Трое - Кен Фоллетт

– Здесь поверни направо.

Они въехали в открытые ворота и покатили к разрушенной вилле из белого камня по короткой подъездной аллее, заросшей сорняками. Суза остановилась перед портиком с колоннами, ожидая, что Натаниэль сейчас выбежит встречать ее.

Никто не подавал признаков жизни.

Они вышли из машины и по разбитой каменной лестнице поднялись к главному входу. Суза толкнула массивную деревянную дверь, они вошли внутрь и оказались в огромном холле с раскрошившимся мраморным полом. Потолок провис, на стенах темнели пятна сырости. Посреди холла валялась гигантская люстра, раскинувшись по полу, словно мертвый орел.

– Эй, есть тут кто? – позвал Кортоне.

Ответа не последовало.

«Дом большой, – подумала Суза, – Нат наверняка где-то здесь, просто не слышит нас… Может, вышел в сад?»

Они прошли через холл, обойдя люстру, миновали огромную пустую гостиную с гулким эхом и вышли в маленький садик, сбегающий к краю утеса; за ним к морю длинными зигзагами сбегала лестница, вырубленная в скале.

Никого не было.

– Смотри. – Кортоне поднял пухлую руку и показал на море.

Суза всмотрелась и увидела, что из бухты выходит какое-то судно, оставляя за собой широкий кильватер, а навстречу плывет катер, подпрыгивая на волнах, разрезая воду острым носом.

– Похоже, мы только-только разминулись, – сказал Кортоне.

Суза ринулась вниз по ступенькам. Она размахивала руками и кричала, как безумная, пытаясь привлечь внимание людей на судне, хоть и понимала, что это бесполезно – они слишком далеко. Поскользнувшись на камнях, девушка упала на ступеньки и заплакала.

Кортоне сбежал следом.

– Бесполезно, – сказал он, поднимая ее на ноги.

– Катер! – в отчаянии воскликнула она. – Может, нам еще удастся их догнать…

– Исключено. Пока моторка доберется сюда… К тому времени они будут уже очень далеко – скорость-то разная.

Кортоне повел ее вверх по лестнице. Долгий подъем его сильно утомил, но Суза даже не заметила этого, погруженная в свое несчастье.

Наконец они поднялись по склону в сад и зашли в дом.

– Надо присесть, – пропыхтел Кортоне, когда они вошли в гостиную.

Суза взглянула на него: он тяжело дышал, лицо посерело и покрылось капельками пота. Внезапно она поняла, что такая нагрузка оказалась непосильной для его тучного тела. На минуту она даже забыла о своих горестях.

Они вышли в разрушенный холл. Суза подвела Кортоне к широкому, изгибающемуся лестничному пролету и усадила на вторую ступеньку. Закрыв глаза, он оперся головой о стену.

– Послушай… Надо позвонить на судно… или послать телеграмму… мы еще можем с ними связаться…

– Посидите спокойно, – прервала она. – Вам вредно разговаривать.

– Спроси у моих братьев… Кто там?!

Суза обернулась. Послышалось звяканье хрустальных осколков.

К ним приближался Ясиф Хасан.

Внезапно Кортоне с усилием поднялся.

Хасан замер.

Прерывисто дыша, Кортоне полез в карман.

– Нет! – воскликнула Суза.

Кортоне вытащил пистолет и спустил курок. Раздался оглушающий выстрел: пуля прошла мимо. Кортоне осел наземь, лицо его почернело, пистолет выпал из рук и звякнул на разбитом мраморном полу.

Хасана вырвало.

Суза бросилась на колени возле Кортоне.

Тот открыл глаза.

– Послушай… – хрипло прошептал он.

– Оставь его, пойдем, – сказал Хасан.

Суза оглянулась на него.

– Отвали! – закричала она что есть мочи и повернулась к Кортоне.

– Я убил многих… – продолжал тот. – Одиннадцать человек. Я убил сам себя… Я спал с кучей женщин… – Голос его ослаб, глаза закрылись; из последних сил он продолжил: – Всю свою дурацкую жизнь я был вором и громилой… Но я умер за друга, так ведь? Это ведь что-то да значит, правда?

– Да, – ответила она. – Это очень много значит.

– Ну тогда ладно, – прошептал он и умер.

Суза никогда раньше не видела смерть. Секунду назад перед ней лежал живой человек – и вдруг он исчез, его больше нет, осталось лишь тело. Неудивительно, что смерть заставляет нас плакать. Суза вдруг почувствовала, что ее лицо залито слезами. А ведь он ей даже не нравился – до этого момента…

– Молодец, все правильно сделала, – сказал Хасан. – Теперь пойдем отсюда.

Сначала Суза даже не поняла. «Все правильно сделала»? И тут до нее дошло: Хасан не знал, что Кортоне про него известно. С точки зрения Хасана, она лишь послушно выполнила свою задачу – привела к Дикштейну. Ей остается притвориться, будто она по-прежнему на его стороне, пока не удастся связаться с Натом.

Господи, я не могу больше лгать и изворачиваться, я так устала…

Кортоне сказал – можно позвонить на судно или послать телеграмму.

У нее еще есть шанс предупредить Ната.

Боже, как хочется спать…

Она встала.

– Чего же мы ждем?

Под высокими заброшенными сводами они прошли к выходу.

– Поедем на моей машине, – сказал Хасан.

Мгновение Суза колебалась – не сбежать ли от него, но потом сочла эту идею глупой: он и так ее скоро отпустит, ведь задача выполнена, теперь можно и домой.

Она села в машину.

– Погоди. – Хасан подбежал к автомобилю Кортоне, вытащил ключи и забросил их в кусты. – Это чтобы тот, с катера, за нами не увязался, – объяснил он.

Когда они отъехали, Хасан произнес:

– Ты меня разочаровала. Этот человек помогал нашим врагам. Когда враги умирают, надо радоваться, а не плакать.

Суза прикрыла глаза рукой.

– Он помогал своему другу.

Хасан похлопал ее по колену.

– Ладно, зря я на тебя ругаюсь – ты отлично справилась, добыла всю нужную информацию.

Она взглянула на него.

– Да?

– Конечно. Видела – большое судно выходило из бухты? Это «Стромберг». Я знаю время отправления и максимальную скорость, так что теперь я смогу рассчитать момент, когда они встретятся с «Копарелли», и пошлю туда своих ребят днем раньше.

Хасан снова похлопал ее по колену, задержав ладонь на бедре.

– Не трогайте меня, – сказала она.

Он убрал руку.

Суза прикрыла глаза и попыталась обдумать ситуацию. Итак, своим вмешательством она все испортила: привела Хасана на Сицилию, но не сумела предупредить Ната. Нужно поскорее выяснить, как послать телеграмму на судно. Оставался еще один шанс – стюард, обещавший позвонить в израильское посольство в Риме.