Горькая брусника - Наталья Медведская

– Вы Николай, – догадалась я. Он чем-то неуловимо походил на подругу Полины Андреевны. Носом и глазами что ли? И уверенно добавила: – Внук бабы Зои.

По лицу мужчины пробежала тень досады.

«Бабка, кажется, конкретно достала своего внучка», – подумала я, глядя на его гримасы.

– Угадали. Давайте познакомимся, соседка. Меня вы уже знаете, – произнёс мужчина и протянул ко мне руку над низкой оградой. На его ладони лежала крупная желтая малина. – Попробуйте. Это будет получше кислятины, которую вы ели.

Я подставила обе ладошки. Он высыпал на них янтарные ягоды.

– Меня зовут Настя, – представилась я. – Спасибо за малину.

– Ешьте на здоровье. Мне пора. Всего хорошего. – Николай помахал мне рукой.

Сквозь плети винограда я увидела: он нагнулся, сорвал несколько веточек укропа с грядки и пошел к дому.

Я посмотрела ему вслед на его крупную, чуть сутуловатую фигуру и решила: иногда яблочко от яблоньки далеко падает. Приятный и обходительный мужчина, хоть и родственник бабы Зои. На первый взгляд он производил впечатление доброго, интеллигентного и умного человека.

В саду под краном я вымыла ягоду и с удовольствием съела, наслаждаясь её медовым вкусом. Широкая дорожка делила огород бабы Поли пополам. Мне показалось, что если по ней пройти до конца, а потом свернуть на узкую полосу травы между следующими участками земли, можно попасть на улицу параллельную Озерной. Я прошла по дорожке до конца огорода и совершенно случайно обнаружила неприметную калитку, скрытую вездесущим диким виноградом. Сначала мне показалось, что калитку я не смогу открыть, так сильно её оплела лоза. К моему удивлению, она распахнулась сразу. Пройдя по полосе травы метров сто, я выбралась на небольшую детскую площадку между домами и оказалась на другой улице. Замечательно. Теперь я знаю, что дом бабы Поли можно покинуть двумя путями. Через огород и обычной дорогой. Пригодится.

Табличка на доме из белого кирпича гласила: улица Цветочная. Красивое название, но вот дорога на этой улочке ни в дугу – гравийка. Идти очень неудобно. Однако по улице Цветочной я добралась до реки быстрее: не пришлось делать круг. Постояв немного у воды, решила проведать дольмены. Я не стала спорить со своим внутренним, а потому более благоразумным голосом. Просто посоветовала ему заткнуться. Мне очень хотелось увидеть Ангела. Я шагала по щебёночной дороге, углубившись в лес, и радовалась прохладе. Стук копыт расслышала задолго и, не соображая, что делаю, юркнула в кусты. Мне пришлось вытерпеть десяток комариных укусов, прежде чем всадники показались на лесной дороге. К моему разочарованию и одновременно облегчению группу туристов сопровождал незнакомый мне мужчина. Коротко стриженые волосы незнакомца поблескивали сединой, немного угрюмое лицо с крепко сжатыми губами промелькнуло перед моим взором. Я выбралась из кустов и повернула назад в Вереево. Надежда увидеть сегодня Ангела угасла. Не доходя до улицы Озёрной, заприметила великолепную поляну, сплошь усеянную крупными лесными ромашками. Я нарвала охапку цветов, сплела себе венок, полежала, глядя в небо. Поплакала, вспомнив о сестре, позвонила родителям. Высоко в небе надо мной звонко пела какая-то птица, тревожа сердце.

«Нужно возвращаться, а то баба Зоя начнет искать», – подумала я и тут обнаружила, что не знаю в какую сторону идти. На поляну выходило несколько тропинок. Метрах в шестидесяти от меня я вдруг заметила девушку в ярко-синем платье в белый горошек. Как она здесь оказалась и почему я не увидела её раньше? Я обрадованно закричала:

– Подскажите, пожалуйста, в какой стороне село?

Незнакомка смотрела на меня и молчала. Я направилась к ней, решив, что она не слышит. Взгляд от девушки отвела только на секунду, а она исчезла из моего поля зрения. Я растерянно смотрела по сторонам, но нигде никого не было.

«Пригрезилось. Голову, наверно, напекло, – решила я, – пойду, как в сказке, куда глаза глядят.

Мне повезло, проплутала недолго. Задумавшись, обнаружила себя на окраине села у калитки старого дома. Покосившаяся от старости лавочка примостилась у ветхого забора. Я присела на неё и расшнуровала кроссовок. Камешек попал внутрь и натёр ногу. Он оказался крохотным, но мешал идти.

– Это не поможет тебе, – проскрипел чей-то голос за спиной.

Я оглянулась. За низким забором стояла старуха – вылитая ведьма, как их изображают на картинках. Нос крючком, длинный подбородок загнут вверх, вместо губ узкая щель, седые космы торчат из-под черного платка. И только ясные глаза смотрят цепко, колюче и серьёзно.

Я проследила за её взглядом и вспыхнула: штанина задралась, электрошокер выглядывал наружу.

«Вряд ли она знает, что это такое», – вздохнула я облегченно и поправила джинсы.

– Простите, что вы сказали? – Нового персонажа села Вереево я рассматривала с удовольствием.

– Ничего не поможет, когда он схватит тебя. Лучше просто уезжай отсюда, пока не поздно, – ошарашила меня старуха.

– Вы, Феодора, – догадалась я. – А откуда вы знаете про электрошокер? Скажите, вы, правда, видите сквозь одежду?

Лицо бабки перекосилось, став ещё непригляднее.

– Что, уже слышала обо мне?

– Ага. От одного пьяного дурака в автобусе, – буркнула я и поёжилась от пронзительного взгляда светло-голубых глаз.

– Гришка, – поняла она, о ком я говорю, – вечно мне дули в карманах крутил. – Феодора улыбнулась.

Я с удивлением увидела у неё во рту вместо ожидаемых жёлтых клыков – ряд ровных белых зубов.

– Извините. Вы и впрямь ведьма? – спросила я с запинкой, чувствуя себя даже не круглой, а квадратной идиоткой.

– А ты как считаешь? – уставилась на меня бабка.

– Не знаю. Впечатлили, но… нет…не верю, – твёрдо решила я.

Старуха распахнула хлипкую калитку.

– Зайдёшь на чай, не побоишься?

– Конечно, зайду, честно говоря, очень хочу пить.

Бабка усмехнулась, сверкнув льдистыми глазами.

– Эта жажда у тебя не от жары, а от любовного томления.

Я вспыхнула от её слов и обидчиво поджала губы.

– Какого ещё томления?

Старушка, похожая на бабу ягу почему-то вызывала у меня сильный интерес.

– Скажу вам по секрету: я ещё девушка, – призналась я, шагая к покосившейся избушке.

– Что девушка и без твоих слов знаю, а томление в тебе Ангел зажёг, – хмыкнула Феодора и ловко обогнала меня у порога. Она что-то пробормотала и распахнула скрипучую дверь.

От старухи пахло травой и прелыми листьями.

– Какой он ангел, больше на змея искусителя похож! – возмутилась я. – Нашли ангела…

– Тут ты права: хороший мужской кадр, – согласилась со мной бабка, показывая рукой на стул у окна.

Она двигалась легко и бесшумно, совсем не по-стариковски.