Против лома нет вампира - Галина Гончарова

Мечислав прыгнул вперед. Я ахнула и вцепилась в Даниэля. Никогда не видела, как прыгают вампиры. Почти полет. Или просто — полет? Левитация? Нет, вряд ли. И откуда-то пришло знание. Никакой магии. Оборотни почувствуют ее в мгновение ока.

Даниэль подождал, пока Мечислав обернется — и попросту перебросил меня ему, как мешок… пусть с крупой. Так не обидно. Вампир поймал меня на руки и начал, не дожидаясь Даниэля, спускаться вниз по склону. Кусты ежевики хрустели под его подошвами. Вскоре к нам присоединился и Даниэль.

— Поставьте меня на землю, — предложила я.

— Нельзя, — отозвался Мечислав. — Оборотни не могут почуять нас, но твой след они возьмут в мгновение ока.

— А ваш — нет? Глупости! Нас найдут попросту по следам!

Две цепочки следов были отлично видны на белом снегу.

— Как здесь быстрее добраться до шоссе, кудряшка?

Голос вампира вновь был спокоен. Как будто не ему собираются голову оторвать!

— Нам туда, — указала я направление. — Километра три-четыре — и мы выйдем на автомагистраль. Но это все по лесу.

— Тем хуже. Выбора все равно нет. Придется бежать.

— Бежать? — удивилась я.

— Да. Держись крепче, кудряшка.

Мечислав рванулся вперед с такой скоростью, что у меня воздух в ушах засвистел.

— Перекиньте меня через плечо, — предложила я. — Так же удобнее.

— А тебя не стошнит?

— Я не завтракала.

Хм, зря я это предложила. Скорость, конечно, увеличилась, но теперь я болталась носом где-то у задницы Мечислава, а в живот пребольно вдавилось его плечо. Да еще кровь к голове приливала. Действительно, может и стошнить. Кажется, я себя переоценила. Но я скорее захлебнулась бы, чем пожаловалась. На таких напарников жаловаться нельзя. Это большое свинство. Тем более, что они и так делают все, чтобы спасти мою шкуру. Черт с ним, с комфортом! Перетерплю!

Потом перед глазами замелькали деревья и кустарники. Вампиры ломились сквозь лес, как лоси. Пару раз меня чувствительно хлестнуло ветками по ногам, но я даже не ойкнула. Стискивала зубы и терпела. Не до того. Во время войны нежности оставляем на полке. А это ведь и есть война. Просто очень маленькая. Точечная. Лес внезапно кончился, и мы оказались на автомагистрали. Мечислав опустил меня на землю.

— Как самочувствие, кудряшка?

— Хреново.

— Бывает, — Даниэль попробовал обнять меня за плечи, но тут комок желчи, все время болтавшийся где-то в желудке, наконец подкатил к горлу. Я шарахнулась в сторону, и меня вывернуло прямо на обочину. К счастью, все довольно быстро закончилось. Я вытерла рот рукавом и оглядела своих компаньонов. М-да. Чтоб я посадила к себе в машину кого-то, кто так выглядит!? Ни-за-что!!! Наоборот, ломанулась бы мимо на третьей скорости. Выглядели они так. Даниэль — джинсы и свитер, поверх накинута синяя дубленка явно с чужого плеча. На ногах — домашние тапочки с зелеными зайчиками. Мечислав — еще хлеще. Штаны Снегирева были ему слишком коротки и широки, так что заканчивались где-то сантиметров на десять повыше щиколотки. Свитер тоже был короток и слишком широк. Руки были открыты до середины предплечий, но на животе свитер свисал объемными волнами. Кроссовки Снегирева тоже были ему велики и хлопали снегом при каждом шаге. Да и дубленку я подобрала не совсем ту, что надо. Капюшон у нее, конечно, был, но она явно была женской, серой, в веселеньких зеленых разводах. Уродская мода. Я единственная смотрелась более-менее прилично. Одежда своя, правда ни шарфа, ни шапки, это в пятнадцатиградусный-то мороз, но до таких ли мелочей, когда стреляют!? На ногах — сапожки на шпильках. Так уж вышло, что они мне первые под руку попались. Я захромала к дороге.

— Ну и что мы делать будем?

— Классический вариант, Юленька. — На губах Даниэля играла веселая улыбка. — Ложись-ка ты на дорогу. Рано или поздно здесь кто-нибудь проедет.

— А если меня переедут!? На автомагистрали можно развивать скорость до 110 километров в час!? Проедут, переедут и не заметят!

— Заметят, кудряшка. И потом, у нас нет другого выбора.

Выбора и правда не было. Я помянула незлым словом всех вампиров и их досточтимую клыкастую маму, вспомнила Дюшку и Катьку, благодаря которым оказалась в этой переделке — и послушно улеглась поперек дороги в высокохудожественной позе «Морская звезда». Так у меня была надежда выжить. Даже без ноги или руки. Робкая такая надежда… Вампиры притаились у обочины. Я даже не видела их. Но отчетливо ощущала их присутствие. Но совсем по-разному. Мечислава — как теплый ветерок, овевающий мое сознание. И Даниэля — как беспокойную прохладную волну. Подумать, почему так происходит, я не успела. Взвизгнули шины — и я отчетливо услышала шаги. И в следующий миг вампиры выпрыгнули из засады. Я повернула голову. Нам достался жигуленок — девятка красного цвета с молодым парнем за рулем. Симпатичный такой паренек. На первый взгляд. Я смотрела на него — и в мозгу отпечатывались все новые и новые подробности. Светлые растрепанные волосы, высокий лоб, россыпь веснушек, слегка оттопыренные уши, испуганные серые глаза… На второй взгляд отмечалась еще и дорогая одежда, пижонские очки, серьга в левом ухе (кстати, в каком ухе носят серьгу «мужчины» голубой ориентации?), нагловатое выражение лица… Прости меня. Но у нас нет выбора. Потом я буду терзаться чувством вины, потом я буду долго и горько плакать, потом я заставлю заплатить виновников твоей смерти, тех, кто напал на нас этим солнечным утром. Все это будет только потом. А сейчас нам надо выжить. Просто выжить, а для этого хороши все средства. Вампирам нужно чем-то питаться, а я ослабею, если буду делиться кровью с двумя сразу. Ты гибнешь, как многие невинные в том же «Норд-Осте», просто, попав под случай. Под несчастливый билет. Прости меня, мальчик. А если нет — когда я умру, твоя смерть будет на моей совести.

Мечислав держал парня за шею и смотрел ему прямо в глаза. Я впервые видела вампирский гипноз в действии — так ярко и рядом с собой. И не только действовала, но и чувствовала. Когда Дюшка пытался сломать меня и разбирался с Катькой, я была еще слишком неопытна. Но сейчас… сейчас я разделяла силу с Мечиславом. Как гипнотизируют вампиры? Когда мы всей семьей сидели перед телевизором и смотрели на Кашпировского, я буквально ощущала молот, со всей дури лупящий в мое сознание. Что-то подобное было и у экстрасекса из ИПФ. Вампирский же гипноз был похож на удар мизерикордией — один взмах руки и острие по рукоять уходит в мозг. Неужели это могло случиться и со мной?

— Ты будешь повиноваться мне.

— Я буду повиноваться тебе, — эхом откликнулся паренек.

— Я твой господин!

— Ты мой господин.

Голос был вялым и невыразительным. Очки отлетели в сторону, я подобрала их и сунула в карман.

Больно. Отчего-то мне было очень больно.

Мечислав отпустил паренька.

— Даниэль, свяжи его чем-нибудь.