Всемогущий - Сергей Кулаков

– Так, значит, Жанна передала вам мое сообщение? – спросил Егор.

– Передала! – кивнул Чернышов. – Умница твоя Жанна. Еще утром дозвонилась. Правда, торопилась очень, ну да оно и понятно. Но я все узнал, что нужно было. И сразу давай действовать. Но попробуй без железных фактов что-нибудь докажи! Сам понимаешь, как выглядело мое заявление.

– Понимаю, – сказал Егор.

– Там, кроме премьера, летит куча министров, вся его рать, рейс архиважный; кто станет слушать, что у меня есть провидец, который предсказал взрыв?

– Понимаю, – снова сказал Егор.

– Я к кому только не обращался! Мой-то шеф поверил, мы вместе в Совет безопасности ездили, всех на ноги подняли. Но, опять-таки, факты… Да и о тебе много кому рассказывать не хотелось, сам понимаешь. Поверить не поверят, а слухи пойдут.

– Да, – кивнул Егор, – спасибо.

– Да при чем здесь спасибо! – отмахнулся Чернышов. – Я за дело переживал…Там – в Совете то есть – вроде поверили, пообещали довести до личной охраны премьера. Но дальше все пошло наперекосяк. Я-то был уверен, что рейс отменят. А полчаса назад звонит мой шеф и говорит, что полет состоится. Все уже в Чкаловском, ждут только премьера. И что делать? Хорошо, что я о тебе подумал. Ведь только ты один и сможешь уговорить премьера отложить рейс.

– Я? – поразился Егор.

– Ты! – кивнул генерал. – Только тебе он поверит.

– Но почему вы так думаете?

– Я поверил – и он поверит, – убежденно сказал Чернышов. – Надо только, чтобы ты лично с ним пообщался. Понимаешь, о чем я?

– Кажется, понимаю, – сказал Егор, догадываясь, к чему клонит генерал.

– Ну вот, – продолжал тот, – я вспомнил о тебе и подумал, что это единственный вариант. Хорошо, что мои ребята тебя не упустили. Про тоннель мы знали, в Никитском переулке уже дежурили наши люди. Так что вас вели до самой базы. Извини, что сразу тебя не вызволил. Но была опасность спугнуть Ожогина, поэтому я решил, что до вечера ты потерпишь.

– Все правильно, – кивнул Егор. – Я так и подумал.

– Ну и ладно, – с облегчением сказал Чернышов, совесть которого, по-видимому, немного терзалась из-за того, что он бросил резидента на произвол судьбы.

Генерал посмотрел в иллюминатор.

– Скоро будем, – сказал он. – Я постараюсь пробиться к премьеру. Дальше действуешь ты, Егор. Сейчас половина восьмого. Взлет через десять минут.

Он повернулся к Егору и посмотрел ему в глаза.

– И постарайся его остановить, – тихо попросил он.

– Постараюсь, – ответил Егор.

Через пять минут они пошли на снижение.

Забыв о своем страхе, Егор смотрел, как приближается клетчатая поверхность взлетно-посадочной полосы. Вот он уже стал различать пучки травы между плитами. Затем вертолет немного тряхнуло, и дверь широко распахнулась.

– Выходим, – сказал Чернышов, снял наушники и широко перекрестился. – С Богом!

– С Богом, – отозвался Егор.

Чернышов шагнул к выходу.

– Оставайтесь здесь, – приказал он своим людям.

– Товарищ генерал, а может, подстрахуем? – спросил старший группы, майор с юношеским лицом и седыми висками.

– Нет, не надо, Коля, – ответил Чернышов. – Только ухудшим ситуацию. Что бы ни случилось, не вылезать. Ясно?

– Так точно, – пробурчал майор.

– Пошли, Егор.

Они вылезли из вертолета и направились к группе людей, топчущихся у здания аэропорта.

Навстречу им уже шли короткой цепью рослые мужчины в костюмах. Оружия они не вынимали, но можно было не сомневаться, что в случае необходимости оно не замедлит появиться.

– Стоять! – послышалась команда. – Дальше нельзя.

Чернышов остановился и осторожно вынул удостоверение под пристальными взглядами агентов личной охраны премьера.

– Генерал-лейтенант ФСБ Чернышов, – своим веским голосом представился он. – Срочное сообщение.

Один из агентов, не обратив внимания на генеральский тон, взял удостоверение и придирчиво начал его изучать. Остальные расположились полукругом.

Егор, остановившийся возле Чернышова, увидел, как из здания аэропорта, бывшего от них метрах в ста, вышел своей спортивной походкой премьер-министр. Он начал здороваться с теми, кто его ожидал, коротко задавать вопросы. Покосившись в сторону вертолета, он, по-видимому, тут же потерял к нему интерес.

На полосе стоял уже готовый к взлету «Ил-62». Трап был подан, возле него стояли заранее улыбающиеся красавицы-стюардессы. Все ждали команды премьер-министра.

До взлета оставались считаные минуты.

– Кому сообщение, товарищ генерал? – спросил агент, возвращая удостоверение Чернышову.

– Министру по чрезвычайным ситуациям, – ответил тот.

– Это кто?

Агент кивком головы указал на Егора.

– Со мной, – бросил Чернышов.

– Подымите руки, – потребовал агент.

Чернышов беспрекословно дал себя обыскать. На это ушло полминуты, и столько же было потрачено на Егора.

Премьер-министр, закончив давать наставления тем, кто его сопровождал, направился к самолету. Следом за ним гуськом потянулись остальные пассажиры, среди которых в основном были первые лица страны, верные соратники премьера, его надежда и опора, бастион, за которым надежно чувствовал себя и он, и вся страна.

– Проходите, – сказал наконец агент.

– Быстрее, – шепнул Чернышов Егору.

Они припустились к трапу, не переходя на бег только лишь потому, что боялись встревожить охрану.

Вдруг Егор увидел в группе провожающих Ожогина. Он смотрел в их сторону и что-то говорил, кося на сторону рот, стоящему рядом с ним Курбатову.

С другой стороны от Ожогина стояла Жанна и тоже смотрела в их сторону. Егор понял, что далеко не все проблемы еще решены.

Но сначала надо было остановить самолет.

Премьер уже начал всходить на трап, когда Чернышов вдруг рванулся к нему и воскликнул:

– Господин премьер-министр!

Тот остановился, глядя сверху на приближающуюся странную пару. Лицо генерала было ему знакомо, но второго он не знал и не понимал, что здесь делает этот явно партикулярный человек, ни по виду, ни по годам не подходящий к данной обстановке.

Парни в черном тут же сомкнулись в шеренгу перед Чернышовым.

– Не положено! – послышалось грозное предупреждение.

– Господин премьер-министр, – останавливаясь перед ними, сказал Чернышов, – у меня к вам важное сообщение. Прошу вас, одна минута!

Премьер поколебался, глядя на Чернышова. Он был из разведчиков, разбирался в людях превосходно, и не мог не понимать, что этот серьезный генерал из ФСБ просто так его останавливать не будет.