли и дружбы. Я хочу, чтобы ты сказала всем: «У Флэгга нет намерений причинять вам вред, и люди Флэгга вам не враги». Скажи им, что не надо отправлять сюда новых шпионов. Если они хотят кого-то прислать, пусть это будет дипломатическая миссия… или обмен студентами… да как угодно. Но прийти они должны открыто. Ты им это передашь?

Дейна пребывала в шоке.

– Конечно. Я скажу. Но…

– Это все! – Он вскинул руки, открытыми ладонями к ней. Она увидела кое-что необычное и наклонилась вперед, охваченная тревогой. – На что ты смотришь? – резко спросил он.

– Ни на что.

Но она уже все разглядела – и по выражению лица Флэгга поняла, что он это знает. На его ладонях не было линий. Ровные и гладкие, они напоминали живот младенца. Ни тебе линии жизни, ни линии любви, ни кругов, колец или петель. Просто… ничего.

Они – как показалось Дейне, очень долго – смотрели друг на друга.

Потом Флэгг легко поднялся и направился к столу. Встала и Дейна. Она уже начала верить, что он может ее отпустить. Он присел на краешек стола и пододвинул к себе аппарат внутренней связи.

– Я скажу Ллойду, чтобы он заменил в твоем мотоцикле масло, свечи и контакты трамблера. Я также скажу ему, чтобы он полностью залил бак. Теперь можно не беспокоиться о нехватке бензина или нефти, верно? Этого добра хватает. А ведь было время… я помню, да и ты, наверное, тоже… когда весь мир мог погибнуть от взрывов атомных бомб из-за недостатка высокооктанового неэтилированного бензина. – Флэгг покачал головой. – Люди были очень, очень глупы. – Он нажал кнопку на аппарате внутренней связи. – Ллойд?

– Да, слушаю.

– Ты сможешь заправить мотоцикл Дейны, подготовить к долгой поездке и оставить у отеля? Она собирается нас покинуть.

– Да.

Флэгг отключил связь.

– Вот и все, дорогая.

– Я могу… просто уйти?

– Да, мэм. Рад нашему знакомству. – Он протянул руку к двери… ладонью вниз.

Она направилась к выходу. Уже коснулась дверной ручки, когда услышала его голос:

– Еще один момент. Один… сущий пустяк.

Дейна повернулась к нему. Флэгг улыбался, и вроде бы дружелюбно, но на долю мгновения она вдруг увидела в нем огромного черного мастиффа, вывалившего язык меж острых зубов, способного оторвать ей руку так же легко, как если бы это была ветхая тряпка.

– Какой?

– Здесь еще один из ваших людей. – Улыбка Флэгга стала шире. – Кто бы это мог быть?

– Да откуда мне знать? – спросила Дейна, а в голове у нее мелькнуло: Том Каллен… Неужели все-таки он?

– Да перестань, дорогая. Я думал, мы поладили.

– Но это так. Попытайся взглянуть на ситуацию объективно, и ты поймешь, что я говорю правду. Комитет послал меня… и Судью… и одному Богу известно, кого еще… и они попытались свести риск к минимуму, чтобы мы не выдали друг друга, если бы что-то… ты понимаешь, случилось.

– Если бы мы решили выдернуть пару ногтей?

– Да, именно. Ко мне обратилась Сью Штерн. Я полагаю, Ларри Андервуд… он тоже в комитете…

– Я знаю, кто такой мистер Андервуд.

– Да, конечно, я думаю, что к Судье обратился он. А что касается кого-то еще… – Она покачала головой. – Это мог быть кто угодно. Даже не один, а несколько человек. Если исходить из того, что мне известно, каждый член комитета мог предложить кого-то в шпионы.

– Да, мог, но не предложил. Остался только один, и ты знаешь, кто это. – Его улыбка стала шире и начала пугать Дейну. Неестественная улыбка. Она напоминала о дохлой рыбе, загрязненной воде, поверхности Луны, какой ее видно в телескоп. Мочевой пузырь Дейны завибрировал, заполненный горячей жидкостью.

– Ты знаешь, – повторил Флэгг.

– Нет, я…

Флэгг вновь склонился над аппаратом внутренней связи.

– Ллойд еще не ушел?

– Нет, я здесь. – Дорогой аппарат, прекрасное качество воспроизведения звука.

– Повремени с мотоциклом Дейны, – продолжил Флэгг. – У нас тут образовалось одно дельце… – он посмотрел на нее, его глаза задумчиво поблескивали, – …которое надо довести до конца.

– Хорошо.

Аппарат щелкнул. Флэгг смотрел на нее, улыбаясь, сложив руки на груди. Смотрел долго. Дейна начала потеть. Его глаза, казалось, становились все больше и темнее. Глядя в них, она словно смотрела в колодцы, очень старые и очень глубокие. И когда она захотела отвести взгляд, ей это не удалось.

– Скажи мне… – Мягко, очень мягко. – Зачем нам лишние неприятности, дорогая?

Она услышала свой голос, доносящийся из далекого далека:

– Это все сценарий, верно? Маленькая одноактная пьеска.

– Дорогая, я не понимаю, о чем ты.

– Ты все понимаешь. Ошибка в том, что Ллойд ответил слишком быстро. Когда ты здесь, они все исполняют мгновенно. Ему полагалось уже возиться с моим мотоциклом. Да только ты велел ему никуда не уходить, потому что и не собирался отпускать меня.

– Дорогая, это ужасный случай ни на чем не основанной паранойи. Подозреваю, причины кроются в происшествии с теми мужчинами, которые создали передвижной зоопарк. Должно быть, это было ужасно. Теперь может стать даже хуже, но ведь мы этого не хотим, верно?

Ее сила убывала, казалось, стекала по ногам в пятки. Последним усилием воли ей удалось сжать онемевшие пальцы правой руки в кулак и ударить себя повыше правого глаза. Голову отбросило назад, затылок с глухим стуком ударился о дверь. Ее взгляд оторвался от его глаз, и она почувствовала, как вновь обретает контроль над разумом и телом. Возвращалась и сила, сила к сопротивлению.