Девушка полночи - Катажина Бонда

– То есть, если я правильно поняла, – уточнила Саша, – этот человек спас Иглу от смерти, а потом перед его убийством вырубил свет всему дому?

Буль кивнул.

– Зачем?

– Может, приближается конец света? – Он издевательски засмеялся. – Это псих, но ему не чужда логика. И наверное, сам он – личность очень организованная.

– Где мне найти этого Князя тьмы?

– Он уехал куда-то. Сразу после того, как донес на меня. Когда вернется – не знаю. Не только он меня пасет. Я тоже не слепой, вижу все, что происходит. Если вы хотите с ним поговорить, то предлагаю подойти на Пилсудского, 7, квартира 9, пятый этаж. – Буль вдруг посерьезнел. – А сейчас, с вашего позволения, мне надо заняться делами. Вот-вот коллеги из бывшей фирмы придут, чтобы задержать меня для допроса. Необходимо определить фронт работ всем сотрудникам, чтобы, пока меня не будет, бизнес не стоял. Я ведь не выйду в ближайшие сорок восемь часов. Или я ошиба юсь? – Мне об этом ничего не известно, – ответила Залусская.

Саша сообщила главврачу, что она уже здесь. Он велел ей подождать у палаты. Он даст знать, когда можно будет войти. Она направилась в указанном направлении.

Двое в форме скучали у палаты, в которой лежала Иза Козак. Они показывали друг другу что-то в своих телефонах, не обращая внимания на Духа, дремлющего на стуле. Не в пример Залусской, капитан этим утром был не в настроении. Выглядел плоховато. Лицо опухшее, как после бессонной ночи. Подойдя к нему, она поняла, что причина довольно прозаична.

– Вы закопали топор войны, – прошептала она, стараясь не обращать внимания на запах перегара.

– Этот алкаш Валигура хотел меня уничтожить, – сказал Духновский, не открывая глаз. – Конечно же ему это не удалось. Надеюсь, он преставился и жарится в аду.

– Если заслужил. – Саша достала из сумки бутылку минералки и протянула Духу. Он взял ее не глядя и присосался к горлышку потрескавшимися губами. Краснотой глаз он мог бы вполне посоревноваться с ангорским кроликом.

– У тебя не найдется бутылочки пивка или чекушечки, чего-нибудь… – промурлыкал он.

Саша покачала головой.

– Я просто так спросил, – вздохнул он. – На всякий случай. А вдруг.

Она засмеялась. Удивительно. Глядя на то, как он мучается, она чувствовала себя просто превосходно.

– А ты, я вижу, в отличной форме, – добавил он, потирая небритое лицо. – Вчерашнее забыто, и это очень хорошо. Тебя не так просто сломать.

Саша не снизошла до того, чтобы прокомментировать эту тираду. По правде говоря, она только делала вид, что переварила вчерашнее унижение.

– Беру это на себя. – Она указала на палату, в которой лежала Иза Козак. – Можешь пойти выпить кофе или остаться и поддержать меня молчанием. Проверишь, как я справляюсь.

– Как-нибудь, – сказал он. И тут же, хитро улыбаясь, добавил: – Как-нибудь проверю.

– Предпочла бы услышать, что я просто ангел, спасающий тебя.

– Ты не ангел, – ухмыльнулся он. – Но могла бы им стать, если бы захотела.

– Ты ничего обо мне не знаешь.

– Возможно, ангелы выглядят именно так. Кто сказал, что они должны быть прекрасными и добрыми?

– Достаточно того, что я прекрасна. Доброй я уже была.

– Просто восьмое чудо света.

– Зато ты – тридцать три несчастья.

– Говорят, противоположности притягиваются, – разрумянился Дух.

Подошел врач. Знаком показал, что можно войти к пациентке.

Саша обернулась и смерила Духновского взглядом:

– Ты клинья подбиваешь, что ли?

– Я бы не осмелился, ваше величество, – возразил он, одновременно переводя взгляд на задние карманы ее джинсов. После чего сглотнул и добавил: – Особенно мне нравятся падшие.

– Смотри не упади, – поддержала его Саша за плечо, так как он пошатнулся и чуть не ударился о стеклянную дверь с надписью «Послеоперационная палата. Без разрешения не входить».

Иза, откинувшись на поставленную вертикально подушку, смотрела телевизор или, скорее, апатично наблюдала за сменяющимися на экране картинками. Телевизор был закреплен на специальном кронштейне у нее над кроватью. Саша впервые наблюдала такой комфорт в польской больнице. Медсестра тут же нажала кнопку «off», а потом с помощью того же пульта отодвинула телевизор к стене. В помещении стало тихо.

– Можем ли мы остаться одни? – обратилась Залусская к главврачу.

Прежде чем выйти, он взглянул на карту пациентки. Проверил показатели на аппаратах, к которым она была подключена. Медсестра измерила ей давление.

– Как вы себя чувствуете?

Иза только слабо улыбнулась в ответ.

– Получаса будет достаточно? – спросил Сашу доктор.

– Постараемся уложиться. – Она кивнула и положила на тумбочку диктофон.

– Если вдруг что-то… – Врач указал на красную кнопку у кровати Изы.

Они сели. Дух стратегически занял место подальше от пациентки. Саша придвинула табуретку, чтобы быть максимально близко к ее лицу, и представила себя и Духа. Иза сосредоточенно слушала.

– Я хотела бы, чтобы вы по порядку рассказали нам, что помните из того ужасного дня, – начала профайлер. – Я понимаю, что вам очень тяжело говорить. У нас есть время. Сегодня я не буду задавать вопросов. После обеда приду второй раз. Тогда и займемся подробностями. Мы будем так работать какое-то время. Столько, сколько потребуется, чтобы заполнились прорехи в памяти. Если вы не сможете чего-то вспомнить, покачайте головой. Не надо напрягаться. Говорите только то, в чем вы стопроцентно уверены. Вы понимаете меня?

Иза едва заметно кивнула. Она набрала воздуха в легкие и очень медленно, по слогам, начала говорить. Дух задремал в середине ее рассказа. Залусская незаметно толкнула его локтем, пока его голова не свесилась набок. Тот проснулся и сделал вид, что он бдителен как стрекоза. Во всяком случае, именно так бы это прокомментировал Джекил.

Иза не собиралась показываться в клубе в Пасху. Все сотрудники получили выходной. Выручка была пересчитана и спрятана в сейф. Денег было около тридцати тысяч, небольшая сумма по сравнению с их обычными оборотами. Обычно наличных было больше: пятьдесят, сто тысяч. По-разному. В воскресенье утром, около восьми, Игла позвонил ей и сказал, что она должна обязательно забрать деньги. Ей не хотелось ехать, но по его голосу она поняла, что это очень важно. Он сказал, что приедет за ней, а потом отвезет домой.

– Это займет всего полчаса, – заверил ее Игла.

Иза не понимала, зачем ему нужна. Предлагала передать ключи, отправить к ней Клару.

– Ведь Пасха же! – Она пыталась убедить его, но он уперся и не хотел принимать никаких аргументов.

– Надо поговорить, – признался наконец.