Смертный приговор - Андреас Грубер

Она знала, что последний пункт особенно не понравится Хессу.

– Вы считаете, все это взаимосвязано? – На мгновение показалось, что Хесс забыл про свое высокомерие и увидел в ней коллегу. Но тут же снова нацепил свою надменную ухмылку.

– По крайней мере, после встречи в Вене я буду знать больше, – ответила она.

Хесс кивнул и взглянул на свой монитор. Сабина увидела, что пришел какой-то мейл, но не смогла прочитать тему письма.

– Ваши методы работы не облегчат вам жизнь в немецкой полиции. – Он выложил содержимое конверта на письменный стол. Потом протянул ей бейдж и служебное удостоверение. – Ваше увольнение временно отсрочено. Служебное оружие вы получите на ресепшен.

Он повернулся к компьютеру и открыл мейл. Вскоре послышалось жужжание лазерного принтера, который выплюнул листок бумаги.

Хесс указал на распечатку:

– Ваш посадочный билет. Вена вас только что зарегистрировала на рейс.

Тут зазвонил телефон Сабины.

– Извините. – Он увидела номер прокурора Дитц и ответила.

– Я говорила с вашим начальником. Вам нужно как можно скорее приехать сюда, – сказала Дитц. – Вы получили билет?

Сабина покосилась на посадочный.

– Да.

– Я пока договорюсь, чтобы вас встретили в аэропорту.

– Спасибо.

– Хорошего полета. – Женщина положила трубку.

Сабина убрала сотовый, взяла билет и проверила время вылета. К счастью, ее упакованный чемодан с ноутбуком и материалами по всем делам уже лежал в багажнике. Если она хотела вовремя добраться до аэропорта Франкфурта, нужно поторопиться. Сабина сложила билет и убрала в карман. Все было верно. Видимо, Хесс передал ее личные данные в Вену по запросу от прокуратуры.

– Я должна идти.

Хесс кивнул.

– Эту маленькую битву вы выиграли, но я дам вам совет: если вы будете успешны в Вене, академии зачтется это сотрудничество. Но если вы провалитесь, у меня появится еще одна причина вышвырнуть вас из академии – и после этого вы будете, в лучшем случае, регулировать дорожное движение под проливным дождем в какой-нибудь баварской деревне. – Он пристально посмотрел на нее. – Вы поняли?

– Да. – Сабина поднялась. – Но вместо того, чтобы раздавать советы, вам нужно как можно скорее разыскать Мартена Снейдера, потому что он расследует то же дело, что и я, и без вашей поддержки может закончить, как Эрик Дорфер… а это вам уже не зачтется.

55

В отличие от франкфуртского аэропорта, который напоминал огромного осьминога, протянувшего щупальца между пассажирскими трапами, эскалаторами, взлетными и посадочными полосами, аэропорт «Швехат» в Вене казался милым и уютным. И все равно путь от выхода до пункта выдачи багажа показался длиною в два километра. В общей сложности работало пять транспортерных лент, на которых по залу петлял багаж с рейсов из Рима, Парижа, Дубая, Франкфурта и Гран-Канарии.

Наконец Сабина нашла свой чемодан и покатила его к выходу. За исключением служебного оружия и магазинов, которые она оставила в ячейке в аэропорту Франкфурта, у нее все было с собой.

Когда открылись автоматические двери в зал прилета, она оказалась перед толпой встречающих, стоящих за ограждением. Десятки людей махали или поднимали таблички с именами, дети кричали, собаки подпрыгивали от радости.

Наконец она нашла табличку со своей фамилией. Пятидесятилетний мужчина в сером костюме с галстуком никак не походил на шофера. Пиджак у него слегка оттопыривался – наверняка, служебное оружие. Он внимательно оглядывал проходящих мимо людей. Сабина подошла к нему и представилась.

– Добрый день. – Он протянул ей руку, свернул листок с ее фамилией и убрал в карман пиджака. – Хаузер, Федеральное ведомство по уголовным делам города Вены. Мой автомобиль стоит у выхода.

Выезд с территории аэропорта мимо многочисленных парковок и многоуровневых стоянок занял минут пять. Погода в Австрии была несколько лучше, чем в Висбадене и Франкфурте. Солнце пробивалось через облака, и Хаузер достал из бардачка солнечные очки. Он выехал на восточный автобан, но направился не в сторону съезда на Вену, а в противоположном направлении.

Хаузер взглянул на нее поверх очков.

– Я отвезу вас прямо к прокурору Дитц. Она живет в Нойзидль-ам-Зе. Через двадцать пять минут будем там.

Он перестроился в левую полосу и нажал на газ.

– Она выделила для вас целый день.

– Вы тоже будете с нами? – спросила Сабина.

– По крайней мере, первый час – зависит от того, поможет ли нам ваша информация. В любом случае Дитц собирает у себя дома специальную комиссию для нас.

– Вы уже сейчас хотите поговорить о деле? – Сабина прикрыла рукой рот и зевнула. – Извините…

– Нет, приберегите силы. Нас ждет напряженный день. Вы выглядите усталой. Хотите поспать?

– Да, спасибо, я почти не спала сегодня.

– Без проблем. – Хаузер выключил радио.

Сабина скатала куртку и прислонилась головой к боковому стеклу. В следующий момент у нее сами собой закрылись глаза.

Сабина проснулась, когда Хаузер заглушил мотор. Они припарковались рядом с внедорожником. Дом прокурора Дитц – с частным пляжем и деревянным причалом, на котором лежало водолазное снаряжение, – стоял прямо на берегу озера. Неподалеку на волнах покачивался гидроцикл. Местность к востоку от Вены была равнинной. Волны сверкали на солнце. Всего в нескольких сотнях метров виднелась пристань с яхтами.

Только Хаузер и Сабина сделали несколько шагов по участку, как из дома через дверцу для собак выскочил золотистый ретривер и бросился им навстречу. Он поприветствовал сначала следователя, который вздрогнул, потом обнюхал Сабину.

– Боитесь собак? – спросила Сабина.

– Меня однажды укусил пес.

– На службе?

– В пятилетием возрасте.

Навстречу им вышла высокая женщина лет сорока, с длинными каштановыми волосами. Она была одета в кроссовки и темно-синий спортивный костюм с капюшоном.

– Мелани Дитц, – представилась она и протянула Сабине руку.

Когда Сабина прекратила гладить пса, тот прижался телом к ее ноге и принялся тыкаться в нее мордой.

– Да, молодец, мой хороший, – сказала Сабина и почесала его за ухом. – Еще совсем молодой?

– Три года, – ответила прокурор. – Ее зовут Шейла.

– Как кошачий корм?

– Именно.

– Она терапевтическая собака для детей с психологическими травмами, – добавил Хаузер.

Прокурор бросила на Хаузера удивленный взгляд, который Сабина не смогла правильно истолковать.

– Пойдемте в дом, – предложила Дитц и направилась первой.