Неистовая волна - Андрей Орлов

А еще через день прибыло первое должностное лицо в государстве. Тоже полетало над районом, сурово обозрело затопленные поля подсолнечника. Цифр и обещаний стало больше. Компенсации и строители уже на подходе. Пострадавшие получат новое благоустроенное жилье. На вопрос корреспондента «Что же все-таки случилось в Таманске, господин президент? — первое лицо сомкнуло брови, и у некоторых присутствующих создалось впечатление, что ответ будет стандартен: «Он утонул». Но обошлось, прозвучали другие слова: об аномальных осадках, о выходах рек из берегов, о подтоплении зданий…

Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту массовой гибели жителей. Через три недели задержали четырех чиновников (одного впоследствии отпустили под подписку) — главу района, руководителя городской администрации и пару чинов поменьше, в том числе руководителя управления по предупреждению чрезвычайных ситуаций. Стандартные расплывчатые обвинения: служебный подлог, мошенничество, халатность, повлекшая по неосторожности смерть двух и более лиц. Максимальное наказание — семь лет лишения свободы. Но разве бывает для госслужащих максимальное наказание? Возникало резонное опасение, что судебное разбирательство затянется не на один год…

Слухи о тысячах погибших оказались «недостоверной, лживой информацией». Какие колонны фур, набитые трупами? Кто их видел? Кому вы верите, граждане, социальным сетям, где сидят безответственные личности? Вопиющая беспрецедентная ложь! Прокурор края решительно опроверг этот бред. «Я официально заявляю, что слухи о тысячах погибших являются ложью, не имеющей под собой никакой почвы! В ночь с 6 на 7 июля в городе Таманске погибли 170 человек. Их имена известны, люди похоронены. Около тысячи раненых и пострадавших — они проходят лечение в городских и краевых больницах».

Пострадавшим от наводнения выплатили компенсации. Половину потом забрали — как оказалось, много дали. И не тем. Обещанного жилья сотни людей не дождались — спасибо хитрым бюрократическим уловкам. Адвокаты потерпевших называли суммы компенсации несоразмерными ущербу. Но шансов получить через суд что-то большее у людей не было. «Государство не будет выступать ответчиком, — с усмешкой объясняли адвокаты. — Оно не признано виновным в наводнении. Выделяемые им суммы — благотворительный жест. Могли и не выделять. Погода во всем виновата…»

Подполковника полиции Вячеслава Горбатова посмертно представили к государственной награде. Патриарх Московский и всея Руси удостоил офицера, погибшего при спасении людей, орденом благоверного князя Дмитрия Донского. Замминистра МВД и начальник краевой полиции посетили вдову. Выразили соболезнования, уверили, что предоставят семье материальную помощь и будут способствовать в воспитании и обучении детей. Были и другие люди, чье поведение в ту страшную ночь заслуживало наивысшей оценки. Простые жители, военные, медики, полицейские… Их имена остались неизвестными широкой общественности. Многие из них погибли, спасая незнакомых людей. Они не требовали признания, наград, денежных вознаграждений, какого-то особого статуса. Они лишь делали то, что считали нужным. По указке того места, где предположительно находится совесть…