Ночная смена - Стивен Кинг

— Агентство идентифицировало его личность безошибочно — поотпечаткам пальцев. После этого оставалось только найти людей, которые были такили иначе знакомы с ним, и переговорить с ними. Агент, взявшийся за эту работу,сказал, что ему кое-что непонятно из того, что удалось узнать. Мне, кстати,тоже. Кроме того, что непонятно, меня это даже испугало.

— Что же тебя испугало? — холодно спросила Элизабет.

— Не перебивай меня, пожалуйста. Эд Хэмнер старший былзавзятым картежником. А вообще он довольно долгое время проработал в НьюЙорке вкаком-то рекламном агентстве. Попав в какуюто скандальную историю, он сбежалоттуда и поселился в Бриджпорте. Нанятый мной агент говорит, что этот человекне пропускал ни одной крупной игры в городе. Особенно, когда играли в покер.

— Да… Я вижу, эти люди неплохо покопались в грязном белье затвои доллары, — сказала Элизабет, устало прикрыв глаза рукой.

— Не важно, в чем они копались. Важны факты. В Бриджпортеотец Эда снова попал в довольно затруднительное финансовое положение. И снова иззаазартных игр. Он сильно проигрался, влез в большие долги, снова проигрался итак далее до тех пор, пока положение не стало просто отчаянным. Однажды онкаким-то образом умудрился сломать себе и ногу, и руку сразу.

— Что-нибудь еще, — не в силах держать себя в руках, свызовом спросила Элизабет. — Избиение младенцев? Или присвоение и растратачужого имущества?

— Он опять скрылся от уплаты уже совершенно фантастическихдолгов, переехал в 1961— м году в Лос-Анджелес и снова устроился в какое-торекламное агентство. Уроки прошлого не пошли ему впрок, и он стал каждыйуик-энд ездить играть в Лас-Вегас, был очень азартен и, как всегда, почтипостоянно помногу проигрывал, отчаянно надеясь отыграться. Как-то раз он взял ссобой в казино своего сына Эда и… начал выигрывать.

— Никак не могу понять, зачем ты мне все это рассказываешь.Нельзя ли как-нибудь покороче и поопределеннее?

Элис похлопала рукой по папке с собранным досье:

— Здесь есть все, Лиз. Не все эти документы имеютюридическую силу, но агент, который разговаривал с людьми, показания которыхсобраны здесь, считает, что у них не было никаких причин врать ему. Отец Эданазывал его своим «маленьким талисманом». Поначалу на мальчика никто не обращалникакого внимания. Даже несмотря на то, что детям в игорных заведенияхнаходиться запрещено. Его отец постепенно стал настоящим везунчиком и сущимбедствием для владельцев казино и, разумеется, для тех, кто садился с ним играть.Со временем он совсем уже разошелся и играл только по крупному. В рулетку,например, он ставил только на четнечет или на красное-черное и никогда непроигрывал. К концу года их уже просто не впускали ни в одно казино, ссылаясьна то, что несовершеннолетним вход туда воспрещен. И тогда его отец началиграть в другие игры.

— В какие же?

— Он стал играть на бирже. Когда Хэмнеры приехали вЛос-Анджелес в середине 1961 года, они жили в крохотной скромной квартире задевяносто долларов в месяц, а мистер Хэмнер ездил на дряхлом Шевроле модели52го года. К концу 1962 года он уволился с работы — это было ему уже просто ник чему. Всего через шестнадцать месяцев они жили уже в собственном роскошномдоме в Сан-Джоузе. Мистер Хэмнер ездил на новеньком Тандер-берде последнеймодели, а миссис Хэмнер — на собственном Фольксвагене. То есть, понимаешь? Ихмогли не впускать в казино, ссылаясь на закон штата Невада, запрещающий входтуда несовершеннолетним, но никто не мог запретить Эду Хэмнеру старшему даватьпросматривать своему сыну биржевые сводки.

— Ты имеешь в виду, что Эд… что он мог… Элис, ты простосумасшедшая!

— Я ничего не имею в виду. Тут и так все ясно, по-моему. ЭдХэмнер просто прекрасно знал, что нужно было его отцу.

Я ЗНАЮ, ЧТО ТЕБЕ НУЖНО.

Она вздрогнула оттого, что ей показалось, что Эд Хэмнернеожиданно очутился у нее за спиной и прошептал ей эти слова на ухо.

— Практически все шесть последовавших за этим лет миссисХэмнер провела в различных психиатрических клиниках. Вначале предполагалось,что она просто страдает сильными нервными расстройствами, но один из лечившихее врачей, с которым разговаривал мой агент, утверждает, что она была самойнастоящей душевнобольной, причем в очень тяжелой форме. Она считала своего сынанаместником Дьявола на земле. Однажды в 1964 году она пыталась убить егоножницами и сильно поранила ему плечо. Она… Лиз? Лиз, что с тобой?

— Шрам… — пробормотала Элизабет. — Однажды, около месяцаназад, мы купались с ним ночью в открытом бассейне университета, и я увидела унего сильный глубокий рубец на плече… здесь, — она положила руку себе на плечонемного выше левой груди. — Он сказал… — к ее горлу поднялся тошнотворныйкомок, и ей пришлось подождать, пока он отступит. — Он сказал, что когда былмаленьким мальчиком, он сильно упал этим местом на острый забор.

— Продолжать?

— Да конечно. Теперь уже поздно останавливаться.

— В последний раз его мать была выписана из роскошнойпсихиатрической клиники Сан Джоэкуин Вэлли в 1968 году. Однажды они все втроемрешили устроить семейный пикник недалеко от Дороги 101. Эд собирал дрова длякостра недалеко от высокого обрыва над морем, как вдруг его мать села в машину(Эд Хэмнер старший тоже находился в это время внутри), завела ее и помчаласьпрямо на своего сына. Эду удалось, по-видимому, успеть отпрыгнуть в сторону, нооба его родителя погибли, упав в машине с огромной высоты на прибрежные скалы.Эду было тогда почти восемнадцать. Отец оставил ему наследство в миллиондолларов наличными, не считая различных ценных бумаг, акций и так далее. И еще— прекрасный дом. Через полтора года Эд уехал на восток и поступил в тот жеколледж, в котором учишься и ты. Вот, собственно, и все, что мне удалосьузнать.

— Как? И никаких больше скелетов или привидений?

— А тебе что, всего этого мало? Она медленно поднялась скресла.

— Теперь понятно, почему он так не хотел говорить о своейсемье. Да, хорошо поработали детективы, ничего не скажешь — чуть мертвецов измогилы не подняли.

— Ты просто слепая, — проговорила Элис, глядя, как Элизабетнадевает пальто. — К нему, конечно, едешь?

— Да. — Потому, конечно, что ты его любишь?

— Да.

Элис быстро подошла к ней и взяла за руку:

— Остановись, прекрати дуться и раздражаться хотя бы насекунду и ПОДУМАЙ! Эд Хэмнер способен делать такие вещи, о которых обычные людидаже не мечтают. Он подсказывал своему отцу, куда ставить на рулетке, и тотникогда не проигрывал, разве что для вида, помог ему разбогатеть на биржевыхмахинациях. Он просто знает, где выигрыш. Это просто-напросто способностьпредвидения, наверняка связанная с каким-нибудь психическим отклонением. Я незнаю. Известны, конечно, и другие случаи, когда подобные способностипроявлялись и у других людей, но, как правило, в меньшей степени. У тебяникогда не было ощущения, что он принуждает тебя любить его, что он делает этонасильно?