Скажи мне, кто я - Адриана Мэзер

Он смеется.

– День был сумасшедший, и нам обоим будет лучше, если мы на минутку перестанем об этом думать. Давай покажу тебе кое-какие движения перед тем, как пойду к себе? Мы же не хотим повторения того, что произошло сегодня утром.

– Мне правда жаль насчет ножа, – говорю я, глядя на бинт у него на руке.

– Нож – лишь часть большой проблемы. Послание. На Шарле вся эта история не закончится. Никта объявила тебя врагом. А если ты враг Никты, значит, ты враг Брендана, а следовательно, и Львов в целом, а также всех их союзников. Ты должна доказать, что твое место здесь, и занять его, иначе тебя уничтожат. Как говорила Лейла, нельзя показывать им свои слабости.

– Я сделаю для этого все возможное, – с нажимом говорю я. Если все станет еще хуже, боюсь, и Эш с Лейлой отвернутся от меня. – У меня много сил. В свободное время я буду читать книги по истории и обманным уловкам и заниматься с Лейлой и с тобой, если ты можешь научить меня вольному бою, ядам, играм разума и всему, чего мне, по-твоему, не хватает. У меня прекрасно получается метать ножи, лазать по деревьям и фехтовать… хотя для тренировок я всегда использовала только деревянный меч.

По его взгляду понимаю, что снова ляпнула что-то странное.

– Что?

– Да просто ты такая… как бы сказать… доверчивая, что ли? Такая открытая, – говорит он, и вид у него при этом почти грустный.

Я пожимаю плечами.

– Но ты – это ты. Ты мой друг. Как ты сможешь помочь мне, если я не скажу тебе, какая мне нужна помощь? Я не собираюсь выставлять свои слабости напоказ перед всей школой… Я говорю о них только тебе.

У него на губах мелькает легкая улыбка.

– Не в этом дело. Просто… – Он качает головой. – Ладно, не важно.

Он выглядит почти растроганным.

– Скажи мне, – говорю я, накрываю его руку своей и сжимаю.

Сделав это, тут же осознаю, что это не обычный жест. Но прежде чем я успеваю убрать руку, он берет ее в свою. Осторожно держит ее, смотрит на нее так, словно это нечто значимое, и гладит мои пальцы большим пальцем. Кожа у меня покрывается мурашками.

– Просто мне жаль, что мы во все это впутались, – он внимательно смотрит на меня. – Ты ведь могла приехать сюда, и мы бы встретились… Даже не знаю, о чем я жалею. Наверное, мне просто жаль, что все это происходит с тобой. Ты, наверное, самый счастливый человек в этой школе, и хотя куда бы ты ни повернулась, на тебя кто-нибудь нападает, ты по-прежнему доверяешь людям. Не уверен, что когда-нибудь смогу это понять. Но в этом есть что-то прекрасное.

Я улыбаюсь. Неужели Эш, общаясь со мной, на мгновение утратил бдительность? В его глазах по-прежнему сквозит напряжение, но совершенно иного рода. У меня по спине пробегают мурашки, и я чувствую, как щеки заливает румянец.

– Моя лучшая подруга всегда говорит, что я счастлива, даже когда мне грустно, – с улыбкой говорю я. – Никогда не знаешь, сколько тебе осталось, так что черт с ним, я буду жить каждую минуту так, как смогу. И я никогда не пойму, почему вы все отталкиваете друг друга. Не представляю, какой была бы моя жизнь без моей лучшей подруги или остальных друзей. Надеюсь, за всю жизнь у меня их будет тысяча.

– Лучшая подруга… – тихо повторяет он, как будто я упомянула какое-то мифическое существо.

И я не могу не думать о том, что за всеми его шутками и показной самоуверенностью скрывается чувство одиночества. Мне хочется его обнять. Но он тихо отпускает мою руку.

Когда он улыбается, я понимаю, что между нами что-то изменилось, он как будто решил немного мне открыться.

– Вставай, – говорит он, и я слушаюсь. – А теперь займи позицию, в которой ты хотела бы меня ударить.

Я улыбаюсь. От сердечного разговора к вольному бою за секунду. Я отвожу правую ногу назад, поднимаю кулаки и опускаю подбородок.

Он кивает, оценивая мою позу.

– Заметь, большинство людей отводят назад преобладающую ногу и наносят удар преобладающей рукой. У тебя неплохая стойка. Слегка повернувшись вбок, ты защищаешь внутренние органы, а опустив подбородок, предохраняешь шею. Но ты слишком напряжена. А при таком напряжении ты не можешь достаточно быстро двигаться. Нужно быть начеку, но не допускать скованности, которая не позволит тебе маневрировать.

– Понятно, – говорю я, слегка расслабляя плечи и колени. – В фехтовании то же самое.

– Верно, – кивает он. – Теперь попробуй нанести удар.

Я начинаю с левой руки, и он блокирует удар уже на полпути.

– Поначалу блокировка тебе очень поможет. Даже если не можешь одержать победу, то по крайней мере предотвратишь серьезную травму, если будешь следить за глазами и движениями противника, – объясняет он. – Давай, подумай о том, куда хочешь нанести следующий удар.

Я представляю, как ударю его в живот правой рукой, и на долю секунды перевожу взгляд на его живот.

– Ааах! – смеюсь я. – Ты прав. Глаза выдают. Это очень полезно.

– Давай еще раз, только на этот раз обрати внимание на руку, которой собираешься нанести удар.

Он снова прав: я слегка отвожу левую руку назад, думая об ударе. Это непроизвольный сигнал.

Я рада наконец учиться чему-то полезному.

– Давай теперь ты, – предлагаю я. – Подумай о том, чтобы ударить меня, посмотрим, смогу ли я это вычислить.

Он бросает взгляд на мое лицо, а его левое плечо едва заметно вздрагивает.

– Удар в лицо левой рукой, – говорю я. Он кивает.

– Перед тем как метнуть нож, Шарль посмотрел на твою грудь. Вооруженный человек всегда будет смотреть именно туда, куда целится. – Но то и дело…

Эш смотрит на мое лицо, и его правая рука напрягается.

– Удар в лицо правой…

– Происходит такое. – Его левый кулак летит к моему животу и останавливается, едва коснувшись его. Он не сразу убирает руку, и я чувствую, как от его прикосновения у меня пульсирует кровь.

– То и дело попадается противник, который целенаправленно обманывает тебя, глядя туда, куда не планирует нанести удар. Но такое происходит только в спокойной обстановке. Если человек двигается быстро и действует моментально, он почти всегда выдает себя. Конечно, если он двигается достаточно быстро, эти сигналы намного труднее вычислить. Чем-то похоже на то, как человек смотрит на твои губы, когда хочет поцеловать тебя.

Я изгибаю брови.

– Или дать в зубы.

– Или так, да, – усмехается Эш. – Мы пройдем блокировку в замедленном движении, а потом на нормальной скорости. – Он целится мне в лицо, и я поднимаю левую руку. – Неплохо, но ты все еще слишком напряжена. Удар в лицо, будь то рукой или оружием, будет сильным, но это не значит, что тебе придется прикладывать много силы, чтобы отразить его. Используй против противника его же собственную движущую силу, перенаправляя ее.