Дневник бессмертного - Татьяна Форш

– Если честно – да. – Радостная улыбка сползла с моих губ. – Дождь. Местный глава историков говорит, что это может расстроить нам все планы! Проводник нас не поведет, пока здесь царит непогода, а вдруг этот дождь зарядит недели на две? Боюсь, что нам придется, несолоно хлебавши, отправляться домой.

– Не переживай! Можете оставаться там столько, сколько потребуется. Если что, я все улажу!

– Опять? – я все-таки не удержалась от сарказма, но бабулю этим было не испугать.

– Вижу, ты все уже знаешь… Да! Эту поездку организовала я! И не спрашивай, на какие средства! Ты меня осуждаешь за это?

Я вздохнула и покачала головой.

– Нет, конечно. Спасибо тебе за все. Только бы тебя не подвести и сделать все как следует.

– Сделаешь! – отмахнулась она. – Мари, я вижу, ты устала. Ложись спать. Сейчас вышлю тебе кусочек того, что я перевела. Между нами, девочками, этот Владислав – очень колоритная личность! Это будет интересный перевод… Только пообещай, что прочитаешь завтра.

Я улыбнулась.

– Обещаю! – и прежде чем попрощаться, спросила: – Скажи, как ты считаешь, кто он – чудовище или герой?

Бабушка задумчиво помолчала.

– Знаешь, насчет его геройства пока ничего не скажу, но не моральный урод – точно!

Какое-то время я сидела с глупой улыбкой на губах. Даже когда бабушка отключилась. Значит, интуиция меня не подвела? Я еще докажу барону, что была права!

Не удержавшись от соблазна, я открыла почту, скачала файлы и жадно впилась в первые строчки:

«…Вот и наступил последний день моего пребывания дома. Завтра с утра я вынужден буду уехать в столицу, чтобы продолжить учебу. Еще целый год! Этот месяц, проведенный с Катариной, был невероятным, сумасшедшим! Мы почти не расставались с самого дня Сбора урожая, и я готов по возвращении просить ее руки.

Сегодня целый день моросил дождь, но я все равно пошел к пруду. Под старой ивой мы провели множество незабываемых часов, и я втайне надеялся, что увижу ее там. Густые ветви опускались до земли, создавая шатер, в котором можно было прятаться, не боясь ни дождя, ни любопытных взглядов. Я с трепетом отвел зеленый полог, шагнул в манящий полумрак и… не сдержал разочарованного вздоха. Моя надежда не оправдалась. Сегодня Катарина не ждала меня здесь, но наше тайное убежище не пустовало.

Вместо любимой я увидел сидевшего на поваленном бревне незнакомца. Одежда и лицо выдавали в нем дворянина, но длинные, нечесаные волосы, небрежно связанные в хвост, и неопрятная борода говорили о том, что он либо отчего-то был всего лишен, либо добровольно впустил в сердце ветер странствий.

Мы встретились взглядами, и я уже развернулся, чтобы уйти, но тут он заговорил.

– Мое почтение, молодой господин. Ты, верно, из замка Вайн? Или… я ошибаюсь, и ты из имения Мареш? Назови себя.

– Не ошибаетесь. Я – князь Владислав Вайнский. Сын княгини Софии. А кто ты, путник? И что привело тебя в наш благодатный край?

– Назвать тебе свое истинное имя я пока не могу, а называться вымышленным – не хочу. Зови меня просто – отец Ян.

– Так ты – служитель бога? – Я уже и забыл, что хотел уходить. Моей любимой книгой была Библия, но не потому, что я был ревностным христианином. Просто мне очень нравились пересказанные в ней легенды прошлого. Нравились тайны, до сих пор не разгаданные. – Откуда ты? И куда идешь?

– Когда-то давно я тоже жил под древними сводами гордого замка. Пока не понял своего истинного предназначения. И тогда я ушел, чтобы сражаться с адскими тварями, вселяющимися в слабые, подверженные грехам тела смертных. – Он поднялся, и я невольно отступил. Роста мы были одного, вот только сила ощущалась в нем немалая. На поясе висел исписанный черными письменами меч, а за спиной устроился арбалет. – Не бойся меня. Я не причиню тебе вреда. Более того. Я здесь, чтобы защитить тебя и твое семейство. Я ищу…

– Владислав, ты здесь? – звонкий голосок Катарины развеял чары отца Яна, а секунду спустя она заглянула в зеленый шатер. Увидев незнакомого мужчину, она испуганно ойкнула. – Я не знала, что ты не один…

– Зайди под навес, дитя. – Отец Ян приглашающе отвел ветви, пропуская девушку. – Ты совсем промокла, а мне уже пора вас покинуть…

Не говоря больше ни слова, он вышел из-под зеленого полога, а я тут же забыл о нем, наслаждаясь требовательным поцелуем Катарины.

– Влад, любимый, не знаю, как я переживу этот год! Я боюсь, что отец, послушавшись совета бабушки, выдаст меня замуж. Я боюсь тебя потерять!

Я отстранился и, сжав ладонями девичье лицо, посмотрел в ее золотисто-карие, горящие лихорадочным огнем глаза.

– Они нас не разлучат. Я знаю, что мы сделаем, чтобы все оставили нас в покое. Пойдем.

Накинув на озябшие плечи девушки свой камзол, я решительно вывел ее из-под навеса, и мы зашагали по тропинке, ведущей к деревне. Некоторое время она молчала. Наконец неизвестность начала ее тяготить.

– Куда мы идем?

Я указал на видневшиеся вдали купола деревенской церкви. Она нахмурилась.

– Чего ты хочешь?

– Я хочу, чтобы нас тайно обвенчали. – Я взглянул в восторженно распахнувшиеся глаза любимой. Вместо ответа она всхлипнула и прижалась ко мне.

Какое-то время мы, не разжимая объятий, шли молча. Вдруг из-за кустов на тропинку выскочил здоровенный белый лис и сел, разглядывая нас внимательными желтыми глазами.

– Ой! – Катарина испуганно отшатнулась и тут же заулыбалась. – Лиса! Белая! И такая большая!

– Ее нужно обойти. – Мне почему-то очень не понравился умный взгляд зверя.

– А может, она ранена? Надо ее поймать и отнести в наше имение. – Девушка присела и поманила лису. – Иди ко мне. Я тебя не обижу!

Зверь даже ухом не повел и продолжал сидеть на тропинке, разглядывая нас, но когда Катарина шагнула к нему, вдруг подскочил и впился зубами ей в запястье.

Тотчас рядом вжикнула стрела, пробив зверю ухо. Лиса взвизгнула и бросилась в кусты.

Я устремился к любимой.

– Катарина? Катарина!

Вместо ответа девушка недоуменно посмотрела на окровавленную ладонь и беззвучно осела у меня на руках…»

Явственно почувствовав на себе чей-то взгляд, я испуганно вскочила и огляделась.

Никого и ничего!

Только от порыва ветра распахнулись ставни, и в комнату ворвался запах дождливой ночи. Я бросилась к окну и, уже закрывая створку, заметила рядом с домом какое-то движение. Приглядевшись, я от неожиданности замерла: в уже светлеющих сумерках на выложенной серым камнем дорожке сидела большая белая не то собака, не то лисица. Какое-то время она смотрела прямо на меня, затем развернулась и прыжком скрылась за ближайшим кустом роз.