Всего один взгляд - Харлан Кобен

У его бабки была привычка к месту и не к месту сыпать еврейскими пословицами. Любимым выражением Стью Перлмуттера было: «Когда люди планируют, Бог смеется». Мэрион, единственная женщина, которую он любил в своей жизни, умерла от эмболии в тридцать один год. Она была в кухне, делала сандвич их единственному сыну Сэмми, когда воздушный пузырек разорвал какой-то важный сосуд. Мэрион умерла мгновенно, еще до того, как упала на линолеум.

Жизнь самого Перлмуттера в тот день в каком-то смысле тоже закончилась. Он растил Сэмми как умел, но, правду сказать, душа у него к этому не лежала. Перлмуттер любил сына и свою работу, но жил для Мэрион. Дом и Сэмми живо напоминали ему о Мэрион и обо всем, чему не суждено было сбыться. На работе в одиночестве ночных смен ему почти удавалось забыть об этом.

Да и то сказать, дело прошлое. Сэмми уже в колледже. Несмотря на невнимание отца, парень вырос хороший. Здесь, пожалуй, тоже просится какая-нибудь еврейская пословица, но Перлмуттер не мог ничего подобрать.

Кивнув Дейли на стул, он нетерпеливо спросил:

— Так что случилось?

— Та женщина, Грейс Лоусон…

— А!.. — произнес капитан Перлмуттер.

— А?

— Я тоже как раз о ней думаю.

— Есть в ее деле что-то странное, капитан.

— Согласен.

— А я думал, только мне это дело не дает покоя.

Перлмуттер качнулся на стуле.

— Знаешь, кто она?

— Миссис Лоусон?

— Ну да.

— Художница.

— Не только. Ты заметил, что она хромает?

— Конечно.

— Она по мужу Лоусон. Раньше ее звали Грейс Шарп.

Дейли непонимающе смотрел на капитана.

— Ты что, не слышал о Бостонской давке?

— О беспорядках на рок-концерте?

— Да нет, там была настоящая давка. Много народу погибло.

— Она там была?

Перлмуттер кивнул.

— Ее сильно помяли, она была в коме. Теленовости уделяли ей по пятнадцать минут в день, затем поменьше.

— Давно это было?

— Пятнадцать-шестнадцать лет назад.

— И вы так хорошо помните?

— О, шум был на всю страну. А я к тому же очень любил «Джимми Экс бэнд».

— Вы? — удивился Дейли.

— Ну, не всегда же я был старым пердуном.

— Я слушал их диск — по-моему, классно. По радио до сих пор крутят «Бледные чернила».

— Да, это одна из лучших песен.

Мэрион тоже любила группу Джимми Экса. Перлмуттер помнил, как она сидела, закрыв глаза, в наушниках, из которых доносилась мелодия «Бледных чернил», и беззвучно подпевала, шевеля губами. Он с усилием прогнал воспоминание.

— А почему они не выступают?

— После массовой гибели зрителей на концерте группа распалась. Джимми Экс, я уже забыл его настоящее имя, фронтмен и автор песен, вообще исчез куда-то. — Перлмуттер кивнул на листок в руке Дейли. — Что это?

— Об этом я и хотел поговорить.

— Новости по делу Лоусона?

— Не знаю. — Пауза. — Может быть.

Перлмуттер заложил руки за голову.

— Начинай.

— Сегодня с утра Ди Бартола принял еще одно заявление о пропавшем муже.

— Сходство с делом Лоусона?

— Нет. На первый взгляд нет. Пропавший вообще был в разводе — и не такой чистенький, как Лоусон.

— Что, были приводы или…

— Сидел за избиение.

— Имя?

— Рокки Конвелл.

— Правда Рокки, что ли?

— Так написано в свидетельстве о рождении.

— Ну бывают же родители, — поморщился Перлмуттер. — Подожди, а откуда я его знаю?

— Он недолго играл в футбольной лиге.

Перлмуттер подумал и пожал плечами:

— Так что там с ним?

— Ну, как я уже сказал, тут все еще банальнее, чем у Лоусонов, — пропал бывший муж, который обещал сегодня утром повезти жену по магазинам. Вообще ерунда какая-то, но Ди Бартола увидел эту жену — ну просто королева, зовут Лоррейн. Вы знаете Ди Бартолу…

— Свинья, — кивнул Перлмуттер. — Из первой десятки, между «Ассошиэйтед пресс» и «Юнайтед пресс интернэшнл».

— Да. Вот он и решил потрафить красавице. От мужа она ушла, может, ему что-нибудь и обломится.

— Очень профессионально, — поморщился Перлмуттер. — Продолжай.

— И здесь начались чудеса. — Дейли облизнул губы. — Ди Бартола сделал простую вещь — проверил карту для проезда через электронные терминалы.

— Как и ты.

— В точности как я.

— Что значит — в точности?

— Согласно результатам проверки, — Дейли сделал еще один шаг в комнату, — вчера вечером Рокки Конвелл проехал шестнадцатый пункт сбора оплаты Нью-йоркского шоссе ровно в десять двадцать шесть.

Перлмуттер уставился на Дейли.

— Да, в то же время и на той же дороге, что и Джек Лоусон.

Перлмуттер пробежал глазами отчет.

— Ты в этом уверен? Ди Бартола не мог случайно наткнуться на ту же дату и время, что и мы?

— Проверил дважды. Ошибки нет. Конвелл и Лоусон пересекли шестнадцатый пункт в одно и то же время, значит, ехали вместе.

Перлмуттер подумал и покачал головой:

— Нет.

— Вы думаете, совпадение? — в замешательстве спросил Дейли.

— Две разные машины, одновременно проезжающие пункт оплаты? Маловероятно.

— А как тогда?

— Не знаю, — задумался Перлмуттер. — Представим, что они, ну, не знаю… убежали вместе. Или Конвелл похитил Лоусона. Или Лоусон Конвелла — в общем, как-то так. Будь они в одной машине, карту приложили бы один раз, а не два.

— Правильно.

— Но они были на двух машинах, вот что непонятно. Двое мужчин на своих тачках проезжают пункт оплаты в одно и то же время и исчезают.

— Нет, Лоусон звонил жене, — возразил Дейли. — Сказал, что она его задавила, помните?

Оба задумались.

Дейли заговорил первым:

— Хотите, я позвоню миз Лоусон и спрошу, не знает ли она Конвелла?

Перлмуттер задумался, пощипывая нижнюю губу.

— Пока не надо. Да и поздно уже, у нее дети.

— Тогда что будем делать?

— Искать. Сперва поговорим с бывшей женой Рокки Конвелла. Посмотрим, не обнаружится ли связь между ним и Лоусоном. Проверь его машину по компьютеру, посмотри, что это даст.