Ночная охота - Ребекка Кантрелл

Он был прав.

Замок щелкнул, отпираясь.

Пройдя дальше, Монк и Крид оказались в закрытом коридоре, откуда вела еще одна дверь. Стены коридора были стеклянными, за ними открывалось просторное помещение. Под потолком вспыхнули лампы, однако свет их был приглушен до мягкого янтаря.

Монк толкнул следующую дверь. Она оказалась незапертой. Похоже, она предназначалась не столько для того, чтобы не впускать никого внутрь, сколько для того, чтобы не выпускать обитателей помещения.

Войдя в дверь, Монк разинул рот, увидев открывшееся перед ним зрелище. Вдоль всего помещения тянулись огромные окна от пола до потолка. Воздух был наполнен низкочастотным гулом, напоминающим гудение радиоприемника, настроенного на частоту между станциями.

Крид не отставал от Монка ни на шаг.

– Это что, правда?..

Монк кивнул.

– Да, это ульи.

За стеклом в завораживающем ритме бурлила и извивалась сплошная масса пчел. Мелькали крылышки, дергались полосатые тела. До самого потолка поднимались лотки с сотами. Ульи были разделены на отдельные секции, каждая из которых обозначалась непонятным кодом. Изучая эти коды, Монк обратил внимание, что в каждом из них цифрам предшествовал один и тот же префикс из трех букв: «ИМД».

Он не знал, что это означает, но не вызывало сомнений, что пчелы используются для каких-то исследований.

Впрочем, возможно, у Карлсена просто страсть полакомиться свежим медком.

Вместе с Кридом они подошли к ближайшей секции. Жужжание стало громче, возбуждение усилилось. По-видимому, на пчел действовал свет, хотя и неяркий.

– По-моему, это африканские пчелы, – заметил Крид. – Вы только посмотрите, какие они агрессивные.

– Мне наплевать, откуда они родом. Зачем они «Виатусу»? И к чему такие меры безопасности?

Подойдя к улью, Крид протянул руку к маленькому выдвижному лотку.

– Осторожнее! – предупредил Монк.

Сдвинув брови, Крид выдвинул лоток.

– Не беспокойтесь. Я уже имел дело с пчелами. На нашей семейной ферме в Огайо есть пасека.

В лотке оказалась закрытая коробка, одна стенка которой была затянута сеткой. Внутри находилась одна большая пчела.

– Матка, – объяснил Крид.

Пчелы в стеклянном улье возбудились еще больше.

Монк обратил внимание, что коробка отмечена тем же самым непонятным кодом, что и весь улей. Пока Крид вставлял лоток на место, Монк достал маленькую видеокамеру-ручку. Нажав кнопку, он заснял секции ульев и кодовые номера.

Может быть, это окажется очень важным.

Но пока что им с Кридом оставалось только по возможности все задокументировать и поскорее убраться отсюда. Закончив съемку, Монк сверился с часами. Он по-прежнему хотел заглянуть в помещение напротив, перед тем как подняться к серверам и выполнить основную задачу.

– Пошли, – сказал Монк, увлекая напарника обратно в коридор.

Там он приложил синтетическую ладонь к считывающему устройству на другой двери. Замок открылся, и они оба прошли внутрь. За дверью находилась небольшая прихожая, похожая на ту, что вела к пчелам. Однако здесь на вешалке на стене висели противогазы. Впереди, как обычно, зажегся свет. Помещение было таких же размеров, как и предыдущее.

Но пчел здесь не было.

Вдоль всей комнаты проходили четыре длинные грядки, поднятые на ножки. Даже на расстоянии Монк сразу же узнал мясистые зонтики, буйным изобилием поднимающиеся над грядками.

– Грибы, – пробормотал Крид.

Монк толкнул дверь. Она открылась с легким хлопком герметического запора. В помещении поддерживалось пониженное давление, чтобы воздух не выходил наружу. И Монк тотчас же понял, зачем это делалось.

Крид зажал рот и нос.

Зловонный смрад пощечиной ударил в лицо. В сыром, жарком воздухе стоял запах рассола, дохлой рыбы и тухлого мяса. Монку захотелось развернуться и бежать прочь, но он вспомнил, как Пейнтер пересказал ему свой разговор с Греем.

О грибах.

Это не могло быть случайным совпадением.

Монк достал видеокамеру, готовый снимать. Крид присоединился к нему, протягивая захваченный в прихожей противогаз. Монк с признательностью надел его.

«Хорошо хоть кто-то об этом подумал…»

Фильтр противогаза принял большую часть вони на себя. Получив возможность дышать, Монк шагнул к ближайшей грядке. Грибы росли из черной маслянистой жижи.

Натянув на руки латексные перчатки, Крид присоединился к нему. Он встряхнул еще одну перчатку, раскрывая ее.

– Нам нужно взять образец этих грибов.

Кивнув, Монк включил видеокамеру.

Нагнувшись к грибу, Крид осторожно взял его за ножку и потянул вверх. Гриб поддался – но вместе с ним поднялся какой-то мясистый кусок, на котором он вырос. Вздрогнув от отвращения, Крид выронил гриб. Тот плюхнулся в вязкую желеобразную жижу.

Только теперь Монк сообразил, что служило питательной средой.

Свернувшаяся кровь.

– Вы видели?.. – запинаясь, пробормотал Крид. – Это действительно?..

Монк успел разглядеть, к чему прирос гриб, который пытался вытащить его напарник. Это была почка. И, судя по размерам, скорее всего, человеческая.

Монк махнул рукой, призывая Крида продолжить это жуткое занятие.

– Бери образец.

Включив видеокамеру на запись, Монк двинулся вдоль длинной грядки грибов. У двери росли самые маленькие, белые словно кость. Но дальше грибы становились крупнее и приобретали сочную алую окраску.

Монк обратил внимание на коричневые стебли, торчащие из крови. Он опустил камеру, снимая их крупным планом, и только тогда разглядел, что это были не стебли. Монка прошибла холодная дрожь. Он понял, что это человеческие пальцы.

Протянув руку, Монк схватил один из пальцев протезом. Потянув за него, он вытащил из жижи кисть, а подняв ее выше, увидел, что это целая рука. Грибы росли на человеческой плоти.

Стиснув зубы, он медленно опустил конечность в бак. Увиденного было достаточно. В крови лежали целые тела, служившие удобрениями для грибов.

Монк также обратил внимание на темно-коричневую кожу руки, что было большой редкостью для белых снегов Норвегии. Ему вспомнилась испытательная ферма в Африке, уничтоженная в ночи крови и огня.

А что, если там выращивалось кое-что помимо кукурузы?

Монк поймал себя на том, что дышит с трудом. Он быстро дошел до конца грядки. Здесь грибы уже дозрели; толстые ножки, увенчанные ребристыми стручками, выглядели мясистыми и волокнистыми.

Протезом Монк ткнул один стручок. От прикосновения тот лопнул. Вверх взметнулся густой порошкообразный дымок, быстро рассеявшийся в воздухе.