Город ведьм - Антон Леонтьев

Наконец, дверь распахнулась – Надя увидела перед собой изумленное лицо медсестры. Девушка со всех ног бросилась к палате Максима и увидела охранника, сидевшего на стуле, прислонившись спиной к стене.

– Ваш коллега намеревается… – начала она и тронула охранника за плечо. Тот начал медленно съезжать по стене вниз. Вскрикнув, Надежда заметила всаженный тому в грудь нож.

Девушка ринулась в палату и увидела, как на кровати извивается, хаотично шевеля ногами, Максим, а тип с бакенбардами, навалившись на него всем телом, душит несчастного студента подушкой.

В палату кто-то шагнул. Надя заметила светловолосую медсестру, ту самую, которая была так похожа на одну из жертв. Она быстрым шагом подошла к типу с бакенбардами, в ее руке что-то блеснуло, раздалось жужжание – и тип вдруг повалился на пол, странно дергаясь.

Оторопело Надя смотрела на то, как медсестра жучила того небольшим прибором, вероятно, электрошокером. Затем, профессиональным жестом подняв маньяку веко, удовлетворенно произнесла:

– Без сознания. Надеюсь, ты уже вызвала полицию?

Пока Надя дрожащими пальцами тыкала в мобильный, медсестра сняла с лица подрагивающего Максима подушку и, похлопав того по посиневшему лицу, сказала:

– Жить будет.

И направилась к выходу. Надя попыталась удержать ее, но в палату ворвалась другая медсестра, та самая, которая вызволила ее из подсобного помещения. Завидев валявшегося на полу типа с бакенбардами, она заголосила.

– Вы кто? – крикнула Надя вслед исчезающей особе, а та, усмехнувшись, ответила:

– Ангел-хранитель!

Надя хотела было ринуться за ней и не позволить ей уйти, но в этот момент застонал Максим. Девушка бросилась к нему и, гладя его по щеке, сказала:

– Бедный ты мой мальчик! Тебя два раза за несколько часов пытались убить.

Максим постепенно приходил в себя, лицо принимало нормальный оттенок. Надя, закатив вопящей медсестре пощечину, распорядилась:

– Займитесь пациентом! Ему нужна медицинская помощь! И где у вас тут «тревожная» кнопка?

Отыскав оную на стене около изголовья кровати Максима, она нажала ее. Самое позднее через пару минут должны были явиться больничные охранники.

В этот момент тип с бакенбардами зашевелился и, издав протяжный стон, попытался подняться. Надя, схватив валявшийся на полу электрошокер, ткнула прибор ему под ребра. Тип, захрипев, снова отключился.

– И так будет с каждым, кто посмеет поднять на тебя руку! – сказала она и улыбнулась всхлипывающему Максиму.

– А кофе здесь все же отвратительный, – констатировала Надя, со вздохом отхлебывая из бумажного стакана, который протянул ей Вениамин Филин. Они находились в частной клинике, только этажом ниже. Было около четырех ночи – или уже утра?

– Зато бодрит, – ответил олигарх и, поморщившись, отхлебнул коричневую бурду. А затем в который раз произнес: – Ну вы даете… Точно о таких, как вы, Некрасов писал. Что-то про коня на скаку и горящую избу. Ну, с учетом современных реалий, надо добавить: «Маньяка в одиночку обезвредит…»

Слабо улыбнувшись, Надя подумала, что этот Филин, в сущности, не такой уж кошмарный субъект. Может, чуточку заносчивый, но, обладая определенным количеством миллионов в иностранной валюте, он вполне мог себе позволить быть таковым.

– Насчет в одиночку – это явно не так, – сказала она. – Там была еще эта белобрысая медсестра, которая…

Она поколебалась и добавила:

– Которая как две капли воды похожа на одну из жертв.

Попивая кофе, Филин проговорил:

– Ее ищут. Во всяком случае, особа, соответствующая вашему описанию, в клинике не работает. Однако я сам ее, кажется, видел, да и матушка подтвердила, что столкнулась в ней в коридоре и еще удивлялась тому, что она ей кого-то напоминает.

– Это она обезвредила этого… этого маньяка! – выпалила Надя. – А потом удрала.

– Мы ее найдем, – заверил ее Филин и вдруг нахмурился – к ним присоединился начальник охранного агентства.

Седовласый тип тотчас заявил:

– Не может быть, чтобы Серега… Чтобы он оказался причастен к этому.

– И тем не менее факт остается фактом – он к этому причастен! – оборвал его сухо Вениамин.

– Но его разве не Дмитрий зовут? – переспросила Надя. – Ну то есть Дмитрий Михайлович Петров.

Начальник агентства вздохнул и провел рукой по седым волосам.

– Нет, его имя – Сергей Аркадьевич Брылёв.

– А я думала… – протянула девушка и осеклась.

Филин, вытащив мобильный, на которое пришло сообщение, прочел его и сказал:

– Ага, наш друг Брылёв наотрез отказался давать показания. Молчит. Впрочем, это его конституционное право.

– Руку даю на отсечение, что все это недоразумение! – кипятился начальник агентства, а Надя заявила:

– На вашем месте я не стала бы столь легкомысленно ставить на кон собственные конечности. Тем более маньяк любит их оттяпывать. Я собственными глазами видела, как этот ваш Брылёв душил подушкой Максима. И задушил бы, если бы…

Она смолкла под грозным взглядом Вениамина, который велел ей никому не говорить о светловолосой медсестре и ее роли в спасении Максима.

– Может, вы не так интерпретировали его жест? Он хотел поправить подушку и… – начальник все еще не сдавался, выгораживая свой ценный кадр.

– Максим так не думает! – отрезала Надя. – Он подтвердил, что ваш Брылёв вошел к нему в палату, схватил подушку и принялся его душить. Как тут можно что-то не так интерпретировать? И вообще, вы его на пересменку в клинику посылали?

Шеф вздохнул, а Надя и так знала: нет, не посылал. Конечно, это была ложь, которую маньяк преподнес своему коллеге, тому, которого чуть не убил.

– Да и нож в грудь другому вашему работнику нельзя назвать недоразумением! – крикнула она, а Вениамин тихо произнес:

– Ты ведь хорошо его знаешь? Поговори с Брылёвым, пусть скажет, что он сделал с Верой. Это ведь он ее похитил и…

Он смолк, и Надя могла поклясться, что на глазах у олигарха навернулись слезы. Значит, он любил Веру!

Начальник агентства же, пожевав губами, заметил:

– Поговорю. Непременно поговорю. Однако когда исчезла эта… я хотел сказать Вера Кудымова? В ночь на девятнадцатое? Нет, это никак не мог быть Брылёв! Потому что он с другими людьми находился с семнадцатого по двадцать второе включительно на спецзадании в соседней области.

Филин угрожающе проговорил:

– Своего любимца выгораживаешь? Учти, владелец агентства – я.

Прежде чем мужчины сцепились в словесной баталии, Надежда быстро произнесла: