Мгла - Рагнар Йонассон

– Машины тут никакой не было, верно? – стараясь перекричать ветер, спросила Хюльда.

– Что? Нет, – пробурчал Оуливер, всем своим видом показывая, что у него есть дела и поважнее, чем разгуливать по морскому побережью с какой-то теткой из полиции Рейкьявика.

Из Кеблавика сюда пешком путь неблизкий. Отчеты Александера опять же были составлены через пень-колоду – он даже не удосужился отметить, где конкретно было обнаружено тело. Должно быть, Елену сюда кто-то привез. А тот факт, что последний отрезок пути к морю непроезжий, тоже играл немаловажную роль. Однако Александер и об этом не упомянул.

– Эту дорогу закрыли для машин недавно? – спросила Хюльда.

– Нет, уже давно. Здесь больше никто не живет – осталась только пара-тройка полуразвалившихся хибар.

– Значит, вряд ли кто-то стал бы тащить тело до берега?

– Вы с ума сошли? Она наверняка в бухте и померла. Явно несчастный случай, ну или самоубийство. Какой смысл расследовать преступление, которого не было, когда полно серьезных дел? – безапелляционно заявил Оуливер.

Окружающая картина была безрадостной – лишь редкие морозостойкие растения, разбросанные тут и там, да одинокое корявое деревце.

Вскоре Хюльда с Оуливером оказались рядом с хибарами, которые располагались недалеко от бухты. Скорее всего, это был заброшенный хутор, который не пощадили ветра и ненастье. Подойдя ближе, Хюльда огляделась – вокруг не было и намека на присутствие человека, между тем патрульная машина давно исчезла из вида. И Хюльда поняла, что именно здесь, на морском берегу, без свидетелей, и убили Елену. «Как же ты сюда попала, Елена? – думала Хюльда. – И кто с тобой был?»

Елена оказалась здесь в разгар зимы, когда уединенность этого открытого всем ветрам места была, несомненно, еще ощутимее. Какие чувства она испытывала? Предполагала ли она, какая судьба ее ждет? Вряд ли… К этому моменту она уже получила известие о том, что сможет на законных основаниях остаться в Исландии. И наверняка пребывала в приподнятом настроении, от этого потеряла бдительность, не чувствуя никакой угрозы со стороны своего спутника…

– То, что тело нашли так быстро, – чистая случайность, – прервал размышления Хюльды Оуливер. – В этой бухте мало кто бывает, тем более зимой. На ее тело наткнулись проходившие мимо туристы. Они вызвали полицию, и мы с коллегой прибыли на место.

Между тем их взору предстала и сама бухта.

Она была небольшой, а ее красота неброской. Штормовой ветер напрасно старался взволновать ровную гладь моря. Взирая на эту мирную картину, Хюльда на мгновение ощутила себя в их с Йоуном старом доме на Аульфтанесе, в лоне семьи, в те счастливые дни, когда ничто не предвещало беды. Это ощущение улетучилось так же внезапно, как и появилось, и мысли Хюльды вновь обратились к Елене, которая больше года назад стояла на том же самом месте и, вероятно, испытывала те же чувства, что и Хюльда, глядя на море.

– Она лежала вон там, на берегу, лицом вниз. У нее были повреждения головы, но, как она их получила, точно не установлено. Вероятно, она упала, ударилась головой, потеряла сознание и утонула. Причиной смерти было утопление.

Осторожно ступая по скользким камням, Хюльда стала спускаться к кромке моря – она чувствовала необходимость оказаться как можно ближе к тому месту, где была обнаружена Елена.

– Осторожнее, бога ради! – крикнул Оуливер, стоя поодаль и наблюдая за Хюльдой. – Я не потащу вас обратно в машину, если вы сломаете ногу.

Хюльда остановилась. Дальше идти, наверное, не стоило. Глядя в морскую даль, она испытывала жалость и к Елене, и к самой себе. Она тосковала по своей прежней жизни, по старым добрым временам, и хотя у нее появился близкий друг в лице Пьетюра, ее не оставляло чувство одиночества. И в этот момент оно было ощутимо сильнее, чем когда-либо прежде.