Пятый убийца, или Этюд в кровавых тонах - Андрей Себежский

В кэбе Ватсон ожидаемо отключился. Ему показалось, что он буквально на миг прикрыл глаза – но кэбмен уже тряс его за плечо:

– Приехали, сэр!

Ватсон поежился от внезапно подступившего холода. Глянул в окно – на улице по-прежнему была темнота. Он хотел что-то сказать кэбмену, но вдруг обнаружил, что так и не протрезвел. Он прочистил горло:

– Спасибо, друг…

Поддерживаемый кэбменом, неловко вывалился из кабины.

– Ну и пойло было у этой Сары, – пробурчал он себе под нос. – И хорошо, что я оттуда съехал!

Когда кэб тронулся, Джон довольно сильно пошатнулся, но устоял.

Так, необходимо сконцентрироваться и понять, что ему надо делать и с чего начинать. Вроде бы, его позвали кого-то вскрыть. Какого-то виконта. Скорее всего, мертвого. Вроде бы, это здесь – двухэтажное деревянное здание, на вывеске которого в свете фонаря выведено «Больница».

Он посмотрел вправо и влево. Обычный городишко – интересно, как он называется? – мостовая, фонари светят через один, а в целом очень темно. И тишина…

Только он успел подумать о том, как тихо вокруг, как в больнице раздались мужские крики, а в следующую секунду дверь распахнулась и из нее пулей вылетел маленький сухой старичок, чуть не уронив Ватсона. За ним вывалился довольно больших размеров мужчина, тоже в годах, который выпалил Ватсону в лицо:

– Демоны! Демоны, сэр!!!

После этого он бросился наутек, упал, проворно поднялся и продолжил бег, разрезая тишину криками:

– Демоны! Бесы!!!

Ватсон постоял перед дверью, ожидая, как бы кто-то еще из нее не вылетел, но люди в больнице, похоже, закончились. Вероятно, остались только демоны.

В другое время его наверняка снова накрыли бы воспоминания о той битве, но, видимо, он был слишком пьян, чтобы начать рефлексировать.

Мозг, даже затуманенный алкоголем, стал посылать ему сигналы о том, что надо бы быстро двигаться в сторону персонала больницы. Но что-то не позволяло ему этого сделать – то ли воспоминание о том, что деньги он не только взял, но и даже часть потратил, то ли внезапно проснувшееся любопытство.

– Черт его дери, Джон!.. – сказал он сам себе, открыл саквояж, достал оттуда пистолет, проверил его, закрыл саквояж и смело шагнул в черноту дверного проема.

Поначалу ему показалось, что не происходит ничего. Но уже в следующую секунду он услышал шорохи, возню и стуки. Кто-то определенно дрался, причем в абсолютной тишине.

Послышались звуки передвигаемой и даже роняемой мебели, разбитого стекла. Все это шло откуда-то снизу. Поняв, что его глаза уже несколько привыкли к темноте, Ватсон огляделся и увидел перила лестницы, ведущей вниз – определенно в морг.

Выставив перед собой пистолет в согнутой руке, он медленно двинулся к ней, затем стал нашаривать ступени. С каждым шагом возня и шум становились все отчетливее.

Помещение морга – комната с высоким потолком – оказалось хоть и скудно, но освещено, и Джон увидел, что на полках и где попало еще поблескивают бесчисленные бутыли и пузырьки. Всюду стояли низкие широкие столы, на которых лежали тела.

Но все это Ватсон отфиксировал неосознанно, потому что первое, что бросилось ему в глаза – это черный смерч, который крутился по комнате, снося какие-то склянки, переворачивая столы и скидывая лежавшие на них трупы.

Ватсон остановился. Рациональная часть сознания потребовала бежать. Без всяких экивоков – уносить ноги. Эмоциональная часть поинтересовалась, мужчина он или нет, сама же дала утвердительный ответ и отправила ногам сигнал продолжать спускаться.

Приглядевшись, он понял, что ураган на самом деле бело-черный и состоит из двух частей. Белая часть – голый человек, на котором из одежды были только простыня и почему-то старомодное охотничье кепи. Он был вооружен тростью, которой пытался наносить удары по черной части урагана. Черная часть отбивалась, и была она настолько примечательной, что Ватсон со всей отчетливостью осознал, что он абсолютно, как стеклышко, трезв.

Около двух метров роста, во всем черном, человек был очень худым и бледным. Лившийся из глаз зеленый свет позволял разглядеть застывшее в жуткой гримасе белое лицо. Рот был раскрыт, и из него совершенно ненормальным образом выделялись клыки.

Пара двигалась очень быстро, кружась как будто в каком-то зловещем смертельном танце. Но, похоже, произошел клинч: голый мужчина пытался дотянуться до противника тростью, которую тот блокировал левой рукой; две другие руки их были тоже сплетены; а своими клыками вампир – а это был именно вампир! – пытался добраться до шеи человека, но тоже безуспешно.

Наконец вампир издал какой-то рычащий звук и отшвырнул мужчину к лестнице. Ватсон, кажется, даже услышал, как у оказавшегося прямо под ним человека буквально затрещали кости. В следующую секунду вампир прыгнул на незнакомца. Не понимая, что делает, Джон поднял руку с пистолетом и когда нечисть оказалась буквально в двух метрах от него, выстрелил.

Вампир издал страшный крик: серебряная пуля пробила ему плечо.

Он рухнул рядом со своей жертвой. Та не растерялась и снова попыталась воткнуть в него свою трость. Однако вампир успел увернуться, снова отшвырнул человека и, подтянувшись на перилах лестницы, вдруг оказался рядом с Ватсоном. Тот отшатнулся, морщась от зловонного дыхания.