Лес разбуженных снов - Антон Леонтьев

Они прибыли к «Синему слону» с опозданием в десять минут. Йозек галантно распахнул дверь и, подмигнув, пожелал хорошего вечера. Доктор Конвей видела: что-то угнетает юношу.

– Сдается мне, что вулкодлак снова примется за убийства, – пояснил он.

Стелле стало стыдно: она прибыла в Вильер, чтобы помочь в расследовании, а вместо этого заводит роман с главным полицейским. Замок в горах, изуродованные трупы, неведомая жестокая тварь, рыщущая по лесам, – все это для нее перестало существовать. Во всяком случае, на сегодняшний вечер.

– Почему? – спросила она.

Йозек пожал плечами.

– Чувство такое. У некоторых людей ломит перед дождем кости, собаки предчувствуют землетрясения или наводнения, а у меня на вулкодлака нюх. Мама говорит, что это семейное…

Стелла рассеянно слушала объяснения Йозека. Вообще-то расследование может и подождать. Однако Марк наверняка только о нем и будет говорить. Или не только о нем?

«Синий слон» оказался небольшим уютным заведением, обстановка которого была выполнена в стиле модерн. У входа Стеллу встретил администратор. Она еще не успела назвать свое имя, как тот произнес:

– Добрый вечер, доктор. Прошу вас, следуйте за мной!

Они прошли по залу, освещенному изумрудными, рубиновыми и сапфировыми огнями. На стенах, украшенных отличными копиями мастеров югендстиля, играли таинственные блики. Струнный квартет наигрывал полузабытые сентиментальные мелодии.

Марк ждал ее. Стелла отметила, что он волнуется и это ему шло (как, впрочем, и улыбка, и гнев, и напряженная собранность). Комиссар Золтарь был в черном костюме и рубашке бордового цвета. Стелла нашла, что выглядит он неотразимо.

Он поспешно и чуточку неловко поднялся, приветствуя даму. На секунду их взгляды скрестились, и Стелла пожалела, что не позаботилась о вечернем туалете. Метрдотель, оставив карту вин и меню, удалился.

Доктор Конвей опустилась в резное кресло. Марк вполголоса заметил:

– Я был прав, та таинственная фея, что преподала мне отличный урок, именно ты.

– Что вы имеете… что ты имеешь в виду? – спросила Стелла, поняв, что настал момент сменить официальный тон на дружеский. Они ведь друзья? Или даже больше?

Марк улыбнулся:

– Вообще-то идея отужинать в «Синем слоне» должна была прийти первым в голову именно мне. Но я до такой степени увлекся работой… точнее, завалил себя работой, чтобы не думать о вас… о тебе…

– Ох, как давно я не была в ресторане! – воскликнула доктор Конвей, прерывая невыносимую паузу, последовавшую за его словами.

– Я тоже, – ответил Марк. – А в «Синем слоне» – ни разу. Хотя… года полтора здесь произошел дебош, пришлось разнимать двух туристов…

Бесшумно возник официант. Марк беспомощно посмотрел на Стеллу и шепнул:

– Названия вин по-французски, а я языка не знаю!

– Я тоже, – ответила так же конспиративно Стелла. – Но в институте у нас была латынь, поэтому я попробую сделать заказ. – С важным видом, глядя в винную карту, она произнесла, почти наугад, одно из названий.

– Отличный выбор, мадам! – поклонился официант. – Месье?

– То же самое! – выпалил Марк и, дождавшись, когда официант удалится, как бы извиняюще сказал: – Я и не представлял, что хождение по ресторанам требует фундаментальных знаний. Моя матушка пыталась привить мне интерес к изучению иностранных языков, но потерпела фиаско.

– Она живет в Вильере? – спросила Стелла, и Марк, помрачнев, ответил:

– Она умерла.

– Извини, я не хотела…

– Все в порядке, Стелла, – ответил Марк, но в его глазах Стелла заметила грусть. – Мои родители погибли во время уличного ограбления. Нелепая смерть. Я как раз начал учиться на медика, но после этого решил переквалифицироваться в полицейские.

Принесли вино. На вкус Стеллы, оно оказалось чуть излишне терпким.

– Я еще не поблагодарила вас… тебя за приглашение, – произнесла она.

Марк наморщил лоб и переспросил:

– Меня? Это я пренебрег своими обязанностями, и в итоге ты пригласила меня в ресторан.

– Как же так? – изумилась Стелла. – Я получила от тебя приглашение… Хотя оно не было подписано… но я решила…

Настал черед Марка удивиться:

– Я тоже получил приглашение! Оно тоже было без подписи, но я ни секунды не сомневался, что отправитель – ты!

Пару секунд Стелла и Марк с недоумением смотрели друг на друга.

– Тебе не стоит беспокоиться, я, конечно же, заплачу за ужин… – начал он, но его прервал голос метрдотеля:

– Господин комиссар, приношу свои глубочайшие извинения за то, что вмешиваюсь в вашу беседу с госпожой доктором Конвей, однако вам ни о чем не стоит беспокоиться: все оплачено заранее.

– Кем? – в один голос спросили Стелла и Марк.

Метрдотель покачал головой и ответил:

– Увы, не могу вам этого сказать, потому что не знаю.

– Йозек! – уверенно заявил комиссар, и Стелла согласилась. – Его рук дело! Мальчишка воображает себя нашим ангелом-хранителем.

– Точнее, купидоном, – сказала доктор Конвей.

– Рекомендую вам попробовать оленятину по-старовильерски в брусничном соусе, – провозгласил метрдотель.

* * *

Последующие полтора часа пролетели как одно мгновение. Стелла чувствовала себя с Марком совершенно свободно, и страх, угнездившийся в душе после попытки Вацлава Черта лишить ее жизни, исчез без следа. Ведь с тех пор она превратила свою жизнь в добровольное тюремное заключение – никуда не выходила, кроме как на работу, никого не принимала, боялась каждого шороха и была на грани нервного срыва или даже сумасшествия. Стоило же ей приехать в Вильер, городок, где происходят непонятные убийства, совершаемые, как уверены многие, вулкодлаком, страхи, вместо того чтобы пустить корни в ее душе, рассеялись. И причиной ее чудесного исцеления была не удаленность от Экареста или здоровая грубая пища, которую готовила матушка Гертруда, а Марк Золтарь.

Ужин завершился шоколадным мороженым по любимому рецепту Франца Кафки (так, во всяком случае, уверял метрдотель). Стелле не хотелось расставаться с Марком, она бы отдала очень многое ради того, чтобы вечер, а за ним и ночь длились вечно. И чтобы рядом с ней был Марк.

Покинув ресторан около двенадцати, они вышли на морозный воздух. Стелла поразилась гробовой тишине, окутавшей Вильер. Марк с горечью заметил:

– Как начальник полиции я бы должен безмерно радоваться тому, что покой жителей вверенного моему попечению городка не нарушают пьяные типы, всякого рода наркоманы, безработные бездельники и расшалившиеся школьники. Не так давно пройтись по улицам городка в столь позднее время было бы опасно для здоровья. А сейчас…