Рыба-молот - Ольга Морозова

Вой собаки послышался Карлу. Он ворвался в его мысли неизвестно откуда, и Карл потерял нить. Собака выла и выла, и Карлу стало холодно. Он очнулся по пояс в воде, начинался шторм. Карл совершенно не помнил, как он там оказался. Испугавшись, Карл вышел на берег и побрёл к дому. Собаки на берегу не было. «Они здесь, — подумал он вдруг совершенно отчётливо, — и они ждут».

Мария застыла в немом изумлении, увидев мокрого Карла.

— Где ты был, дорогой?

— А разве ты не знаешь? — Карл сделал удивлённое лицо. — Я был у моря, ты сама меня сюда привезла.

— Но почему ты мокрый?

— Захотелось освежиться.

— Прямо в одежде?

— Да, да! Прямо в одежде! А что здесь такого? Я что, обязан был раздеться?

— Нет, но… — Мария замолчала, прикусив губу. — Прости. — Видимо она решила не злить Карла. — Иди, переоденься.

Карлу удалось взять себя в руки, но с этого момента у него началась новая, тайна жизнь, недоступная для близких. Его сознание как будто раздвоилось, и он стал очень осторожен. Вдруг Мария решит, что он сошёл с ума? Поэтому дома и на работе Карл старался не показывать виду и вести добропорядочную жизнь. Но теперь он знал, что они здесь, и тоже ждал от них сигнала. Ему непременно нужно было вернуться в свою жизнь, чего бы это ни стоило. А сейчас надо просто притвориться, что игра ещё идёт. Он выберется из ловушки. Просто нужно подождать. А что, если он ошибается, и жизнь с Марией настоящая? Промахнуться нельзя. Другого шанса ему не дадут. И если он всё ещё жив, значит, их план пока в силе. Он нужен им живой, иначе они бы давно убили его, или окончательно свели с ума, что одно и то же. Но они очень расчётливы: когда видят, что заходят слишком далеко, они ослабляют хватку и дают передышку. Кто они? Это Карлу нужно было узнать.

Теперь Карл очень полюбил морские прогулки на яхте. Он не решался бродить по берегу в одиночестве, боясь, что Мария заподозрит его. Яхта была хорошим прикрытием. Он говорил, что хочет вернуть себе былую форму. Это выглядело правдоподобно, и не должно было сильно волновать Марию. К тому же он иногда, в хорошую погоду, катал их с Вероникой, чем заслужил приступы бурного восторга, в основном Марии. Вероника почти ничего не говорила, и очень мало на что обращала внимание. Во время одной такой прогулки, когда Мария подошла с девочкой к борту, крепко держа её за руку, чтобы не упала, малышка вдруг показала пальчиком на воду и начала громко кричать. Это было настолько необычно для неё, что Карл обратил внимание.

— Что там, детка? — он ласково погладил ребёнка по голове.

— М-м-м! — малышка тряслась от страха.

Карл проследил за направлением её взгляда и увидел огромную серую тень. На миг в голове у него помутилось, и ему показалось, что тупая серая морда с крестом в левой глазнице ухмыляясь, скалится, глядя на него. Чтобы не потерять сознание, он схватился рукой за ограждение. От Марии не ускользнуло его судорожное движение.

— Что, Карл? Тебе плохо?

— Сердце что-то прихватило. — Карл немного слукавил. — Что она там увидела?

— Ах, это! Дельфин. Но такой крупный! Он уже несколько раз выпрыгивал из воды. Красавец! Вероника никогда не видела их так близко.

— Дельфин? Ты уверена?

— Абсолютно. Я уже полчаса наблюдаю за ним и пытаюсь показать Веронике. А она только что заметила.

— Ну, всё равно, нам пора, я не совсем хорошо себя чувствую. — Карл взялся за штурвал и развернул яхту в сторону порта.

Как-то вечером, за ужином, Карл, расслабленный от вина, вдруг спросил Марию:

— А где твоя подруга, Вивиан, кажется? Что-то её не видно совсем. И ты ничего не говоришь про неё в последнее время. В чем-то не сошлись?

— Вот как? Ты даже помнишь её имя? Мне кажется, ты видел её всего несколько раз, издалека, да ещё и вечером. Хочешь познакомиться поближе? Она эффектная, правда?

— Не говори глупости, ты лучше. Что я мог разглядеть? А имя… Так просто запомнилось, против воли. Ведь так бывает. Ну, так где она?

— Она уехала. Оказывается, она здесь жила временно, всего полгода или чуть больше. Ей предложили крупный заказ, и она сняла домик неподалёку. Теперь работа закончена, и она уехала. Кажется, в Майами. Да, да, точно в Майами, она оттуда. Она рассказывала. Она неплохо зарабатывает, у неё богатые клиенты, может себе позволить приличную жизнь. Интересная особа. Было жаль терять подругу.

— А почему она всё время в очках? Я её видел вечером, в пасмурную погоду, и она была в очках? Странно.

— Ничего странного. У неё какое-то заболевание глаз. Бельмо, кажется. А может, что-то вроде светобоязни, не знаю. Она так невнятно объяснила. Но в помещении она снимает. Хотя я не видела.

— Заболевание глаз? Надо же, такая молодая! — Карл не подал виду, что заинтересован. — Ну да что мы всё о ней. Она уехала, и ладно.

И разговор перешёл на другие темы.

Но Карл не забыл. Девушка, похожая на Веронику. Заболевание глаз. Майами. Дельфин — акула. Это всё знаки. Они хотят, чтобы он ехал в Майами, туда, где всё началось. Что ж, он поедет. Он ждал этого. Хорошо, что всё немного проясняется. Они чётко дали ему знать, что он должен ехать в Майами, и он туда поедет. Он устал от неопределённости. Ему долго не продержаться, значит, нужно выполнить их условия.

Карл взял небольшой отпуск на работе, сославшись на здоровье.

— Мария, — сказал Карл вечером за ужином ничего не подозревающей жене, — завтра я уезжаю.

— Куда, если не секрет? — Мария была весьма удивлена его словами.

— Секрет. По делам. По личным. С работой я всё уладил.

— По каким личным? Ты что, не можешь мне сказать? Я думала, у нас семья.

— Да, у нас семья, — Карл начал раздражаться, — но это не значит, что я должен всё докладывать тебе, как на исповеди. У меня могут быть свои дела. Ты понимаешь? Де-ла! До тебя у меня тоже была жизнь, друзья, мать. Или ты забыла? Ты решила, что купила меня на распродаже с потрохами? Я не видел матери со дня свадьбы. В конце концов, я не должен оправдываться перед тобой! — Карл окончательно вышел из себя.

— Не нужно так нервничать. Если ты о матери, то прости, я и правда, совсем не думала о ней. Хочешь, мы поедем с тобой?

— Нет, не хочу. Я не к матери. У меня неотложное дело. Я не обязан тебе отчитываться! Оставь меня в покое! Неужели я не ясно выразился?! Что ты всё время цепляешься ко мне?! Я не твоя собственность! — Карл сорвался на крик.

Мария закусила губу, чтобы не заплакать, но быстро взяла себя в руки.

— Прекрати истерику! Ты начинаешь забываться! Я не позволю тебе орать на меня, как на уличную девку! Идиот! Что ты себе вообразил?! — к Марии вернулась её врождённая надменность. — Ничтожество! Да ты можешь убираться ко всем чертям!

Карл и сам почувствовал, что перегнул палку — не нужно было так разговаривать с ней, она здесь не при чем.