Танцующая с дьяволом - Антон Леонтьев

– Да, какому-то Тимофею, точнее, Тимычу, – выдавил из себя молодой человек. – Они говорили о поставках «нового материальца». И о том, что нужно следить, чтобы «материалец» был хороший, отборный, а не с гнильцой. Потом Подгорных отдал Тимычу распоряжение привезти этого самого «нового материальца». А потом спохватился и сказал, что это чертовски плохо, что у Тимыча пока нет прав, ведь ему еще восемнадцать не исполнилось. И что надо поговорить с кем-то из ГИБДД, чтобы ему сделали левые права, ведь водить Тимыч умеет не хуже гонщика «Формулы-1»…

Ему не исполнилось еще восемнадцать… Так же как ее Тимычу! Тимычу, который так любил смотреть по кабельному гонки «Формулы-1»!

– У тебя номер этого… этого Тимыча имеется? – спросила она, и Валерик развел руками, ответив, что он есть у Подгорных.

Господи, эта тварь из юридического отдела работала с ней все эти годы, знала, что она скорбит по убитому сыну, – и общалась с этим самым сыном, отнюдь не убитым, а превратившимся в помощника монстров!

В добровольного помощника монстров.

– Извини, не стоило рассказывать тебе, это может быть другой Тимыч, имя же сейчас распространенное… – начал Валерик, но Лариса, которую вдруг прорвало, затряслась в рыданиях. Точнее, это были даже не рыдания, а истерические конвульсии.

Она сползла на пол, попыталась подняться, но не смогла. Только ощутила, как Валерик подхватил ее на руки, прижал к себе и, нежно перебирая руками ее волосы, понес наверх.

Он положил ее на кровать в одной из спален, укрыл одеялом и двинулся было к выходу, но Лариса сквозь слезы произнесла:

– Не уходи, прошу тебя, не уходи! Останься со мной!

Он присел на кровать, и она, продолжая рыдать, спросила:

– Почему Снежная королева в твоей сказке потеряла сына?

Подумав, Валерик сказал:

– Потому что его похитил злой волшебник Чернобров.

– Чернобров? – переспросила Лариса сквозь слезы. – Может, Черномор?

Валерик ответил:

– Нет, именно Чернобров. Ну, такой злой волшебник, внешне напоминающий Леонида Ильича, с кустистыми бровями и раскатистым басом. Но в то же время абсолютно лысый, как предшественник Леонида Ильича, Никита Сергеевич. Он его похитил, потому что… Потому что у него когда-то был пылкий роман со Снежной королевой, от которого она не растаяла, а родила этого самого сына…

Смех душил Ларису, она повернула к Валерику заплаканное лицо и выдавила из себя:

– С бровями, как у Брежнева, и с лысиной, как у Хрущева? И это злой волшебник Чернобров! А усов, как у Сталина, у него случайно не было?

– Дай-ка подумать, – проговорил Валерик. – Нет, не было. Была когда-то бородка, как у Калинина, но он под нажимом Снежной королевы сбрил ее… Впрочем, после их расставания снова отрастил…

Лариса продолжала смеяться, чувствуя одновременно, что слезы продолжают бежать по щекам.

– А сына… Она вернула сына? – спросила она наконец, и Валерик, внимательно взглянув на нее, сказал:

– Да, вернула. После невероятных приключений, которые я еще не выдумал. Но ради тебя могу выдумать. И все с сыном было в порядке, потому что отец-волшебник в нем души не чаял, и они у него в замке на скале с привидениями играли в кегли – головами скелетов… И Чернобров со Снежной королевой помирились, хотя больше не сошлись, и ради сына если не стали друзьями, то начали вести себя как цивилизованные люди… Точнее, как цивилизованные представители волшебного мира…

Все еще чувствуя, что слезы бегут из глаз, Лариса подумала о том, что это сказка. Конечно, сказка. В реальной жизни так не бывает.

И если она и найдет блудного сына, то все будет иначе…

Совершенно иначе.

Заметив, что она успокоилась, Валерик поднялся с кровати и произнес:

– Думаю, тебе надо отдохнуть. Мне тоже…

Он собрался уходить, но Лариса взяла его за руку и попросила:

– Останься, пожалуйста…

Валерик вздрогнул и посмотрел на нее в недоумении:

– На то, чтобы рассказать о приключениях Снежной королевы, пока она искала сына, меня сейчас не хватит.

Лариса сказала чуть с нажимом:

– Останься… Прошу тебя, останься…

Валерик замер, потом приблизился к кровати и странным тоном произнес:

– Ты действительно хочешь, чтобы…

Лариса вдруг ощутила, как на нее накатило небывалое желание. Она потянула Валерика на кровать и сказала:

– Лучше расскажи, как волшебник Чернобров и Снежная королева вели себя, когда оставались наедине. Или лучше покажи…

Валерик улыбнулся, навис над Ларисой и нежно ее поцеловал.

Она знала, что не время. Что она должна позаботиться о чужом Тимофее. И о своем. Что она в бегах. Что…

Имелась тысяча причин не делать этого, и только одна – заняться этим. Валерик подхватил ее крепкими руками и произнес:

– Ну что ж, Снежная королева, твой Чернобров ждет не дождется…

Лариса потеряла счет времени. Да и было ли оно, время?

А когда она наконец снова вернулась в настоящее, то поняла, что Валерик уже спит. Она осторожно дотронулась до него. Он был здесь, рядом с ней, и посапывал, погрузившись в сон.

Конечно, после всего того, что они сейчас вытворяли, он устал. Она же, напротив, чувствовала прилив энергии. Стояла глубокая ночь или уже раннее утро? Она понятия не имела. Да и какая, собственно, разница…

Да, мужчина, с которым у нее только что приключился самый сногсшибательный секс за всю жизнь, лежал здесь, рядом, и мирно почивал.

Как же давно она ждала его – того, кто сможет ее защитить, полюбить, спасти!

Странно появился этот Валерик Рянько, которого она сразу невзлюбила, который оказался потом шпионом и предателем…

И который помог ей тогда с вдовой академика, и в этот раз тоже помог, вытащив ее из передряги, которая наверняка стоила бы ей жизни…

Разве это тот, кого она все время искала и уже отчаялась найти? Он так разительно отличался от идеала, который прочно обосновался в ее фантазиях. Ведь Валерик Рянько – если его вообще так зовут – человек непредсказуемый и опасный, доверять ему нельзя, он фальшив, как пена морская. И к тому же, по крайней мере, на десять лет младше ее. Если не на все пятнадцать…

Лариса продолжала им любоваться. Нет, все это глупости. Они расстанутся – не сейчас, так позднее. Потому что абсолютно друг другу не подходят. У него своя жизнь, у нее – своя…

Хотя есть ли у нее эта самая своя жизнь?

И почему бы их жизням не слиться воедино?

В голову лезли тысячи вопросов, и Лариса откинулась на подушки. А потом осторожно поднялась, стараясь не разбудить Валерика, и отправилась в ванную. Она встала под теплый душ и снова задумалась.