Ведьма - Финбар Хокинс

Пение оборвалось. Ведьмы подняли глаза на нас. Дилл крепче сжала мою руку. Грей обхватила пальцами мое плечо.

– Ивлин из рода Птиц явилась к нам.

Шевелилось только пламя.

– Со своей сестрой, малюткой Дилл.

Ведьмы устремили взгляды на Дилл, а она – на них. Я знала – она пересчитывает их. Здесь должно быть двенадцать. Ведь матери среди них больше не было. Неподвижными были их лица, одни старые, другие юные. Длинными были их волосы, у некоторых совсем седые или отмеченные сединой, как перья сороки. Все незнакомки, ведь я не могла их вспомнить. Я помнила только костер и ведьм, сидящих вокруг него, смеющихся, болтающих, поющих. Словно они всегда сидели здесь и ждали нас.

Грей подтолкнула нас вперед:

– Они принесли вести о моей сестре. – Ведьмы переглянулись, а потом снова устремили взгляды на нас. – Ивлин, расскажи.

Ни единого звука, кроме шипения котла и плевков пламени. У меня ныло в животе от голода, кости ломило от усталости. И в этой внемлющей неподвижности Дилл сняла с плеча Весну и опустила на землю. Щенок, моргая, зевнул.

– Моя… – Я взглянула на Дилл. – Наша…

Я сглотнула горячий комок и посмотрела прямо в глаза ведьм, в которых отражалось пламя.

– Мать мертва.

Словно вылили воду на их костер, послышалось многоголосое шипение. В оранжевом свете пламени некоторые воздели руки к небу, некоторые страдальчески сморщились, другие просто сидели и смотрели.

Грей опустила руку на мое плечо:

– Закончи свой рассказ, Ивлин.

– Мужчины… В тот день пришли мужчины…

Слезы сковывали горло, но слова хлынули потоком:

– Охотники на ведьм. Четверо. Они убили ее. Я…

Ведьмы что-то бормотали, но Грей подняла ладонь, призывая всех к тишине.

– Мать однажды сказала нам, что у ведьм так заведено… что ведьма, чью кровь пролили, должна быть отмщена и что нужно обратиться к ковену. Итак… – Я проглотила боль. – У меня есть две просьбы.

Дилл сидела с опущенной головой и гладила Весну. Но я знала, что она внимательно слушает.

– У меня есть их имена.

И я вспомнила, как мать кричала нам, чтобы мы убегали.

– Во-первых, я прошу крови. Прошу о своем праве. Отомстить им за содеянное.

Я закрыла глаза, чтобы не плакать. Но вместо этого увидела, как Высокий поднял руку, словно в приветствии. И как опустил ее. И как его псы набросились на мать.

Я открыла глаза. Слез сдержать не удалось. Я стояла в оцепенении, глядя, как Грей отходит от меня, чтобы поговорить с ведьмами.

Зачем я пришла сюда? Меня не волновало, как там заведено у ведьм.

Но я знала зачем. Из-за второй моей просьбы.