Пещера - Джеймс Роллинс

Бен предостерегающим жестом придержал Эшли. Кто знает, вдруг это чудище задумало напасть на них?

— Догаомаруби, — проговорило существо и взвесило на ладони алмазный клинок, словно пытаясь что-то объяснить.

— Ага, — кивнул Бен. — Как скажешь, дружок. Только засунь эту острую штуковину обратно в штаны.

— Боже мой! — воскликнула Эшли. — Да ведь он пытается говорить с нами! Значит, они обладают способностью речевого общения? Просто невероятно!

Существо повернулось и повело их в глубь желтых зарослей. Похожие на пшеницу колосья качались над его головой, но были по грудь Бену и Эшли. Ей приходилось раздвигать растения, в то время как человекоподобному удавалось скользить по тропинке, не потревожив ни единого стебля. Из-за этого Эшли казалась сама себе огромным и неуклюжим слоном. Через час пути она начала спотыкаться.

Позади нее, пыхтя и недовольно ворча, сквозь заросли продирался Бен.

— Вот бы сейчас мачете! — мечтательно произнес он.

— Или трактор, — добавила Эшли. — Мне нужно отдохнуть.

И тут же, словно по мановению волшебной палочки, перед ними открылась широкая поляна. Тропинку пересекал неширокий ручей, через который был переброшен каменный мостик. Их проводник с кинжалом в руке сидел на камне возле мостика.

— Догаомаруби, — повторил он и указал на два гладких камня.

Заинтригованные, Бен и Эшли переглянулись, а потом Бен снова посмотрел на мохнатого.

— Догаомаруби, — снова сказал тот, и в этот раз в его тоне прозвучала большая настойчивость.

— Он хочет, чтобы мы сели, — сказала Эшли, подошла к одному из камней и сняла рюкзак. — «Догаомаруби», должно быть, означает «привал».

— Давно пора, — проговорил Бен, с облегчением сбросив свой рюкзак и плюхнувшись на соседний камень.

Существо подошло к Бену и протянуло ему свой кинжал.

— Спасибо, — произнес австралиец, взяв нож, и растерянно посмотрел на Эшли. — Это что, подарок, или я должен дать ему что-то взамен?

— Понятия не имею. В разных культурах разные обычаи. В некоторых попытка дать что-то в обмен на подарок считается оскорблением.

— Так что же мне делать? А может, он хочет, чтобы я что-нибудь сделал с помощью этого кинжала? Например, разрезал себе ладонь и стал его кровным братом?

Эшли только пожала плечами.

Во время этого разговора человекообразный переводил взгляд с Эшли на Бена и обратно, а его уши двигались, словно он не хотел пропустить ни одного слова. В конце концов он громко заворчал, забрал нож у Бена и, опустившись на колени, задрал его брючину. Бен попытался было убрать ногу, но затем застыл.

Эшли ахнула и приложила ладонь к губам.

— Что это такое?

Встав с камня и подойдя к Бену, она стала рассматривать его ногу. К голени австралийца присосался огромный, величиной с ладонь, черный слизняк. По его телу пробегали едва заметные волны, и оно прямо на глазах увеличивалось в размерах.

Их проводник потянулся к ноге Бена и с помощью алмазного ножа стал осторожно отдирать паразита от кожи человека. Слизняк сопротивлялся, не желая расставаться с добычей, но затем отпустил присоски и свалился на землю. На коже Бена остались два розовых круглых пятна, и посередине каждого из них выступило несколько капель крови.

— Долбаные пиявки! — заорал Бен, затем вскочил и, морщась от гадливости, стянул штаны.

На его теле пировали еще пять таких же паразитов. Эшли с отвращением заметила, что один слизняк присосался прямо под его правой ягодицей. Она посмотрела на собственные брюки, и ей внезапно показалось, что на ее ногах копошатся тысячи таких же омерзительных тварей. Эшли понимала, что это всего лишь игра воображения, но тем не менее моментально расстегнула пояс и сняла брюки. Затаив дыхание, она опустила глаза и увидела, что две черные лепешки устроились на ее левом бедре и еще одна на правом. Черт! Ей даже думать не хотелось о том, переносчиками каких болезней могут оказаться эти гигантские кровососы.

Бен — без штанов и с позеленевшим лицом — ждал, пока мохнатый закончит срезать паразитов с его конечностей. Когда же это произошло, проводник подошел к Эшли.

— Я сама, — сказала она и протянула руку, чтобы взять у него алмазный кинжал.

Проводник посмотрел на ее руку, затем перевел взгляд на лицо женщины. Желая придать настойчивости своему жесту, Эшли вытянула руку еще дальше. Он помедлил, но, казалось, понял, даже едва заметно кивнул, и вложил рукоятку кинжала в ее ладонь.

Проклятые кровососы! Она потыкала гнусную тварь рукояткой кинжала, потом подцепила ее лезвием и принялась отдирать от кожи. Удалось ей это не без труда. Отодрав первого слизняка, который в результате оказался на лезвии кинжала, она швырнула его в ручей, как до этого поступал мохнатый, а затем занялась оставшимися. И вот наконец последний слизняк повис на лезвии. Проводник осторожно взял пиявку, указал на нее пальцем и сказал:

— Догаомаруби!

После этого он кинул тварь в ручей.

Бен натянул штаны.

— Я думаю, «догаомаруби» на их языке все же означает не «привал», а «долбаная, поганая, мерзопакостная сухопутная пиявка».

Эшли закинула рюкзак за плечо и сказала:

— Ты заметил, что он не уничтожил этих паразитов, а аккуратно снимал их и бросал в ручей? Я обратила внимание на то, что одна из пиявок разбухла от воды и снова выбралась на сушу.

— Ну и что из того?

— Видимо, они выполняют какую-то сельскохозяйственную функцию. Вероятно, их используют для орошения полей. Эдакая биологическая система ирригации.

— Эта система чуть не высосала всю мою кровь, — сморщился Бен.

Эшли закатила глаза — с этим человеком невозможно говорить серьезно! — и они, следуя за своим волосатым Вергилием, перешли мост и снова углубились в поля.

Они шли еще час, а затем увидели в отдалении стадо странных неуклюжих животных, которые, похоже, паслись на поле. Поднимая квадратные головы на коротких шеях, они провожали путников печальными взглядами.

— Напоминают кенгуру, подсевших на стероиды, — заметил Бен.

— Туритури, — сообщил проводник, показывая на животных.

Эшли кивнула, дивясь возникшей здесь экосистеме. Фитопланктон и вулканические газы, как исходный источник энергии, кладут начало пищевой цепи, первым звеном которой являются лишайники и микроорганизмы. Подобная система должна быть чрезвычайно хрупкой и требовать постоянных усилий по своему поддержанию. В этом процессе задействованы все существующие здесь организмы. Даже кровососущие слизни, с которыми они только что столкнулись, укрепляют и защищают окружающую среду.

Она посмотрела в спину их проводника. Какой уровень интеллектуального развития требуется для поддержания столь богатой и разнообразной экосистемы? Сама по себе она не смогла бы существовать.