Пятая пробирка - Майкл Палмер

Бен несколько раз решительно кивнул Натали.

— Ну... тогда... думаю, что вы его получили, — услышала она свой голос.

— В таком случае позвоните доктору Миллвуду. Он объяснит вам, что нужно делать. Я очень рада за вас. Обя­зательно загляните ко мне в офис, когда поправитесь по­сле операции.

— Но что, если?..

Бет Мэнн уже повесила трубку.

Натали, не пытаясь сдержать слез, взяла Бена за руки.

— Помнишь, что я сказала про завершение? — спросила она.

* * *

«Время рассчитано правильно», — думал Энсон, — оно пришло».

Он сидел в небольшой машине в арендованном га­раже всего в миле от квартиры Натали Рейес, почти в полной темноте. Окно в дверце со стороны пассажир­ского сиденья было приоткрыто на дюйм, из щели тор­чали тряпки. Через них внутрь машины был просунут конец садового шланга, а другой конец присоединялся к выхлопной трубе и обмотан скотчем. Сильный тран­квилизатор, который принял Энсон, уже начал дейст­вовать.

Он прочитал, а затем еще раз перечитал двухсотстра­ничный доклад Бет Мэнн о Натали Рейес, ее семье и даже о ее новом друге. Энсон изучил множество статей, относя­щихся ко времени учебы Натали в Гарварде, просмотрел видеозаписи соревнований, в которых она участвовала. Он даже один раз прошел мимо нее так близко, что задел рукавом.

Да, время было выбрано абсолютно верно.

Натали Рейес и, возможно, Бен Каллахэн отлично под­ходили для роли нового руководства больницей и к опре­делению дальнейшей судьбы «Сары-9». После того, как Натали прооперируют, ее вместе с Каллахэном пригласят в офис адвоката Энсона, где вручат его дневник и диск, ко­торый Джозеф записал для нее.

От нее не потребуется принять на себя обязательство навсегда остаться в Камеруне, но Энсон подозревал, что, вдохнув однажды волшебный воздух джунглей и познако­мившись с людьми, живущими и работающими там, она все-таки задержится в этой стране.

Натали и Бен Каллахэн являли собой все то, чем не обладала печально знаменитая организация неудавшихся правителей-философов типа Элизабет Сен-Пьер и Дугла­са Беренджера. Они были истинными Хранителями.

Энсон включил свет в машине и посмотрел на часы. Потом открыл лежавший на коленях блокнот и прочитал вслух:

—Мир может быть жестоким, полным обмана,

Полным лжи,

Полным несправедливости,

Полным боли.

Но есть еще, друг мой, пустота, что ждет тебя -

Огромная сверкающая пустота,

Мягкая, напоенная ароматом мира,

Ароматом безмятежности.

Ты уже почти там, друг мой.

Величественная пустота — вечная гавань твоей души. Возьми мою руку, друг.

Возьми мою руку и сделай шаг, только один шаг.

И ты будешь там.

Энсон взял мобильный телефон и набрал номер.

— Мисс Мэнн, — сказал он, — можете начинать отсчет. Не дожидаясь ответа, он отложил телефон, выключил свет, завел мотор и положил свой блокнот на потертый то­мик «Государства» Платона.