Округ Форд - Джон Гришэм

А Бобби Карл считал себя умным мальчиком.

В ходе проведенных им исследований выяснилось, что министерство внутренних дел США зарегистрировало в стране 562 племени коренных американцев, но в их число не входит племя чокто в Миссисипи. Некогда штат был сплошь заселен индейцами – тут насчитывалось как минимум девятнадцать крупных племен, – но большую их часть в 1830-х силой вытеснили в Оклахому. Осталось лишь три тысячи индейцев племени чокто, и они прекрасно себя чувствовали, процветали благодаря казино.

Нужна конкуренция, это ясно. Дальнейшие исследования показали, что некогда второе место по численности в штате занимали индейцы язу – задолго до появления белого человека они населяли обширные земли к северу от Миссисипи, а это примерно половина нынешней территории штата, в том числе и округ Форд. И вот Бобби Карл заплатил несколько баксов фирме, проводящей генеалогические изыскания, и получил весьма сомнительную карту своего семейного древа, доказывающую, что его прапрадедом со стороны отца был язу, – иными словами, в его жилах текла одна шестнадцатая индейской крови.

И в голове его быстро сформировался план.

В тридцати милях к западу от Клэнтона, на границе с округом Полк, находился небольшой сельский магазин, владельцем которого был смуглый старик с длинными, заплетенными в косички волосами и бирюзой на каждом пальце. Прозвали его Вождь Ларри, в основном по той причине, что он утверждал, будто является чистокровным индейцем и что якобы у него имеются бумаги, подтверждающие это. Он был язу и гордился этим, а чтобы убедить местное население в своей аутентичности, помимо яиц и пива продавал в лавке дешевые индейские поделки и сувениры. На обочине трассы стоял типи^[8], сделанный в Китае, рядом в клетке спал престарелый черный медведь. Поскольку лавка Вождя была единственной в радиусе десяти миль, покупателей из местных хватало, а от редких сбившихся с пути туристов оставались бензин и снимки на память.

Вождь Ларри был своего рода активистом. Он редко улыбался и своим видом старался показать, что на плечи его пала вся тяжесть страданий целых поколений его давно забытых предков. Он строчил гневные письма конгрессменам, губернаторам и прочим чиновникам, а ответы, полученные о них, прикреплял к стенке за кассой. При малейшей провокации он пускался в горькие рассуждения о последних несправедливостях, выпавших на долю «его народа». Историческая несправедливость была любимой его темой, и он мог часами в самых ярких и душераздирающих выражениях описывать, как отняли «его землю». Большинство местных знали эту его привычку и отделывались скупыми комментариями, расплачиваясь за покупки. Впрочем, кое-кому даже нравилось придвинуть стул, усесться на него и послушать болтовню Вождя.

На протяжении вот уже почти двадцати лет Вождь Ларри занимался поисками потомков язу, оставшихся в округе. Большинство тех, кому он писал, не признавали или просто не хотели признавать своих корней. Они давно ассимилировались, переженились, смешались с местным населением, и до генетических изысканий Вождя им не было никакого дела. Ведь они белые! Ведь жили они как-никак в Миссисипи, так что малейший намек на текущую в жилах «цветную» кровь означал нечто худшее, чем признание принадлежности к коренному американскому населению. Из тех, кто потрудился ответить, большинство причисляли себя к англосаксам. Двое угрожали подать на Вождя в суд, а один и вовсе убить. Но Вождь Ларри не сдавался, он продолжал трудиться и, сколотив команду из двух дюжин отчаявшихся душ, подал заявку об официальном признании нации язу в соответствующее министерство.

Шли годы. В резервации по всей стране пришел игорный бизнес, и внезапно индейцев стали ценить.

Решив, что в его жилах течет кровь язу, Бобби Карл тоже тихо вступил в дело. С помощью известной юридической фирмы из Тьюпело на нужных людей из Вашингтона поднажали, и язу был дарован официальный статус племени. Земли у них не было, но по закону препятствием для официального признания это не являлось.

А у Бобби Карла земля имелась. Сорок акров заросших низеньким кустарником пустырей да роща сосны ладанной – как раз недалеко от трассы и того места, где стоял типи Вождя Ларри.

Когда из Вашингтона поступила бумага, гордое новое племя встретилось отметить это событие у магазина Ларри, на заднем дворе. Язу пригласили и своего конгрессмена, но тот приехать не смог – срочные дела в Капитолии. Они пригласили также других чиновников штата, но и те сослались на занятость. Они пригласили местных политиков, однако те тоже трудились на благо народа, им было не до праздников. Единственным бледнолицым гостем оказался какой-то мелкий секретарь из департамента внутренних дел, который и передал документы. Все язу, тоже бледнолицые, как и этот чиновник, были очень растроганы происходящим. Неудивительно, что Ларри единогласно избрали пожизненным вождем племени. О зарплате при этом не упоминалось. Зато было много разговоров о доме, о куске земли, на котором можно будет построить офис или штаб-квартиру. Словом, подчеркивалась необходимость выбора места для подтверждения своей принадлежности к индейцам и определения новых целей.

На следующий день на посыпанную гравием стоянку перед владениями Ларри вкатил бордовый «девилль» Бобби Карла. Лич не был знаком с Вождем Ларри, ни разу ничего не покупал у него в лавке. Он осмотрел поддельный типи, отметил облезлую краску на стенах, усмехнулся, увидев устаревшие газовые насосы, долго стоял перед клеткой с медведем, пока не убедился, что животное все-таки живо, затем прошел в лавку познакомиться со своим братом по крови.

К счастью, Ларри никогда ничего не слышал о Бобби Карле Личе, иначе просто продал бы ему бутылку содовой и пожелал счастливого пути. Бобби Карл отпил несколько глотков. Убедившись, что клиент не торопится, Ларри спросил:

– Живете где-то поблизости?

– На другом конце округа, – ответил Бобби Карл и ощупал поддельное копье – непременный атрибут вооружения апачей, – что стояло рядом с прилавком. – Поздравляю с официальным признанием.

Вождь гордо выпятил грудь, на лице впервые за все время возникла улыбка.

– Спасибо. А вы как узнали? В газетах напечатали, да?

– Нет, просто слышал. Во мне тоже течет толика крови язу.

Улыбка Вождя тотчас исчезла, его черные глаза с подозрением изучали дорогой шерстяной костюм Бобби Карла, жилетку, белоснежную накрахмаленную рубашку, кричаще яркий галстук, золотые браслеты, золотые часы, золотые запонки, золотую пряжку на ремне – словом, все, сверху вниз, до остроносых ковбойских сапог. Затем он принялся изучать волосы – явно крашенные и завитые, с мелкими кудряшками, пляшущими над ушами. Глаза – голубовато-зеленые, типично ирландские, взгляд осторожный. Вождь, разумеется, предпочитал иметь дело с себе подобными – с людьми, хотя бы отдаленно похожими на коренных обитателей Америки. Но в эти дни приходилось довольствоваться тем, что подворачивалось. Генетические признаки были настолько размыты, что достаточно было просто назваться язу, чтобы сойти за потомка индейцев.