Темное озеро - Линда Кейр

По мере того как они проходили по кампусу мимо нового литературного центра, который со стороны выглядел полностью готовым к проведению мероприятий, но, очевидно, еще не обзавелся внутренней отделкой, Энди невольно посмеивалась над тем, как по-разному реагировали двойняшки на свой первый законный визит в Глен-лейк.

Оуэн бежал впереди, как ищейка по следу, повсюду заглядывая, на все забираясь и бросая тоскливые взгляды на сестру, отказавшуюся к нему присоединиться.

Они еще не видели Кэссиди, но уже общались с ней утром в семейном групповом чате:

Есть ВАЖНЫЕ НОВОСТИ, — сообщила она.

Про университет??? — спросила Уитни.

Оуэн, всегда поддерживающий младший брат, на всякий случай заранее выразил свои соболезнования: Жаль, если все они отвергли тебя.

Да, про университет, — написала Кэссиди. — Меня приняли в Амхерст.

Ее приняли также в Сиракузы, Северо-Восточный и в Колби, но, учитывая традиции Коуплендов, она, похоже, склонялась к отцовской альма-матер.

Terras irradient^[80], — написал Йен.

Это значит: «Земля радиоактивна», — услужливо перевел Оуэн.

Поздравляю, Кэссиди, — добавила Энди.

Чуть погодя Кэссиди прислала еще одно сообщение: Но это не самая крутая новость.

А какая круче??? — поинтересовалась Уитни.

УЗНАЕТЕ СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ, — ответила Кэссиди, закончив сеанс связи.

«Сегодня вечером» должна была состояться презентация журналистского семинара. Так же как Энди когда-то была ключевым организатором поэтического турнира (оглядываясь назад — с ужасающим названием), Кэссиди числилась в инициативной группе по организации мероприятия нынешнего семинара. Такие презентации обычно привлекали скромную аудиторию, однако поскольку ее назначили на вечер перед весенними каникулами, то все подобные им семьи, планируя отправиться в отпуск из аэропорта О’Хара, собрались в школе, обеспечив более масштабный прием. И уж если говорить более конкретно, то интерес к делу, освещенному в национальных новостях, гарантировал, что свободными в зрительном зале будут разве что стоячие места.

Когда они подошли к зрительному залу, Энди удивилась, заметив с обеих сторон от входной двери двух помощников шерифа округа Лейк, в парадной форме и с оружием на ремне.

— А зачем тут копы? — задыхаясь от бега, жизнерадостно спросил Оуэн, догнав семью.

Энди вопросительно глянула на Йена.

— Чтобы держать подальше репортеров, — мгновенно предположил тот. — Они не хотят, чтобы журналисты провалили школьное мероприятие. В конце концов, это частное учреждение.

— Тем не менее не думаете ли вы, что это весьма иронично? — спросила Уитни. — Не пускать одних репортеров на репортажи других репортеров?

«У девочки острый ум, в некотором смысле даже круче, чем у Кэссиди, — с тревогой подумала Энди. — Надеюсь, она закончит Гленлейк без каких-либо трагических литературных семинаров».

— Эта презентация только для учащихся и их семей, — просто добавила она.

Они пришли немного раньше времени, поэтому ждали на ступеньках, пока Оуэн сжигал часть своей неуемной тринадцатилетней энергии, активно занимаясь паркуром между ограждениями лестницы, колоннами и каменными скамьями. Вечер выдался прохладный, но весна определенно уже вступала в свои права.

Кэтрин Генри, бывшая дежурная преподавательница по общежитию Энди, направилась к ним, прогуливаясь под руку с Шэрон Лизандер. Миссис Лизандер, постоянно повышая свое образование, превратила должность заместителя по административным вопросам в должность заместителя директора. Йен, вероятно, правильно полагал, что она достигла предела своей карьеры. Отчасти потому, что неизменно оставалась трудолюбивой «рабочей лошадкой», а не призовым рысаком. И, вероятно, потому, что ей уже было далеко за пятьдесят…

Миссис Генри направилась прямиком к Уитни.

— Поздравляю вас, юная леди! Ваша мать сообщила мне приятные новости, и теперь я с радостным волнением жду, когда же очередная ученица из славного семейства Коупленд приедет сюда в следующем году.

Уитни просияла.

— Вы будете следовать по стопам своей матери? — спросила женщина, выразительно глянув на Энди, которая продолжала усиленно улыбаться, хотя внутренне содрогнулась от этой мысли.

— Она больше склонна к точным наукам, — быстро ответил Йен, — но обожает читать и, я уверен, будет успешно осваивать тонкости английского языка.

— Замечательно, — сказала миссис Генри, приветливо помахав Оуэну; тот также помахал в ответ, хотя, вероятно, даже не знал, кому махал.

— Примите и мои поздравления, — добавила Шэрон. — Добро пожаловать в Гленлейк!

— Спасибо! — оживленно воскликнула Уитни.

— И поздравляю вас также с успехами Кэссиди, — продолжила Шэрон, взглянув на Йена и Энди. — После сегодняшнего вечера ее акции вырастут вдвое больше.

Замечание прозвучало загадочно, но, не желая показывать свою неосведомленность, Энди предпочла ничего не уточнять. Вскоре и так все выяснится.

Они еще немного поболтали, но поскольку преподаватели и студенты продолжали прибывать, Уитни настояла, чтобы они поскорее пошли в зал, опасаясь, что там займут все хорошие места.

— Да, однако, поднабралось народа, — пробурчал Йен, заметив, как быстро заполнились партер и балкон и как прибывшие позже уже просто стояли сзади у стены. На одной стороне сцены, возбужденно что-то обсуждая, сидели Уэйн Келли и его семинаристы. Энди пришлось махать пару минут, прежде чем Кэссиди заметила их в толпе зрителей и помахала в ответ.

И вот пришло время начать презентацию. Директор Скэнлон произнес краткую вступительную речь, поблагодарив всех пришедших и процитировав — без тени иронии — основные этапы долгой истории литературной программы Гленлейка. Затем он представил миссис Генри, а та, в свою очередь, представила всем Уэйна Келли, зачитав, по-видимому, всю его биографию, словно решила убедить аудиторию, что человек, которого им предстоит услышать, на самом деле уважаемый и талантливый журналист.

— …Вы много читали об этом происшествии в газетах, — подытожила она, — и обитателям Гленлейка порой трудно было вспоминать эту печальную историю. Но не все в этом деле известно… и последние новости вы услышите первыми!