Шепот мертвых - Саймон Бекетт

— Мне доводилось бывать в местах и похуже. — Том уже начал распаковывать пакет с одноразовым комбинезоном. Гарднера его слова не больно-то успокоили, но когда он сообразил, что я за ним наблюдаю, мгновенно убрал с лица озабоченное выражение.

— Ну, значит, тебе и карты в руки.

Я подождал, пока он вернется назад в покойницкую.

— Он прав, Том. Там будет неуютно.

— Я справлюсь.

В его тоне сквозило упрямство, ясно показывавшее, что спорить бесполезно. Я влез в комбинезон и натянул перчатки с бахилами. Когда Том был готов, мы пошли в лес.

Нас мигом обволокла тишина, словно мир снаружи оказался вдруг отрезан. Вокруг шуршали иголками ели. Жуткий звук для кладбища, будто шепот мертвецов. Под ногами ковром лежал толстый слой хвои вперемешку с шишками. Пробивавшийся сквозь маску хвойный аромат приятно освежал после затхлого запаха похоронной конторы.

Но недолго. Под елями воздух был густой и стоячий, ни малейшего ветерка. Когда мы вошли под низкие ветки, направляясь к ближайшим экспертам в белом, я почти мгновенно вспотел.

— Так что вы тут нашли? — спросил Том, стараясь скрыть, что тяжело дышит, когда эксперты расступились, давая нам дорогу.

Под масками и бесформенными комбинезонами было трудно понять, кто есть кто, но в ответившем я узнал того здоровяка из коттеджа. Ленни? Нет, Джерри. Его лицо было красным и потным, а комбинезон весь в смоле и иголках.

— Господи, это будет тот еще денек! — выдохнул он, поднимаясь. — Тут череп, ну и то, что осталось от грудной клетки, плюс еще несколько костей. Они далеко растащены, даже самые крупные. Там чуть дальше есть забор, но слишком разрушенный, чтобы помешать кому-нибудь сюда залезть. Двуногому или четвероногому. А эти чертовы деревья просто сущие заразы.

— Какая-нибудь одежда?

— Нет, но нашли что-то смахивающее на старую простыню. Тело могло быть завернуто в нее.

Оставив его работать дальше, мы двинулись к ближайшей находке. Земля была уставлена крошечными флажками, как заброшенная площадка для гольфа. Каждый флажок помечал отдельный предмет. Ближайший к нам — то, что осталось от таза. Кости лежали под деревом, так что нам пришлось сложиться чуть ли не вдвое, чтобы добраться до них, поскальзываясь на ковре из сосновых иголок. Я покосился на Тома, надеясь, что для него это будет не слишком тяжело, но за маской было трудно понять.

Таз оказался настолько сильно обгрызен, что было трудно определить, мужской он или женский. Лежавшее рядом бедро дало необходимую подсказку: хотя оба конца большой бедренной кости обломали и обглодали животные, по ее длине можно было с уверенностью сказать, что она принадлежит мужчине.

— Ну и размерчик, — хмыкнул Том, присев на корточки, чтобы получше рассмотреть. — Как думаешь, какого роста был хозяин?

— Заметно выше шести футов. Какого роста Уиллис Декстер?

— Шесть футов два дюйма. — Том улыбнулся под маской, явно подумав о том же, что и я. Похоже, мы нашли человека, который должен был быть захоронен на «Стиплхилл». — Ладно, давай глянем, что тут у нас еще.

Пока мы пробирались между деревьями, ветви нас царапали и осыпали иголками. Том не выказывал никаких признаков дискомфорта, но идти было тяжело. По моему лицу градом струился пот, и спину начало ломить от необходимости постоянно пригибаться. От хвойного запаха теперь мутило, и кожа под комбинезоном зудела.

Остатки того, что некогда было саваном, лежали на приличном расстоянии от таза. Грязная и рваная тряпка, помеченная флажком другого цвета, чтобы отличить от частей тела. Рядом с ней, частично прикрытая упавшей хвоей, лежала грудная клетка. По ней суетливо бегали несколько муравьев в поисках оставшихся кусочков плоти, но от мягких тканей практически ничего уже не осталось. Кости давным-давно обчистили набело, а несколько мелких ребер и грудина отсутствовали вовсе.

— Похоже, тело выбросили тут, — заметил Том, пока я фотографировал. — Кости разбросаны вполне характерно, я бы сказал. Тут скорее поработали животные, чем имело место расчленение.

В природе ничто не пропадает зря, и лежащее под открытым небом тело довольно скоро становится источником пищи для местной живности. Собаки, лисы, птицы и грызуны — а в некоторых районах США даже медведи — примут участие в пиршестве, отрывая и утаскивая прочь все, что только смогут. Но торс слишком велик для всех, кроме крупных хищников, и его обычно съедают in situ.

Это значит, что грудная клетка, как правило, указывает место, где тело лежало изначально.

Том пристально поглядел на край одного ребра и подозвал меня.

— Видишь вот это? Следы распила.

Как и остальные кости, грудная клетка была тоже сильно обгрызена. Но среди отметин от звериных зубов все еще отчетливо виднелись параллельные линии — тонкие черточки вдоль края кости.

— Судя по виду, след ножовки. Такие же остаются после вскрытия, — сказал я. Стандартная процедура при аутопсии: вскрытие грудной клетки по обе стороны грудины, чтобы ее можно было вынуть и добраться до внутренних органов. Иногда при этом используется костерезка, но электропилой быстрее.

И она бы оставила в точности такие следы.

— Все больше и больше похоже на то, что мы все-таки нашли Уиллиса Декстера, а? — сказал Том. Он начал подниматься. — Мужчина, рост соответствует, следы разрезов от аутопсии на ребрах. А одежда Декстера сгорела вместе с машиной при аварии. Поскольку семьи у него нет и принести другую было некому, вероятнее всего, тело похоронили в саване, в котором привезли из морга. По времени тоже совпадает. На костях ни мха, ни лишайников — значит, они тут лежат меньше года. Это…

Он вдруг охнул и сложился пополам, схватившись за грудь. Я сорвал с него маску и с трудом подавил панику, увидев восковую бледность его лица.

— Где твои таблетки?

Его губы скривились.

— Боковой карман…

Я расстегнул его комбинезон, мысленно ругая себя последними словами. Тебе ни за что не следовало позволять ему лезть сюда! Если он потеряет тут сознание… На штанине слаксов имелся карман на пуговице. Я его расстегнул, но никаких таблеток не обнаружил.

— Нет их там. — Я старался сохранять спокойствие.

Том от боли прикрыл глаза. Губы приобрели синюшный оттенок.

— Рубашка…

Я похлопал его по карману и нащупал твердую квадратную коробочку. Слава Богу! Я достал коробочку, свинтил крышку и вытряхнул одну крошечную таблетку. Рука Тома дрожала, когда он сунул таблетку под язык. Некоторое время ничего не происходило, затем его лицо стало потихоньку расслабляться.

— Порядок? — спросил я. Том кивнул, слишком слабый, чтобы говорить. — Просто отдохни пару минут.

Послышался шум, и появился Джерри, тот самый агент-здоровяк.

— У вас тут все нормально?

Я не успел и рта раскрыть, как почувствовал, что Том сжимает мне руку.