Пора убивать - Джон Гришэм

У родственников попросили разрешения заснять на пленкупохороны. Братья Кобба ответили согласием – за деньги, конечно. Однако миссисУиллард наложила вето. Репортеры оставались у входа в траурный зал и снималитолько то, что могли. Они проследовали и на кладбище, снимая издалека, какгробы опускают в землю. Оттуда они ринулись было к дому миссис Кобб, но Фредди,теперь старший в семье мужчина, не затрудняя себя подбором слов, предложилпишущей братии убираться подальше.

* * *

В кафе в среду царила тишина. Завсегдатаи, в том числе иДжейк, молча следили за незнакомцами, заполнившими их уютное прибежище.Большинство посторонних были бородатыми, говорили с какими-то экзотическимиакцентами и не заказывали овсяных хлопьев.

– А не вы ли адвокат мистера Хейли? – прокричал один изчужаков через весь зал.

Джейк был занят намазыванием масла на кусочек тоста и никакне отреагировал.

– Так вы или нет, сэр?

– Ну допустим. – Джейк не повернул головы.

– Признают его виновным?

– Я завтракаю.

– Признают?

– Мне нечего вам ответить.

– Но почему?

– Я не отвечаю на вопросы во время завтрака. Я ем.

– А могу я поговорить с вами позже?

– Да. Нужно условиться о встрече. Я готов разговаривать зашестьдесят долларов в час.

Среди завсегдатаев раздались одобрительные возгласы, однакопришельцев и это не устрашило.

Джейк согласился на бесплатное интервью с корреспондентоммемфисской газеты, затем забаррикадировался у себя в «блиндаже» и сталготовиться к предварительному слушанию. В полдень он навестил своего ужезнаменитого клиента в тюрьме. Карл Ли выглядел даже отдохнувшим, всякоенапряжение с него спало. Из окна камеры он мог наблюдать за бесконечным потокомжурналистов, движущихся через автостоянку к дверям тюрьмы.

– Как тебе здесь? – спросил Джейк.

– Не так уж и плохо. Еда вполне приличная. Обедаю я вместе сОззи, в его кабинете.

– Что?!

– Да. А потом мы играем в карты.

– Ты смеешься, Карл Ли.

– Нет. Мы еще и телевизор смотрим. Вчера вечером видел тебяв новостях. Ты здорово выглядел. Я принесу тебе славу, Джейк, разве не так?

Джейк промолчал.

– А когда меня выпустят на экран? То есть я хочу сказать,что весь этот шум, стрельбу устроил я, а рекламу делают только тебе да Оззи. –Клиент улыбался, однако его адвокату было не до смеха.

– Сегодня, примерно через час.

– Да, я слышал, мы отправимся в суд. Зачем?

– На предварительное слушание. Там не будет ничегосерьезного, во всяком случае, не должно быть. Единственное отличие от всехпредыдущих – присутствие прессы.

– Что мне говорить?

– Ничего! Не вздумай никому и слова сказать. Ни судье, нипрокурору, ни репортерам. Никому! Мы будем сидеть и слушать. Слушать, что будетговорить прокурор, чтобы уяснить себе, как он хочет построить процесс.Предполагаю, что у них есть свидетели, вполне вероятно, их показания примут ксведению. Оззи сообщит судье об оружии, отпечатках пальцев и состоянии Луни...

– Как дела у Луни?

– Не знаю. Хуже, чем предполагалось.

– Мне действительно жаль, что с Луни так получилось. Я ведьего даже не видел.

– Так вот, тебе собираются предъявить обвинение в нанесениитяжких телесных повреждений. Но в любом случае предварительное слушание – эточистой воды формальность. Его цель – дать судье возможность оценить, достаточноли в его распоряжении свидетельств, чтобы передать твое дело на рассмотрениебольшого жюри. Буллард всегда поступает так проформы ради.

– Для чего же тогда все это нужно?

– Мы можем и отказаться, – объяснил Джейк, думая о том, чтоускользает прекрасная возможность лишний раз появиться перед камерами. – Но мнебы этого не хотелось. Это хороший случай посмотреть на дело глазами прокурора,понять, что он имеет против нас.

– Ладно, Джейк. Мне кажется, дело они получили как раз то,что надо, а?

– Пожалуй. Но мы будем только слушать. Это наша главнаястратегия. Договорились?

– Я согласен. Ты не говорил сегодня с Гвен или Лестером?

– Нет. Я звонил им в понедельник вечером.

– Они приходили вчера сюда, в кабинет Оззи. Обещали прийтисегодня в суд.

– Думаю, что сегодня в суде будут все.

Они попрощались.

На автостоянке на Джейка набросились репортеры, поджидавшие,когда Карла Ли будут выводить из тюрьмы. Джейку нечего было сказать как этимжурналистам, так и тем, что терпеливо стояли у дверей его кабинета. Он былслишком занят своими мыслями, чтобы отвечать на вопросы, но вот о направленныхна него камерах он ни на секунду не забывал. В половине второго Джейк вошел вздание суда и укрылся в библиотеке на третьем этаже.

* * *

Из окна кабинета Оззи Мосс и несколько других заместителейшерифа смотрели на журналистов и фоторепортеров и негромко проклинали их.Стрелки часов показывали без четверти два, пора было везти Хейли в суд.

– Напоминают мне стаю стервятников, поджидающих у дороги,пока машина не собьет какого-нибудь беднягу пса, – заметил Мосс, глядя сквозьшторки жалюзи.

– Самые бесцеремонные типы из тех, кого мне приходилосьвидеть, – добавил Празер. – Они не представляют, что кто-то может им в чем-тоотказать или просто сказать «нет». Уверены, что весь город будет за нимибегать.

– А ведь здесь еще не все – многие ждут у суда. Оззи был неочень разговорчив. Какая-то газетенка раскритиковала его за то, что он сумыслом не предпринял всех мер безопасности в здании суда и вокруг него. Оззиуже устал от прессы. Сегодня он дважды приказывал вывести журналистов изпомещений тюрьмы.

– У меня идея, – вдруг сказал он.

– Ну? – откликнулся Мосс.

– Куртиса Тодда еще не выпустили?

– Пока здесь. Выходит на следующей неделе.

– Он, так сказать, чуток смахивает на Карла Ли, верно?

– Что это значит?