Очевидец - Анна Богстам

– Чего мы ждём? – спрашивает Маргарета, которая уже успела перейти через дорогу к ресторану. Харриет с Патриком входят за ней. Большие окна пиццерии кажутся тёмными из-за контраста с ярким светом. Кажется не вполне логичным идти в это темноватое помещение, когда на дворе как раз выглянуло солнце. Маргарета садится в отдельный закуток в самом дальнем углу под картиной, где изображён итальянский переулок. Харриет садится напротив, а Патрик рядом.

– Я возьму пиццу «Везувий», – говорит Маргарета официанту, подошедшему к столу.

Харриет вдыхает аромат плавленого сыра и базилика, идущий из открытой печи за прилавком, и чувствует, как сосёт под ложечкой. Она весь день ничего не ела.

– Мне «Карпичиозу», или нет, «Кальцоне», – восклицает она.

Патрик улыбается ей и заказывает пиццу-кебаб.

– Я бы на пиццу положил сверху ещё и картофель фри, если бы он был в меню, – шутит он.

– Верю, – отвечает Маргарета.

– После собрания я хочу уйти, – сообщает Патрик. – Надо бы снова поговорить с теми, кто живёт по соседству с рестораном в гавани насчёт вечера пятницы, они позвонили и сказали, что им есть что рассказать. Я не думаю, что это что-то даст. Мне всегда кажется странным, когда люди начинают вдруг что-то вспоминать, как только посмотрят сюжет по телевизору. Думаю, что они просто важничают и хотят всем продемонстрировать, какие они ценные свидетели. А Элиас и Ракель что-нибудь выудили после визита к Кеннетам?

– Давайте не будем это обсуждать здесь, – говорит Маргарета.

Харриет осматривается. Ресторан практически пуст, если не считать пожилого мужчины, который в самом дальнем от них углу пьёт в одиночестве пиво, да двух работяг в синих комбинезонах, ждущих счёта, чтобы расплатиться.

– Никто не слышит, – говорит Патрик. – Я считаю, что мы должны искать белый «Вольво», который Кеннет упомянул на допросе. Мы же не можем бросить и этот след?

– Нож, ДНК и то, что Тони видели, когда он залезал в дом. Этого достаточно для заключения его под стражу, – говорит Маргарета.

Патрик опирается локтями на стол и сжимает руки.

– Разумеется, но мы же не отказываемся из-за этого от проверки других следов, которые наметились в расследовании?

Патрик тоже не так безоговорочно, как Маргарета, уверен в виновности Тони. Хорошо, что белый «Вольво» снова всплыл, в дискуссии, конечно же, они не должны потерять этот след.

– Кеннет видел только штанины, он не говорил, что он видел Тони, ни разу, – подливает масла в огонь Харриет, надеясь на поддержку Патрика. – Я просмотрела телефон Лауры и начала звонить по списку её контактов. Андерссоны, в первую очередь Дуглас, были клиентами бюро «Семейный юрист». Что-то там связанное с договором по недвижимости. Это может ни к чему и не привести, но их юрист мне будет звонить.

Маргарета поднимает вверх палец, и Харриет замолкает.

– Дамы и господа, вот и ваши пиццы, – произносит голос за их спинами. Это не официант, принявший у них заказ, а мужчина в белом фартуке, с которым Харриет тайком курила за домом.

Харриет краснеет и кивает ему, узнавая.

– О, здравствуйте, мисс, вы всё-таки привели с собой коллег. Тогда для всех вас будет скидка в моём ресторане, всегда. Приятного аппетита. – Пекарь пиццерии говорит, улыбаясь во весь рот. «Только бы ему не пришло в голову рассказать о курении», – думает Харриет.

– Ого, какие льготы, скидка для тех, кто в голубой форменной рубашке, – говорит Патрик, когда пекарь удалился. – Раньше такого не было. А всё только потому, что ты с нами, – говорит он, подмигивая Харриет.

Патрик переводит разговор на тему скидок, которые он получал в разных местах. Потом он встаёт, чтобы принести всем салат из белокочанной капусты, и настаивает, чтобы Харриет взяла у него половину кока-колы.

– Только маленькие дети сразу и залпом выпивают прохладительные напитки, – дразнится он, пододвигая к ней наполненный стакан.

Маргарета ест маленькими кусочками, тщательно обрезая тесто по краям пиццы, но ей удаётся справиться всего с третью порции.

– Что, разве невкусно? – спрашивает пекарь, вернувшийся, чтобы забрать пустые тарелки.

– Да нет, просто я малоежка, – отвечает Маргарета.

Харриет смотрит на пустую тарелку перед собой. Её пицца исчезла так же быстро, как и кока-кола.

– Я не завтракала, – как бы оправдывается она.

– Кофе? Я принесу. – Патрик встаёт из-за стола и большими шагами идёт к стойке с посудой, где на двух тёплых конфорках стоят два сосуда с кофе и масса белых чашек.

Как только Патрик уходит, Маргарета вынимает телефон. Совершенно ясно, что начальница не хочет с ней разговаривать. Через минуту Патрик возвращается и ставит на стол три чашки горячего кофе, от которого идёт пар, и тарелку с тонюсеньким, почти прозрачным овсяным печеньем.

– А это ещё что за чертовщина? – восклицает Маргарета.

– Э-э, ты же пьёшь кофе без молока? – спрашивает Патрик.

Предпочтения Маргареты в том, что касается кофе, известны, видимо, всему полицейскому участку.

– Да я не про кофе, а про рубрику. – Маргарета показывает экран смартфона. – Идёт охота на психопата.

Буквы занимают весь экран, а на верхней строке сайта, который открыла Маргарета, текст идёт бегущей строкой, как экстренная новость.

– Кто, чёрт побери, сдаёт нас прессе? Вторая утечка информации. – Она посерьёзнела. – Вот поэтому я и не хочу, чтоб вы сидели тут и всё время, не соблюдая осторожности, говорили о деле.

Патрик смотрит на неё сердито.

– Дьяволу понятно, что это не может быть кто-то из нас. Неужели ты думаешь, что мы бы рисковали всё завалить? – говорит он.

– Я подниму этот вопрос с Конрадом, когда он придёт, – продолжает Маргарета.

– Не, ну серьёзно, не только же у нас есть доступ к материалам дела. Насчёт психопата, может, вообще выдумка, которая не опирается ни на какие факты. Это мог быть кто-нибудь из тех, кого мы опрашивали, кто позвонил в газету «Афтонбладет». Это вообще невозможно проконтролировать, – продолжает Патрик тем же тоном.

Маргарета не отвечает, отпивает большой глоток кофе, а Харриет наблюдает за Патриком. Он выглядит спокойным и, кажется, обладает именно тем свойством характера, которое так хотелось бы иметь ей самой. Он ничего не принимает на свой счёт.

– Может, уже двинем отсюда, – говорит он и быстро допивает свой кофе.

Маргарета встаёт и начинает натягивать свой дождевик. Чашка Харриет ещё наполовину полна, но это неважно. Она не хочет задерживаться. Они расплачиваются и молча возвращаются на работу. Солнце уходящего лета такое яркое, что ей приходится щуриться, когда они выходят из тёмной пиццерии, и проходит пара секунд, прежде чем глаза привыкают к свету. Она замедляет шаг, когда подходит к ресепшн, чтобы пропустить Маргарету вперёд, а самой обменяться парой слов с Патриком. Тактика, увы, не срабатывает.