Люмен - Кортни Коул

Дэр опускает крышку фортепиано.

Я вскидываю бровь в изумлении.

– Это правда? Я имею в виду, что ты принадлежишь к высшему обществу.

В ответ он улыбается.

– Боюсь, я скорее похож на отброса.

Меня же это не пугает. Если говорить о его бесшабашности и хулиганском характере.

– Твой папа просил передать, что ему пришлось отъехать в город, – сообщает он, начиная медленно двигаться по направлению ко мне. Я не могу не провести параллель между Дэром и грациозным диким котом из тех, что обитают в джунглях: высоким, гибким, стройным и сильным.

Наши взгляды словно связаны неразрывной нитью, которая становится все крепче по мере того, как он приближается ко мне.

Неужели я его жертва?

Господи, мне так хотелось бы в это верить!

В дневном свете его глаза кажутся золотистыми, и я понимаю, что не могу отвести от них взгляда.

– Спасибо, что сказал мне, – произношу я, – готова поклясться, мой брат поехал вместе с ним.

Я предпочитаю не упоминать о том, что прошедшей ночью мой брат спал со мной в одной постели, потому что постороннему это может показаться странным. Как обычно, некоторые вещи мне приходится скрывать, дабы сохранить благоприятное мнение окружающих обо мне.

– Этого я не знаю наверняка, – отвечает Дэр, – я сегодня не видел Финна.

– Я точно тебе говорю, так и есть, – бормочу я.

В моей голове возникает предположение, что на самом деле отец повез Финна на сеанс психотерапии. Поэтому я свободна и могу сконцентрироваться на том, кто стоит прямо передо мной.

Дэр Дюбрэй.

Он улыбается, обнажая свои белоснежные зубы.

– У меня назрел новый вопрос, и я хотел бы тебе его задать, – говорит он.

Я удивленно поднимаю бровь:

– Что, уже? Ты уже задавал мне один всего пару дней назад.

Он слегка усмехается.

– Ага. Но давай не здесь. Я хотел бы задать его где-нибудь в другом месте.

Я жду.

Жду около минуты.

– Но тогда… где? – спрашиваю я наконец.

Его лицо снова озаряет улыбка.

– Не в доме. Где-нибудь на воде.

Я замолкаю на несколько секунд.

– На воде? Ты имеешь в виду, что ты хотел бы поплавать на нашей лодке?

Он кивает.

– Тебя это не затруднит?

Конечно же, нет.

– Это всего лишь маленькая лодка, – предупреждаю его я, – ничего примечательного.

– Это идеально, – отвечает он, – потому что я тоже ничем не примечателен.

Я бы с этим поспорила. Но, конечно же, я предпочитаю не говорить этого вслух. А еще я радуюсь, что легла вчера спать прямо в одежде, потому что так мы сможем отправиться туда сразу, без промедлений. Однако об этом я тоже умалчиваю.

Вместо этого я сразу веду его на улицу, ни секунды не колеблясь, даже когда замечаю, что там идет дождь.

– Мы же все равно пойдем туда? – беспокойно спрашиваю я. – Дождь совсем небольшой, не думаю, что нас настигнут крупные волны.

– Это меня в любом случае не пугает, – усмехается он, – я привык к дождям.

– А, тогда все ясно, – отвечаю я, помогая ему забраться в лодку, – постоянно забываю об этом.

Он делает несколько шагов по палубе, а я тем временем отвязываю трос и бросаю ему. Я запрыгиваю на лодку прямо в тот момент, когда она вот-вот отчалит от берега, и бесцеремонно усаживаюсь рядом с ним.

Он упирается спиной в деревянный корпус, пока я вывожу судно из бухты, а дождь тем временем внезапно прекращается, так же неожиданно, как и начался. Тучи рассеиваются, и солнце освещает все вокруг. Я подставляю свое лицо его теплым лучам.

Кажется, я живу только ради таких моментов, когда моя скорбь отступает, и я начинаю получать истинное наслаждение от чего-то.

И должна признаться, я получаю все большее и большее удовольствие от жизни с тех пор, как Дэр появился на нашей горе.

– Из-за тебя я чувствую себя виноватой, – тихо говорю я ему, открывая глаза.

Дэр удобно раскинулся в моей лодке, закинув ноги на одно из сидений. Он бросает взгляд на меня и хмурится.

– Как такое вообще возможно, цветочек каллы?

Это прозвище, которое он дал мне, заставляет меня снова улыбнуться.

– Потому что из-за тебя я забываю обо всех своих печалях, – просто и коротко отвечаю я.

Нежность блуждает в глазах Дэра за секунду до того, как они снова приобретут обсидиановый оттенок.

– Это не должно заставлять тебя чувствовать вину, – мягко спорит он. – Если честно, эти твои слова делают меня счастливее. Мне совсем не нравится, что тебе бывает грустно. Иди, присядь рядом со мной.

Он распахивает свои объятия, и я опускаюсь на сиденье рядом с ним, крепко прижимаясь к крепкой груди и вслушиваясь в биение сердца. Обе руки Дэра образуют кольцо вокруг моего тела: впервые за всю свою жизнь я оказываюсь так близко к парню. Я рядом с Дэром Дюбрэем, который мог бы заполучить любую девушку, какую только пожелает.

И сейчас, в этот самый момент, он хочет, чтобы именно я была в его объятиях.

Это просто уму непостижимо!

Температура становится идеальной, по мере того как солнце прогревает воздух, проникая сквозь мою футболку и обволакивая мою кожу. Я высовываю одну руку за борт таким образом, что мои пальцы касаются воды, в то время как мое ухо прижато к груди Дэра и я вслушиваюсь в ритмичные удары его сердца.

Бум. Бум. Бум. Бум.

Этот звук заставляет меня вспомнить тот день, когда он бил по деревянной стене сарая.

Поймав себя на этой мысли, я замираю, только мои пальцы остаются на его груди.

Когда это было?

Я отчаянно пытаюсь сфокусироваться на этом воспоминании, вспомнить детали того дня, словно продираясь сквозь непроглядный туман, но единственное, что мне удается выловить, – это живая и реалистичная картинка того, как Дэр яростно наносит удары, один за другим, словно мачете, словно заведенная машина.

– Что случилось? – спрашивает он, глядя на меня.

– Я… – Я даже не знаю, что ему ответить. – Иногда во мне будто просыпаются воспоминания о том, чего не было на самом деле, – наконец признаюсь ему я, и меня совершенно не беспокоит, как я теперь буду выглядеть в его глазах.

Дэр пристально смотрит на меня так долго, как не смотрел никогда, его взгляд такой глубокий, прожигающий насквозь.

– Почему ты считаешь, что их не могло быть на самом деле? – отвечает он мне вопросом.