Всего один взгляд - Харлан Кобен

— Почему вы мне сразу не сказали?

— Ну кто же с места в карьер выкладывает, что его выставили с работы… У меня остались связи, знакомства. Честно говоря, все, что я делаю, — неофициально.

Их взгляды встретились. Грейс нарушила паузу:

— Вы не все сказали.

Он колебался.

— Я жду.

— Давайте договоримся с самого начала. — Дункан немного отвернулся от Грейс и рассеянно пригладил волосы. — Сейчас мы ищем вашего мужа, поэтому у нас временный союз. Но не буду лгать, на повестке дня у нас разные пункты. Что будет, когда Джек Лоусон найдется? Вы захотите выяснять дальше?

— Мне только нужен мой муж.

Дункан кивнул:

— Вот я и говорю — у нас разные цели. И альянс временный. Вы хотите найти своего мужа, я — убийцу сестры.

По лицу Грейс Дункан прочел, что она принимает его условия.

— Ну допустим, а пока что? — спросила Грейс.

Дункан слабо улыбнулся. Он вынул из кармана копию той самой таинственной фотографии:

— Я узнал, как зовут эту рыжую.

Грейс ждала.

— Шейла Ламберт. Училась в Вермонтском университете в то же время, что и ваш супруг… — он ткнул в Джека и перевел палец вправо, — с Шейном Олуортом.

— А где она сейчас?

— В том-то и штука — никто не знает.

Грейс закрыла глаза, стараясь сдержать противную дрожь.

— Я послал фотографию в университет. Рыжую узнал прежний декан, который уже на пенсии. Я проверил, она как в воду канула. За десять лет — ни единого свидетельства существования Шейлы Ламберт: ни налогов, ни номера социальной страховки, ничего.

— Как у Шейна Олуорта.

— В точности.

Грейс попыталась подвести итог:

— Значит, из пяти человек на фотографии одна — ваша сестра — убита. Двое других, Шейн Олуорт и Шейла Ламберт, бесследно исчезли десять лет назад. Четвертый, мой муж, в то время спешно уехал за границу, а сейчас пропал. Последняя девушка нам неизвестна.

Дункан кивнул.

— И что будем делать?

— Помните, я говорил о матери Олуорта?

— Которая считает, что Амазонка в Мексике?

— Когда впервые к ней приехал, я не знал об этой фотографии, о вашем муже и вообще об этом деле. Я хочу проверить ее реакцию. И хочу, чтобы вы там были.

— Я-то вам зачем?

— Эвелин Олуорт уже в преклонных годах, очень эмоциональная и, по-моему, чего-то боится. В первый раз я приезжал как полицейский, ведущий расследование, и ничего не добился. Может, при виде отчаявшейся женщины у нее дрогнет сердце?

Грейс колебалась.

— Где она живет?

— В Бедминстере. Полчаса езды.

За окном снова появился Крам. Скотт Дункан кивнул в его сторону:

— Так кто это пугало?

— Я не поеду.

— Почему?

— Детей оставить не с кем.

— Берите их с собой. Там есть игровая площадка, мы быстро обернемся.

Крам вышел на порог и поманил Грейс. Она извинилась перед Скоттом и пошла к Краму. Дункан остался сидеть, где сидел.

— Что случилось?

— Эмма плачет у себя в комнате.

Дочь лежала в классической позиции для истерики — ничком на кровати, с подушкой на голове. Давненько Эмма так не плакала. Грейс присела на край кровати, уже понимая, к чему идет дело. Наконец Эмма выплакалась и смогла говорить. «Где папа?» — спросила она. Грейс ответила: «В командировке». Эмма заявила, что не верит, что это ложь, и потребовала правды. Грейс повторила, что Джек просто в командировке и все замечательно. Эмма не сдавалась: а где в командировке? И почему папа не звонит? А когда он приедет домой? Грейс придумывала рациональные объяснения, казавшиеся ей самой вполне правдоподобными — папа очень занят, он в Европе. Сейчас в Лондоне. Сколько пробудет в отъезде, и сам не знает. Почему не звонил — звонил, просто Эмма спала, ведь Лондон в другом часовом поясе.

Поверила ли Эмма? Кто знает…

Специалисты по воспитанию детей, эти слащаво-сентиментальные креатуры с университетским дипломом и голосом перенесших лоботомию, вещающие по кабельным каналам, укоризненно зацокали бы языком, но Грейс не собиралась вываливать на дочь всю правду — Эмма еще слишком мала, вот и все. Частью родительских обязанностей является обман. Впрочем, может, она и ошибается, но тут уж никуда не денешься. Старая поговорка права: к детям инструкция не прилагается. От ошибок никто не застрахован, а уж воспитание — чистая импровизация.

Через несколько минут Грейс велела Максу и Эмме собираться: они едут на прогулку. Брат и сестра похватали свои «Геймбои» и забрались назад. Скотт Дункан двинулся к пассажирскому сиденью, но его остановил Крам.

— В чем проблема? — осведомился Дункан.

— Я хочу переговорить с миссис Лоусон до того, как вы уедете. Стойте здесь.

Скотт саркастически взял под невидимый козырек. Крам посмотрел на него тяжелым взглядом, способным остановить атмосферный фронт, и увел Грейс в дальнюю комнату.

— Вы понимаете, что не должны с ним ехать?

— Это необходимо.

Крам пожевал нижнюю губу. Он не одобрял, но понимал.

— Сумочку с собой берете?

— Да.

— Дайте посмотреть.

Грейс отдала Краму сумку. Тот вынул из-за пояса брюк пистолет — маленький, словно игрушечный.

— Это девятимиллиметровый «глок» двадцать шестой модели.

Грейс замахала руками:

— Что вы, не надо!

— Спрячьте в сумку. Можете носить в специальной кобуре на голени, но это под широкие брюки.

— Я в жизни не стреляла из пистолета!

— А тут не нужно особого опыта — цельтесь в середину груди и нажимайте на спусковой крючок. Ничего сложного.

— Я не люблю огнестрельного оружия!

Крам только головой покрутил.

— В чем дело?

— Если я не ошибаюсь, сегодня кто-то угрожал вашей дочери?

Это заставило Грейс замолчать. Крам опустил пистолет в сумку, и Грейс ему не препятствовала.

— Когда вернетесь? — спросил Крам.

— Через пару часов.

— Мистер Веспа приедет в семь. Он сказал, у него к вам важный разговор.

— Я буду.

— Вы точно доверяете этому Дункану?

— Сомнения у меня остались, но, по-моему, с ним мы в безопасности.

Крам кивнул.

— Все же нелишне подстраховаться.

— Каким образом?