Дыхание смерти - Екатерина Неволина

Вампир

О том, что сэр Чарльз участвовал в турнире и даже умудрился одержать победу, он услышал вечером от леди Роанны. Это не мог быть призрак, созданный самим замком. Где это видано, чтобы призраки выходили посреди белого дня на Божий свет, а еще сражались и побеждали – это то же самое, что встретить, скажем, вампира вегетарианца. Воскреснуть сэр Чарльз тоже не мог – его тело лежало там, где его оставил сам аббат, и он не слышал о случаях воскрешения, кроме, разве что, Лазаря, воскрешенного сыном Божьем. Но вряд ли сэр Чарльз столь значимая и безгрешная персона, чтобы Господь лично занялся им.

Значит, речь идет о делах человеческих.

Некто догадывается о его присутствии и пытается вести с ним свою игру. Аббат даже предполагал, кто именно. Девчонка и этот жалкий слуга – больше некому.

«Ну что же, – думал аббат, сидя за столом и размачивая хлеб в безвкусном вине, – теперь, если не ошибаюсь, мой ход, и уж я-то сумею повернуть ситуацию к своей выгоде. Раз вам хочется поиграть со смертью, будет вам игра, да еще какая!»

Он выскользнул из-за стола так, что пирующие, увлеченные беседой о славных рыцарских подвигах, этого не заметили, и направился прямиком к покоям, выделенным для сэра Чарльза.

Вход загораживала широкая тяжелая портьера, расшитая сценами охоты. Аббат подошел вплотную и осторожно заглянул внутрь. Он мог бы поклясться, что проделал все абсолютно бесшумно и что тяжелая ткань не дрогнула, но парнишка в комнате вдруг напрягся и повернулся к двери, положив руку на рукоять висевшего на боку короткого меча. Этот парень, слуга сэра Чарльза, был в комнате один, а на сундуке лежала кольчуга и накидка с гербом рыцаря. Наверняка слуга и подменил своего хозяина на арене. Однако у мальчишки большое будущее, если в своем возрасте он способен противостоять настоящим рыцарям и даже одерживать над ними победу. Вернее, у него могло бы быть большое будущее, не скрестись сегодня их дорожки.

Аббат быстро, но внимательно оглядел парнишку: щуплый, невысокий, но, пожалуй, ладно сложенный и наверняка не столь сильный, сколь ловкий и выносливый. Таких иногда называют двужильными. Парнишка двигался весьма неплохо, однако слегка неуклюже, словно что-то мешало ему. Ах да, за столом же говорили, что вчера сэр Чарльз был ранен. Это значительно упрощало дело. Достаточно нанести удар по ране, не разорвав при этом одежду, и мы получим на одежде кровь – то есть следы преступления. А если обнаружится рана, легко представить ее следствием предсмертного удара бедняги сэра Чарльза. Ну конечно, рыцари поверят скорее этому, чем тому, что проиграли в бою пятнадцатилетнему мальчишке!

Все складывается самым наилучшим образом! Аббат улыбнулся, потер затянутые в черные перчатки руки и вышел из-за портьеры.

* * *

– Измена! – аббат, вбегая в зал, закричал так громко, что гости бросили изысканную трапезу и в панике вскочили со своих мест. – Доблестный рыцарь сэр Чарльз, герой сегодняшнего турнира, предательски убит своим слугой!

– Это ложь! – раздался звонкий голос, и в зал ворвался Эльвин.

Он был растрепан, а на одежде темнели свежие пятна.

– Кровь! Вы видите, на нем кровь! – торжествующе закричал аббат. – Хватайте убийцу благородного сэра Чарльза!

– Это моя кровь! – горделиво возразил мальчик, но его никто не слушал.

На крик прибежали несколько солдат из гарнизона замка и тут же кинулись к Эльвину.

– Подведите его ко мне, – устало велел барон, восседающий в кресле у камина.

Это было тут же исполнено.

Эльвин стоял перед владельцем замка, не опуская голову. По темным волосам скользили блики от огня, полыхающего в камине, парень казался очень решительным и красивым.

– Ты слышал, в чем тебя обвиняют? – спросил барон, чуть наклоняясь в кресле и глядя прямо в глаза парню.

– Это ложь!

– Ты обвиняешь во лжи человека, которому доверяет король, человека, который носит церковный титул. Отвечаешь ли ты за свои слова?

Окружающие молчали, наблюдая за происходящим. Маша хотела было выйти вперед и вступиться за Эльвина, но вдруг поняла, что их враг только этого и ждет. Возможно, он специально затеял это разоблачение, чтобы понять, кто еще замешан в этой шутке с воскрешением сэра Чарльза. Нет, оставаясь незамеченной, она скорее поможет Эльвину. Старый рыцарь, похоже, думал так же, потому что не выдал себя ни словом, ни жестом.

– Отвечаю! Я готов поклясться, что непричастен к исчезновению сэра Чарльза, а, напротив, этот человек, что обвиняет меня, ворвался сегодня в комнату и напал на меня, – ответил парень. Он не суетился и не пытался оправдаться, напротив, держался гордо, но Маша замечала, как раздуваются от гнева и волнения его ноздри.

– Ты лжешь, и лжешь перед лицом Господа! – насмешливо произнес аббат, поднимая руку, затянутую черной перчаткой, к сводам зала. – И я докажу это. Ступайте в комнату мальчишки и обыщите его вещи. Наверняка вы найдете там что-нибудь интересное.

– Хорошо, если господин аббат уверен в этом… – согласился сэр Вильгельм. – Ступайте, – приказал он солдатам, – обыщите вещи слуги сэра Чарльза и принесите сюда то, что найдете.

Солдаты удалились.

Тем временем управляющий сэр Саймон, до этого с интересом вглядывающийся в лицо Эльвина, подошел к нему поближе.

– Клянусь Девой Марией! – воскликнул он. – Поразительное сходство! Я давно думал, кого этот мальчик напоминает…

– Это же вылитый сэр… ммм… Томас!.. – отозвался один из гостей постарше. Словно Господь Бог отлил их по одной форме, так, как если бы этот парень был его…

– Сыном, – закончил сам Эльвин. – Да, это так, и стыдиться мне нечего!

Барон помрачнел. Маша видела, как пролегли на его лице густые тени. Теперь он смотрел на стоящего перед ним парня как на врага.

– Сын Томаса, неверного вассала, с позором изгнанного из рядов рыцарства! Ну что же, теперь я понимаю, зачем он сюда явился и почему тайком убил своего хозяина, – произнес аббат, самодовольно сложив на груди руки.

– Поклянись на Священном Писании, что явился сюда не для того, чтобы мстить, – глухо произнес барон, обращаясь к Эльвину. Тот молчал. – Ну что же, все понятно…

Маше не было понятно ничего! Перед ее глазами происходила какая-то несусветная дикость! Почему отец не заступится за Эльвина, ведь он знает, что тот не виновен! И при чем какая-то месть? Что произошло с отцом Эльвина и почему мальчик не говорит ни слова в свое оправдание?!

В это время вернулись солдаты. Они принесли дорожный мешок Эльвина, из которого был извлечен почти пустой кошелек с вышитым гербом, на котором были изображены сокол и роза. Слишком известный в этих местах герб…

– Говорить тут не о чем, – голосом, от которого могли бы покрыться льдом даже дрова в пылающем камине, проговорил сэр Вильгельм. – Уведите его в темницу. К сожалению, решать судьбу того, кто убил благородного рыцаря, не в моей власти. Это дело королевского суда. Но клянусь доставить преступника к королю и проследить, чтобы он получил по заслугам!