23 - Игорь Лесев

— С-с п-приездом! — лысый, заика от рождения, поприветствовал молодого человека. — К-как Ук-краина?

— Как всегда, — молодой человек улыбнулся. — В жопе.

— Ну это понятно, — в разговор вступил Базилио, — а что журналистское расследование?

— Тут все сложнее, — троица медленно следовала по перрону к метро, хромота Базилио не позволяла идти быстрее. — Лескова последний раз видели ровно год назад в окрестностях Г. При этом в его облаве участвовали более трехсот человек, включая армейские части. Как ему удалось скрыться, до сих пор не понятно. Он буквально исчез на глазах у десятков людей. Последний, кто с ним разговаривал, некто Сергей Хилько, местный безработный из села рядом с Г. Лесков отобрал у него мотороллер. Я разговаривал с этим Хилько — полный идиот, полгода прошло, а он все ноет о своем мотороллере. Но примечательно следующее. Этому Хилько снились какие-то странные сны. Два месяца назад Хилько повесился в собственном доме.

Возникла пауза.

— А к-какие им-менно сны он в-видел? — Лысому стало явно интересно.

— Я толком не понял, этот Хилько ведь нормально ничего объяснить не умел. Снились ему дети, две девочки и два мальчика. Они ему читали во сне стихи и ездили на его мотороллере.

— Как четверо детей могут ездить на мотороллере? — Базилио даже перестал хромать.

— Ну это же во сне. Но самое главное во всей этой истории — стихи.

— С-стихи?

— Именно, стихи. Какие-то совершенно идиотские по содержанию стихи были найдены на квартире у матери Лескова в Г. и такие же странные стихи обнаружены у ее школьной подруги Обуховой в Василькове. В них речь идет о каких-то гулу.

— У в-вас есть копии эт-тих стихов?

— Почему копии? — Молодой человек весело подмигнул. — Украинская милиция — самая некоррумпированная милиция в мире. Оригинал с квартиры Лескова, — и парень с гордостью достал из портфеля аккуратно заложенный в прозрачный файл листок в клеточку.

Вся троица нагнулась над листком, на котором каллиграфическим почерком были выведены странные строки:

Четыре маленьких ребенка,

По два чудесных лепестка.

В этот момент на весь перрон раздался женский вой:

— Доченька! Где моя доченька?! Лена! Леночка!

Троица оторвалась от чтения и уставилась туда же, куда и все находившиеся на перроне. Женщина безутешно кричала, и было понятно, что случилось что-то непоправимо страшное.

— Ид-демте, д-дочитаем в редакции, — и троица смущенно проследовала мимо собирающейся вокруг кричащей женщины толпы.

Если бы кто-то из них оглянулся, то заметил бы, что за ними все это время наблюдала весьма странная особа — женщина лет тридцати пяти в черных очках и ярко-красном летнем платье, чудовищно диссонирующим с началом апреля. Дождавшись, когда трое окончательно скрылись в подземном переходе, женщина в красном платье подошла к ближайшему столбу и что-то на него наклеила, а затем быстрым шагом направилась к подземному переходу. Проходя мимо кричащей женщины, она немного замедлила шаг и чуть повернула голову к толпе. В это время из-под поезда один из милиционеров доставал неподвижное тельце окровавленного ребенка. Обезумевшую мать с трудом сдерживали трое взрослых мужчин. Женщина в красном чуть заметно улыбнулась и скрылась в подземном переходе.

Через час на перроне все стало как обычно. «Скорая» увезла мать трагически погибшего ребенка, служба уборки вокзала замыла все следы происшествия, толпа прохожих давно рассосалась, и каждый уже забыл о случившемся. Приезжали и уезжали поезда, мимо сновали сотни людей…

— Мама, мама, смотри! Здесь стихотворение! Смотри, стихотворение! — симпатичный малыш лет семи тянул маму за руку к столбу, на котором висел клетчатый листок с красиво выведенными строками стихотворения.

- Игорь, пойдем, — мама потянула малыша к переходу, но мальчик упирался.

- Мама, ну давай прочитаем, ну пожалуйста!

- Не выдумывай, мы опаздываем.

- Ну мамулечка, ну по-жа-луй-ста!

- О боже, даю тебе тридцать секунд.

И они подошли к столбу.

Четыре маленьких ребенка,

По два чудесных лепестка.

На ситец все ложится четко,

Кругом тоска и поезда.

Одна малышка оступилась.

Из любопытства трех мужчин

В больнице двойня не родилась.

И мальчик с мамой очень мил.