Кто такая Мод Диксон? - Александра Эндрюс

Все трое помолчали.

– Так, тебе определенно стоит потусоваться вечером с нами. – Ник повернулся к Флоренс. – Правда, малыш?

Флоренс нахмурилась: с «малышом» был уже явный перебор.

– Ну, похоже, Уитни не помешала бы спокойная ночь.

– Вообще-то я с удовольствием, – сказала Уитни. – Было бы здорово пересечься. Мне только нужно обсудить это с Эми, когда она проснется. У тебя тот же номер?

Флоренс покачала головой. После переезда она почти сразу приобрела номер с кодом Нью-Йорка и сейчас продиктовала его Уитни.

– Подожди, у тебя же нет телефона, – вмешался Ник.

– Черт, точно. Я его потеряла при аварии.

– Вот, запиши мой. – Ник моментально выпалил свой номер.

– Отлично. Я позвоню, когда узнаю наши планы. Думаю, Эми уже заказала столик на ужин, но, если она согласится, мы придем после. – Она снова взяла Флоренс за руки и посмотрела ей в глаза. – Не представляешь, как я рада, что мы встретились.

– Я тоже, – неуверенно произнесла Флоренс.

– В чем дело? – спросил Ник, когда Уитни ушла: – Она тебе не нравится?

– Нет, я просто… Не знаю. Я очень удивилась, встретив ее, вот и все.

Ник взял ее за руку, и они вышли на яркий полуденный свет. Внезапно Флоренс услышала за спиной знакомый голос:

– Мадам Вилькок?

Она резко обернулась.

Идрисси стоял прямо у входа на базар. Интересно, он видел, как она туда входила? Ждал ее?

– Я рад, что вам лучше.

– Спасибо, – выдавила она. Ей все еще было не по себе от неожиданной встречи с Уитни. Меньше всего она сейчас хотела общаться с полицейским.

Ник посмотрел сначала на Флоренс, потом на Идрисси.

– Эй, я Ник, – он протянул руку.

Тот бросил на него пренебрежительный взгляд и обратился к Флоренс:

– Есть новости от вашей подруги?

Флоренс прикрылась ладонью от солнца. Как ей поступить? Сказать «да» было более рискованно – еще одна ложь, которую придется развивать и дальше, – но ответ «нет» только усилит его подозрения относительно загадочно пропавшей женщины.

Наконец она кивнула.

– Да. Она в Марракеше. Как я и думала.

– Хорошо, – решительно произнес Идриссии. – Знаете, что интересно: я никак не могу найти такси, на котором она уехала в тот вечер из «Дар-Амаля».

– А это важно? – удивилась Флоренс. – Она вернулась в Марракеш. С ней все в порядке.

– Просто пытаюсь довести дело до конца. Полицейская работа – это не только погони и перестрелки, – сказал он с непривычной улыбкой. – У вас есть номер ее телефона? Я бы хотел с ней поговорить.

– Ее номер? Э-э, с собой нет. Он был в моем телефоне, который я потеряла.

– Тогда он, наверное, есть в доме? Вы ведь разговаривали.

– А, может быть. Вообще-то это она мне позвонила. На городской номер.

– Что ж, это облегчает дело. Я проверю записи телефонных звонков.

Флоренс побледнела.

– Ладно. – Она почувствовала, как солнце палит ей макушку. – На самом деле я еще не полностью восстановилась, – сказала она резко. – Как раз собиралась домой, отдохнуть. – Она развернулась и вышла прямо на оживленную дорогу. Пролетавший мимо мопед успел вильнуть, водитель прокричал что-то неразборчивое.

Ник взял ее за руку и провел через дорогу.

– О чем вы говорили? – спросил он, когда они перешли на другую сторону. – Что еще за друг?

– Он мне не друг! – воскликнула Флоренс.

– Нет, в смысле подруга, о которой он говорил.

– Да, я сначала путешествовала с одной девушкой, но она вернулась в Марракеш. Теперь этот полицейский, расследующий аварию, абсолютно на ней зациклился. Не знаю почему. Это был обычный несчастный случай, но он продолжает меня доставать. – В ее голосе послышались истерические нотки. – Я не знаю, что еще ему сказать. Я ничего не помню!

Ник положил руку ей на плечо, пытаясь успокоить:

– Эй, эй, расслабься. Послушай, всем известно, что местные копы насквозь продажные. Он, наверное, просто разозлился, что ты еще не пыталась предложить ему деньги.

Флоренс остановилась.

– Правда? Это действительно так?

– Ну да. Лиам попался с пакетиком на десять баксов, так за сорок баксов все сразу замяли.

– Ясно.

Она посмотрела туда, где стоял наблюдавший за ней Идрисси. Может быть, она действительно все неправильно поняла? И есть возможность наконец с этим покончить?

Флоренс проверила сумочку. У нее еще оставалось около полутора тысяч дирамов Хелен. Она достала две бумажки и скомкала их в руке. Пересекая улицу, почувствовала на себе пристальный взгляд Идрисси и неловко улыбнулась.

– Еще раз здравствуйте, – она подошла к нему.

Он кивнул в ответ.

– Я просто хотела сказать, что очень ценю вашу помощь: вы отвезли меня на виллу, вернули платок и все такое. И все, что вы сделали для расследования. Спасибо. – Она неловко протянула ему деньги, смятые во влажный комок на ладони. Ей пришло в голову, что, наверное, так чувствовал себя любовник Хелен, пытаясь дать чаевые в отеле под ее осуждающим взглядом.

Идрисси перевел взгляд на ее руку, потом снова уставился на лицо. Он не двигался.

– Это вам, – произнесла она, выставив ладонь. – В знак благодарности.

– Мой английский еще не так хорош, как мне бы хотелось, – сказал он после паузы. – Кажется, это называется взяткой? – Он невесело усмехнулся. – Это правильное слово?

– Нет, вовсе нет! Это просто подарок. Или… как вам больше нравится.

– Значит, в Америке вы часто дарите полицейским такие подарки?

– Само собой. Иногда. – Флоренс почувствовала, как краска заливает лицо.

– Неужели? Я думал, это незаконно. Как и здесь, конечно.

– Правда? Я этого не знала. – Флоренс сунула деньги обратно в сумку. – Я просто хотела…

– Сказать спасибо? – с ухмылкой закончил за нее Идрисси.

Она кивнула.

– Или, может быть, вы хотите, чтобы я прекратил расследование.

– Нет, совсем нет. Просто, что там еще расследовать? Мне кажется, что все и так ясно.

Это, конечно, было неправдой. Та ночь оставалась для нее загадкой.

– Неужели, мадам Вилькок? Потому что мне-то как раз неясно, почему вы с подругой вышли из ресторана порознь, неясно, почему я не могу найти такси, на котором она уехала на виллу, неясно, почему она исчезла на следующий день после аварии, и неясно, почему вы не можете просто связать меня с ней, чтобы прояснить все эти вопросы.