Священные чудовища - Наталья Александрова

Спасский оставил машину на стоянке возле больницы, не без труда нашел морг.

Возле него толпилось множество людей в черном, с приличествующими случаю выражениями лиц.

Вадим Михайлович вертел головой, пытаясь найти среди родных и близких частного сыщика, но ему это, как и прежде, не удалось. Снова тот сам появился рядом с ним – такой же неприметный, как всегда.

– Не вертите головой, – проговорил он вполголоса, – опустите глаза и придайте лицу скорбное выражение.

– Это еще зачем? – раздраженно отозвался Спасский.

– Чтобы не выделяться из толпы. Мы с вами все же находимся на похоронах.

– Ладно. Что вы мне можете сообщить?

– Для начала я хочу вернуть вам вот это. – И сыщик вложил в руку Спасского брусочек флешки.

– Это то, что я подумал? – В голосе Вадима Михайловича прозвучало удивление.

– Именно то. Это украденная у вас флешка.

– Как?.. Как вам удалось ее вернуть? Моя служба безопасности сбилась с ног, и все безуспешно!

– Вадим Михайлович, я же не спрашиваю вас, как вам удается достигать таких высот в бизнесе. Наверное, нужно просто быть профессионалом.

– Да, это был глупый вопрос, – признал Спасский. – Но свою службу безопасности я разгоню!

– Никогда не принимайте поспешных решений. Впрочем, я знаю, вы сказали это просто так, в сердцах. Тем более что ваш конкурент, как я слышал, только что как раз разогнал свою службу безопасности во главе с начальником. Этот начальник, Вагнер, вообще в больнице – большие проблемы с головой. Вы и сами это знаете.

– Ладно, за флешку вам отдельное спасибо, премию за нее я перечислю на ваш счет. А что насчет того дела, которое я вам поручил? Нашли вы этого мачо?

– К сожалению, пока нет, но я работаю над этим. Насколько я знаю, полиция тоже пока ничего не нашла.

Спасский хотел выразить недовольство, но вспомнил о флешке и промолчал.

– Лена, так нельзя, ты должна меня понять. – Слонимский снова терял самообладание, начал горячиться, но попытался взять себя в руки. – Лена, мальчику нужен отец. Ты, конечно, хорошая мать, но многого не можешь просто потому…

– Теперь ты вспомнил, что ему нужен отец? – перебила бывшая жена. – Раньше, когда мы жили вместе, ты об этом почему-то не думал! Тебя вечно не было дома!

– Но ты же знаешь, что тогда происходило, ты помнишь эти убийства. Я должен был помочь. – От волнения он уронил очки, поймал их в воздухе и снова надел.

– Я знаю! Я помню! Я должна тебя понять! – выкрикнула женщина так, что от ее голоса телефонная трубка раскалилась. – Только я всегда что-то должна, а ты можешь делать все, что тебе заблагорассудится! У тебя всегда было что-то более важное, чем семья!

«Только не поддаваться эмоциям, – напомнил себе Слонимский. – Она это делает нарочно. Она хочет вывести меня из себя! Я ведь все-таки профессионал, психолог, должен вести себя разумно, должен контролировать эмоции…»

– Лена, давай поговорим спокойно, как взрослые люди. – Он снял очки и тщательно протер их платком. – Давай встретимся и обсудим.

– Взрослые люди? – передразнила его Елена. – Где ты видишь взрослых людей?

Слонимский закусил губу, чтобы не сорваться.

Легко чувствовать себя профессионалом, легко анализировать и контролировать эмоции, когда обсуждаешь проблемы других людей, которые тебя не касаются. Но если ты сам втянут в такое…

– Лена, это не телефонный разговор, – проговорил он, с трудом сдерживаясь. – Давай встретимся! – Но из трубки уже доносились сигналы отбоя. –  Черт знает что, – крикнул Слонимский. – И как быть?

Эта стерва назло отберет у него сына. Знает, как ему досадить.

Он почувствовал, что ноги не держат, и плюхнулся на стул. Воздуха не хватало, он дышал хрипло, с присвистом. В это время телефон снова зазвонил.

– Да? – прохрипел он не своим голосом. – Слушаю! Это снова ты?

Но это была не Елена.

– Это господин Слонимский? – послышался незнакомый женский голос. – Меня зовут Инга…

– Вам нужна консультация? – перебил Слонимский. – Не сейчас, позже, позвоните завтра. Сейчас я никак не могу, очень занят.

Он хотел добавить «извините», но в трубке уже раздавались короткие гудки.

И еще какой-то звук.

Слонимский мрачно посмотрел на телефонную трубку и наконец осознал, что в дверь его квартиры звонят. Звонят уже давно, настойчиво и тревожно.

– Да что же это такое…

Он вышел в прихожую, посмотрел в глазок, увидел перед дверью какое-то странное создание с вылупленными, как у лягушки, глазами и нелепо растянутым ртом.

Для чего существуют дверные глазки, если в них все равно никого нельзя узнать?

– Кто здесь? – проговорил он раздраженно, в который раз прокручивая в голове разговор с бывшей женой.

– Откройте, – донесся из-за двери озабоченный голос, – у ваших соседей снизу не работает отопление, я должен проверить батареи и стояки…

До Слонимского сейчас все плохо доходило, как сквозь толстый слой воды. Он думал о своем. Не особенно вслушиваясь, он поправил очки и открыл дверь.

На пороге стоял худощавый мужчина с удивительно светлыми волосами и такими же светлыми и холодными, словно талая вода, глазами. Он был одет в голубой форменный комбинезон с какими-то непонятными буквами на груди. В руке держал синий пластиковый чемоданчик, с какими часто ходят сантехники.

– Что это вы не открываете, – проговорил он, по-хозяйски вдвигаясь в квартиру и закрывая за собой дверь, – я вам уже минут десять звоню. Нехорошо!

– Не слышал. Я разговаривал по телефону, – ответил Слонимский и рассердился на себя за то, что оправдывается перед этим незнакомым человеком.

– Я ваш сантехник, – представился тот. – Мне нужно осмотреть батареи и стояки в вашей квартире. У ваших соседей не работает отопление, я ищу причину…

– У соседей? – машинально переспросил Слонимский.

– У Магомедовых, ниже этажом.

Слонимский снял эту квартиру совсем недавно, после развода, и до сих пор не знал никого из соседей. Впрочем, он вообще был от природы необщительным, что плохо вязалось с его профессией психолога.

– Осматривайте, – равнодушно проговорил он и отступил в сторону, пропуская сантехника.

Он машинально отметил, что у этого человека слишком ухоженные руки для такой работы, красивые ухоженные руки с длинными музыкальными пальцами, но эта случайная несвоевременная мысль тут же отошла на периферию сознания.

Он снова перешел к мысленному спору с бывшей женой, начал подбирать доказательства собственной правоты.

Сантехник быстро обошел квартиру, потрогал одну батарею, другую. Он что-то говорил, но Слонимский его не слушал, погруженный в вечный внутренний спор с Еленой.