Все, что остается - Патрисия Корнуэлл

Морель принялся объяснять:

— Сегодня рано утром под грифом БОЛО с телетайпа пришло сообщение о номерном знаке машины.

— А что это еще за штуковина такая, БОЛО? — перебил Уэсли.

— БОЛО значит: «В зоне особого внимания».

С застывшим лицом Уэсли слушал скучное повествование Мореля.

— Полицейские не часто располагают временем для литературного построения фраз; к тому же им не всегда удается познакомиться с данными телетайпа. Они просто садятся в машину и начинают выслеживать объект. Сразу после получения сообщения о пропаже молодой пары диспетчеры стали посылать в эфир сообщение под грифом «В зоне особого внимания», и уже в час ночи водитель грузовика, который обнаружил джип, сообщил об этом по рации. А полицейский, находившийся на связи, утверждал, что он даже не прикасался к машине, лишь заглянул в окошко, чтобы удостовериться, что в машине никого нет.

У меня еще теплилась надежда, что это правда. Многие полицейские, заранее зная о мерах предосторожности, не могут удержаться от соблазна открыть дверцы и поискать хотя бы в отделении для перчаток какое-либо удостоверение, подтверждающее личность владельца автомобиля.

Держа обеих собак за холки, Джеф спустил их с поводков, чтобы те перед началом работы облегчили свои мочевые пузыри. Гейл спросила:

— У вас есть какая-нибудь одежда, принадлежавшая пропавшей паре, чтобы дать ее понюхать собакам?

— Мы попросили Пэт Харви привезти что-нибудь из того, что недавно надевала на себя Дебора, — ответил Уэсли.

Известие о том, чью дочь они разыскивают, привело Гейл в замешательство, но она ничем не выдала своего удивления, а лишь продолжала выжидающе смотреть на Уэсли.

— Миссис Харви мчится сюда на вертолете, — добавил Уэсли, глядя на часы. — Должна прибыть с минуты на минуту.

— Не нужно, чтобы сюда приземлялись большие объекты, — бросила Гейл, приближаясь к джипу. — Здесь все должно оставаться нетронутым. — Вглядываясь в окошко водителя, она скрупулезно изучала каждый сантиметр, каждый штрих внутреннего убранства машины. Затем, немного отстранившись, задержала свой взгляд на внешней стороне черной пластмассовой дверной ручки.

— Лучше всего начать с сидений, — решила Гейл. — Пусть Солти понюхает одно, а Нептун другое сиденье. Но прежде нам необходимо забраться внутрь автомобиля, ничего не задевая. У кого-нибудь есть с собой карандаш или ручка?

Вытащив из нагрудного кармана рубашки шариковую ручку, Уэсли протянул ее Гейл.

— Нужна еще одна авторучка, — сказала она.

К моему огромному изумлению, ни у кого из окружающих, включая меня, не нашлось с собой авторучки, хотя я ни на минуту не сомневалась, что в моей сумке найдется не одна.

— А складной нож не подойдет? — спросил Марино, порывшись в кармане джинсов.

— Прекрасно.

Держа в одной руке авторучку, а в другой швейцарский складной армейский нож, Гейл, одновременно нажимая большим пальцем руки на внешнюю кнопку кабины водителя и с трудом поднимая дверную ручку, зацепив кончиком сапога за краешек дверцы, начала осторожно ее открывать. Все это время до меня доносился глухой звук приближающегося вертолета.

Спустя несколько минут вертолет фирмы «Бел Джет Рэйнджер», сделав круг над зоной отдыха и зависнув в воздухе, как стрекоза, приземлился, вздымая облако пыли. Ничего не было слышно из-за гула ревущего мотора. Деревья закачались, и трава, колыхаясь, прижалась к земле под действием штормового ветра. Закрыв глаза, Гейл и Джеф сидели на корточках рядом с собаками, крепко держа их за холки.

Мы все: Марине, Уэсли и я — отошли поближе к домам, и с этого удобного места наблюдали за стремительным снижением вертолета, поднимавшего вихри воздуха. От гула моторов задрожал воздух. Прежде чем солнце залило стекла, я успела заметить лицо Пэт Харви, смотревшей на джип своей дочери.

Когда она, опустив голову, шагнула с трапа вертолета, Уэсли стоял в отдалении, сохраняя дистанцию между собой и лопастями винта работающего вертолета.

До того как Пэт Харви стала директором Национальной комиссии по наркотикам, она работала государственным поверенным города Ричмонда, после чего заняла пост генерального прокурора Восточного округа Вирджиния. Расследуя в судебном порядке организованные, связанные с наркотиками преступления, она иногда нападала на следы жертв, трупы которых мне приходилось вскрывать. Но меня никогда не вызывали в суд для дачи показаний, ограничиваясь лишь моими письменными судебными отчетами. Поэтому мне так и не довелось когда-либо встретиться с миссис Харви.

Телевизионные передачи и газетные публикации преподносили миссис Харви как сугубо деловую женщину. Она же была женственна и необычайно привлекательна, чуть полновата, с тонкими чертами лица и переливавшимися на солнце темно-каштановыми коротко стриженными волосами. После нескольких слов, сказанных Уэсли, миссис Харви с серьезным лицом, не глядя нам в глаза, каждому по очереди пожала руку с самоуверенностью опытного политического деятеля.

— Здесь находится хлопчатобумажный спортивный свитер, — сказала она, протягивая Гейл портфель. — Я отыскала его в спальной комнате Деборы, в пляжном домике. Не знаю, когда она в последний раз надевала его, но, видно, его давно не стирали.

— Когда в последний раз ваша дочь была на пляже? — спросила Гейл, не пытаясь открыть портфель.

— В начале июля. Тогда в компании нескольких своих друзей она приезжала отдохнуть на выходные.

— И вы абсолютно уверены в том, что только она, и никто другой, не надевали этот свитер? А что, если кто-нибудь из ее друзей тоже его примерял? — небрежно спросила Гейл, так, как будто бы речь шла о погоде.

Заданный вопрос застал миссис Харви врасплох, и на мгновение ее темно-синие глаза блеснули огоньком сомнения.

— Я не могу быть абсолютно уверенной. — Затем, откашлявшись, она пояснила: — Я только предполагаю, что Дебора одна надевала его в последний свой приезд, но, так как меня в тот момент не было рядом, я не могу дать стопроцентную гарантию.

Не обращая внимания на нас, миссис Харви пристально взглянула на открытую дверцу джипа, быстро остановив взгляд на свободно болтающихся из замка зажигания ключах с серебряным брелоком с пометкой «Д» на цепочке. Воцарилась продолжительная пауза, и было видно, как она, пытаясь подавить эмоции, боролась с охватившим ее отчаянием, стараясь взять себя в руки.

Обернувшись в нашу сторону, она сказала:

— Дебби обычно ходила со спортивной сумкой, нейлоновой, ярко-красного цвета, с надписью «ВЕЛКРО» на клапанах. Вы не нашли ее в машине?

— Нет, мадам, — ответил Морель.

Заглядывая в салон машины через окна, мы не обнаружили никакой сумки. До тех пор, пока собаки-ищейки не побывают внутри салона, мы не можем произвести тщательный осмотр внутренней части автомобиля.

— Сумка, скорее всего, находится на переднем сиденье или валяется на полу, — продолжала она.