Перерождение - Джастин Кронин

— Калеб, перелезай!

— Я же поджарюсь!

— Нет, забор обесточен! — горячо заверила Алиша и взглянула на Питера. — Он ведь обесточен?

— Понятия не имею.

Девушка шагнула к воротам и, прежде чем Питер вымолвил хоть слово, прижала к ним ладонь.

Ничего не случилось.

— Скорее, Калеб, скорее!

Сапог втиснул пальцы между столбов и начал карабкаться. Едва погасли последние искры второй вспышки, тени удлинились. Алиша зарядила в пистолет еще одну ракету и выстрелила. Подгоняемая дымным хвостом ракета взмыла к небесам и разорвалась, ярко осветив поле.

— Это последняя! — объявила девушка. — У нас секунд десять, пока пикировщики не сообразили, что забор обесточен.

Калеб уже оседлал забор.

— Пошевеливайся! — крикнула ему Алиша.

Паренек спрыгнул с пятнадцатифутовой высоты, перекувыркнулся и вскочил на ноги. Его грязное, перемазанное соплями лицо блестело от слез. «Надо же, босой! — машинально отметил Питер, а потом подумал: — Через пять секунд снова воцарится тьма».

— Эй, ты не ранен? — спросила Калеба Алиша. — Бежать сможешь?

Сапог кивнул, и все трое понеслись к станции. Питер почувствовал вирусоносителей даже раньше, чем увидел: он обернулся, когда один из них перемахивал через забор. Внезапно прямо над ухом Питера раздался выстрел. Мерзкая тварь, подстреленная Алишей, кувыркнулась в воздухе и рухнула на утоптанный дворик.

Девушка прильнула к глазку видоискателя и выстрелила еще три раза подряд.

— Уводи мальчишку! — крикнула она.

Питер с Калебом бросились к лестнице, а Алиша без остановки поливала пикировщиков огнем. Треск выстрелов эхом разносился по всему двору. Несколько тварей перемахнуло через забор. Питер с винтовкой за спиной вскарабкался на верхнюю перекладину и обернулся. Паля по пикировщикам, Алиша пятилась к стене, а когда патроны кончились, отшвырнула винтовку и стала подниматься вверх по лестнице. Питер тотчас прицелился в ближайшую тень и спустил курок. Ствол дернулся, пуля улетела неизвестно куда, зато сам Питер чуть не рухнул на землю: так сильно его тряхнула мощнейшая отдача.

— Смотри, куда палишь! — закричала Алиша, прижимаясь к перекладинам. — Целься, мать твою, целься!

— Я стараюсь!

К лестнице ползли сразу три вирусоносителя. Питер шагнул вправо и прижал винтовку к плечу. «Целься, как из арбалета!» Попасть он, конечно, не попадет, но хотя бы распугает тварей! Питер спустил курок — вирусоносители отскочили от лестницы и растворились во тьме. Он выиграл не больше двух-трех секунд.

— Заткнись и быстрее поднимайся! — крикнул Питер Алише.

— Так и сделаю, если прекратишь в меня стрелять!

Когда девушка оказалась на верхней ступеньке, Питер схватил ее за руку и рывком затащил на крышу.

— Питер, Алиша, за вами пикировщик! — крикнул из люка Калеб.

Алиша полезла в люк за Калебом, а Питер обернулся: на краю крыши действительно стоял пикировщик. Поднять винтовку на плечо — прицелиться — спустить курок. Увы, нехитрый алгоритм занял слишком много времени, и, когда громыхнул выстрел, пикировщика на крыше уже не было.

— Все, хватит! — скомандовала Алиша. — Залезай в люк!

Питер рухнул прямо на Калеба, который под его тяжестью сложился, как перочинный ножик. Сам Питер больно ударился лодыжкой и выронил винтовку, с грохотом отлетевшую в сторону. Алиша перешагнула через них и попыталась закрыть люк, но что-то мешало, что-то держало его с той стороны. Девушка стиснула зубы и уперлась ногами в лестницу.

— Не могу… Не получается!

Питер с Калебом вскочили на ноги и бросились на помощь, но как ни тянули на себя люк, ничего не получалось: державший его с той стороны был куда сильнее. Лодыжку Питер повредил, но в такой момент боль не имела значения. Он обвел взглядом платформу: где же винтовка? Вон, на площадке лестницы, ведущей в туннель.

— Давайте отпустим люк, — предложил Питер. — Другого варианта нет.

— Да ты свихнулся! — возмутилась Алиша, но, судя по огоньку в глазах, моментально разгадала замысел Питера. — Ладно, отпустим. — Она повернулась к Калебу. — Ну, готов?

Парнишка кивнул.

— Раз… два… три!

Люк отпустили. Питер в выпаде поднял винтовку, развернулся и ткнул стволом в открывшийся люк. Целиться времени не было, и он искренне надеялся, что не придется.

Так и получилось. Дуло винтовки попало прямо в разверстую пасть вирусоносителя и, скользнув между крепкими зубами, уперлось в гортань. «Не двигайся!» — мысленно скомандовал Питер, заглянул в чудовищные глаза и прострелил голову тому, кто еще недавно был Зандером Филлипсом.

21

Самым существенным различием между Старым временем и современностью Майкл Фишер считал вовсе не вирусоносителей, а электричество.

Нет, разумеется, вирусоносители создавали серьезную проблему, точнее, сорок два с половиной миллиона серьезных проблем, если верить документам, которые хранились на посту аварийной бригады за Щитовой. В распоряжение Майкла Штепселя попала целая хроника последнего этапа эпидемии. «Колорадский вирус, штаммы 1–13, национальное и региональное резюме по некоторым параметрам надзора» — издание Центра по контролю и профилактике заболеваний, Атланта, штат Джорджия; «Протоколы переселения жителей городских районов зон 6–1» — издание Федерального агентства по чрезвычайным ситуациям, Вашингтон, округ Колумбия; «Эффективность вторичной профилактики геморрагической лихорадки (разновидность Колорадского вируса) у нечеловекообразных обезьян» — издание Научно-исследовательского института инфекционных заболеваний Медицинской службы Вооруженных сил США, Форт-Детрик, штат Мэриленд, и так далее, и тому подобное. Кое-что Майкл понимал, кое-что — нет, но, в сущности, все документы свидетельствовали об одном — коэффициент смертности среди зараженных равнялся десяти процентам. Из десяти укушенных погибал лишь один. Если предположить, что к началу эпидемии население США, Канады и Мексики составляло пятьсот миллионов человек, временно отбросить все другие страны — о них информации почти не сохранилось, — и для самих вирусоносителей принять коэффициент смертности в скромных пятнадцать процентов, получается, что между Беринговым проливом и Панамским перешейком бродят сорок два с половиной миллиона кровожадных тварей, которые пожирают всех теплокровных с температурой тела от тридцати шести до тридцати восьми градусов по Цельсию, то есть девяносто девять целых девяносто шесть сотых процента млекопитающих; от мышей-полевок до гризли.

«Да, проблема серьезная! — думал Майкл. — Но обеспечьте меня электричеством, и я расправлюсь с вирусоносителями раз и навсегда!» Старое время казалось настоящим электрическим раем, у Майкла даже голова кружилась. Миллионы миль проводов, миллиарды ампер тока… Представить хотя бы огромные электростанции, превращающие скрытую энергию земли в ликующее восклицание, которое разносит по сети каждый ампер тока: «Да! Да! Да!»