Сестра! Сестра? - Сью Фортин

*С кем-то работает – отсюда угрозы.

*Что произошло с настоящей Элис? Замешана ли Марта?

Писать последнее предложение тяжело, но я каким-то чудом удерживаюсь от чувств. О сестре я подумаю позже. Сейчас мною движет желание защитить семью.

Кто же сообщник Марты? Если бояться надо не ее, то кого? Наверняка кого-то незнакомого. Зачем знакомым меня изводить? Кто настолько ненавидит и меня, и маму, чтобы устроить подобный кошмар?

Я брожу по кругу, повторяю одни и те же вопросы вновь и вновь, но по-прежнему не нахожу ответов. Марта должна признаться. Обязана заговорить. Сама я не справлюсь.

Самолет приземляется в Хитроу, и я с облегчением вздыхаю – наконец-то полет кончился. Паспортный контроль, таможня позади. Я спешу к выходу и, устроившись на каменной скамье, в очередной раз звоню домой.

Сейчас семь, в доме должна царить обычная утренняя суета, но никто не отвечает, и даже автоответчик не срабатывает.

Набираю номер Люка. В трубке щелкает, будто звонок приняли, на заднем плане звучат голоса, потом что-то шуршит, шум глохнет.

– Люк? Люк! Алло? Слышишь меня? – Я едва не плачу.

Связь обрывается, и я в сердцах швыряю мобильный на бетонное сиденье. Тут же раздается хруст. Экран!

– Черт!

Рассматриваю повреждения. Большая трещина ползет из угла в угол, на корпусе сбоку красуется вмятина. К счастью, телефон работает.

Сидящий напротив человек глазеет на меня укоризненно, я хватаю рюкзак и спешу на стоянку, где несколько дней назад оставила свой «БМВ».

Едва я успеваю сесть в машину и кинуть рюкзак на пассажирское сиденье, как на мобильный приходит сообщение. Хорошо, что я не разбила телефон окончательно. Ожидая увидеть эсэмэс от Люка, я удивленно смотрю на неизвестный номер. Открываю сообщение, экран заполняет фотография Ханны. Снимок сделан издалека, из-за ворот «Приюта викария»: Ханна, одетая в школьную форму, держит Люка за руку, они спускаются с крыльца к машине.

Появляется второе сообщение, с того же номера.

Не делай глупостей. Авария тебе ни к чему, правда?

Ледяная река страха заполняет вены. Я едва не роняю телефон и нечаянно нажимаю кнопку вызова. Неизвестный снимает трубку после первого же гудка. Но молчит.

– Алло? – дрожащим голосом выдыхаю я. – Кто вы?

Звучит глухой далекий смех. Его почти не слышно, я даже не могу понять, мужчина смеется или женщина.

– Не тронь мою семью! Ни единым своим гребаным пальцем! Слышишь? Не смей. Их. Трогать! – Я истерически кричу, но не могу остановиться.

Не сразу понимаю, что абонент отключился. И почти сразу приходит еще одно сообщение.

Я не шучу. Вот тебе УБИЙСТВЕННО серьезное предупреждение: никакой полиции. Иначе пожалеешь.

Я нашариваю дверную ручку и свешиваю голову из машины. Думаю, что меня вырвет, но из меня выходит только желчь. Сплевываю ее на асфальт и жду, пока к голове прильет кровь, прогонит дурноту. Сажусь ровно и вновь смотрю на мобильный.

Листаю сообщения дрожащими пальцами. Хорошо бы мне все это привиделось, но нет. Вот фото. Я внимательно его разглядываю. Ханна и Люк. Когда сделан снимок, понять невозможно. Обычное утро. Ничто не указывает, сегодня это, вчера или даже на прошлой неделе.

Я бросаю телефон на сиденье и вставляю ключ в замок зажигания. Двигатель издает рык, я неуклюже выруливаю со стоянки и устремляюсь в Литтл-Дрей. Поездка займет добрый час, но если я намерена положить конец этому кошмару, то нужно успеть до начала занятий в школе.

К счастью, я еду в противоположном от основного потока направлении. Вскоре пейзаж по сторонам от трассы А-23 принимает знакомые очертания: открытые поля и пологие холмы привычного мне Суссекса.

При виде дорожного указателя «Добро пожаловать в Литтл-Дрей» я бросаю взгляд на часы. Игнорирую приписку «ведите, пожалуйста, машину через нашу деревню осторожно». Резко сворачиваю влево, на ведущую к дому улицу. Отчаянно давлю на педаль газа. Живые изгороди по бокам сливаются в размытые зеленоватые пятна.

Смотрю на часы на приборной доске. Восемь двадцать три. Через две минуты Люк повезет Ханну в школу. Я прибавляю скорость и едва не вылетаю в кювет на следующем повороте. Задние колеса цепляют обочину, я с трудом выравниваю машину, ударив по тормозам. Двигатель глохнет.

– Ну! – кричу я на «БМВ», поворачивая ключ зажигания.

Двигатель заводится сразу, и я, не замечая ничего вокруг, рву с места вперед, колеса визжат, буксуют, расшвыривают грязь.

Я почти на месте, уже видна каменная стена вокруг нашего участка. Как в тумане, замечаю припаркованный у обочины темный седан, виляю и обхожу его в последнюю минуту. Раздается треск. Скашиваю глаза влево – боковое зеркало повисло на обломанной ножке. Плевать.

Вот и ворота. Я боком, как заправский каскадер, бросаю туда автомобиль и чудом проскальзываю внутрь, не задев каменных опор.

Ее я не вижу.

Только что путь был чист, а в следующий миг она вырастает прямо передо мной. Я нажимаю на тормоз – резко, сильно, почти встаю на ноги. Встречаюсь с ней взглядом.

Она просто стоит и ждет удара, но потом я замечаю – нет, не стоит, движется. Руки у нее раскинуты.

Она спешит убрать что-то с моего пути. Смотрит на меня, и в ее глазах я вижу отражение собственного унизительного страха.

Время замирает, и тут я вдруг понимаю, что – точнее, кого – именно она пытается убрать с пути летящего на нее металлического монстра.

Я выкручиваю рулевое колесо влево. Объехать, только бы объехать…

Где-то кто-то кричит. Не знаю, где и кто. Или, может, кричим мы все, затем – чудовищный удар. Остальные звуки исчезают. Ее голова врезается в лобовое стекло, оно идет трещинами, как паутина, вминается в салон. Еще удар. Теперь о крышу.

Автомобиль скользит юзом, но такую скорость быстро не погасишь. Он наскакивает на камни возле травяной клумбы, неведомая сила выдирает из моих пальцев руль, и я целое мгновенье парю в невесомости: «БМВ» взлетает в воздух, падает на бок, потом бьется о дерево и вновь становится на колеса. Срабатывает подушка безопасности, меня еще не успевает откинуть назад, а она уже выстреливает мне в лицо, и я виском впечатываюсь в боковое окно.

Как в тумане слышу свой крик. Голоса – знакомые, но очень далекие. Люди… Бегут ко мне. Я пробую пошевелиться, но меня держит какой-то ремень. Не пойму, что это. Опускаю глаза. Туннель, черный. Смыкает вокруг меня стены.

– Клэр! Клэр!

Туннель пульсирует, исчезает. Я поворачиваю голову и вижу Люка, который дергает водительскую дверь.

– Ничего, малыш, ничего. Сейчас мы тебя вытащим.

Что-то отвлекает его внимание, он смотрит на подъездную дорожку. И вдруг издает мучительный рев. Потом пропадает из виду. Еще кто-то кричит, но слов я не разбираю. Голоса то наплывают, то глохнут.