Смертельно прекрасна - Эшли Дьюал

Если бы я только знала. Как во всем этом разобраться? Чувствую себя мошкой, угодившей в паутину. Мне страшно. Кто знает, что я вообще могу выяснить? Безопасно ли это? И стоит ли искать ответы?

– Ари, – неожиданно Хэйдан хватает меня за руку. – Ари…

– Что случилось?

– Каролина Саттор.

– Какая еще Каролина?

Хэйдан меняется в лице. Лыбится и хлопает ресницами, как идиот. И что это может значить?

Я замечаю миниатюрную шатенку. Ту самую, которая оказалась в школьном коридоре, когда мы с Мэттом вытаскивали из окна Бетани. Она мне допрос решила устроить? Просто замечательно.

– Эта твоя Каролина все видела там, в школе.

– Чудесно.

– Что в этом чудесного?

– Глаза у нее чудесные, – не отрывая взгляда от девушки, Хэрри приглаживает челку.

О, Каролина. Вспомнила. Мэтт говорил, что Хэйдан влюблен в нее с шестого класса.

– Ребята! – звонким голосом приветствует нас девушка.

– Привет, Каролина! – лицо Хэрри едва не трескается от широченной улыбки.

Девушка улыбается в ответ, сверкая синими эльфийскими глазами. Мне кажется, или она слишком уж красивая? Магически. Может, у нее и уши заостренные, как у эльфов?

– Как поживаешь? Я не пойду на искусствоведение. Передашь?

– Конечно! Что там произошло с Бетани? Я, кстати, Каролина. – Девушка протягивает мне ладонь. Не знаю почему, но внутри у меня неспокойно. – Я видела тебя. Ариадна, верно?

– Верно.

– Да кто знает, что произошло. Просто перегрелась она на очередной тренировке, – говорит Хэрри. – Тебе не холодно? Может…

– Ари, а ты что думаешь? – перебивает его Каролина, глядя прямо мне в глаза. Хэрри и не думает обижаться. А мне все это не дает покоя.

Мы с Каролиной сверлим друг друга взглядами… Ангельское лицо девушки слишком идеально. Ни родинки, ни складочки. Сомневаюсь, что такое возможно. Глаза невероятно синие, волосы невероятно пышные.

– Знаешь… нам с Хэрри пора, – какое-то предчувствие гонит меня прочь. Нужно уходить. Прямо сейчас.

– Что? – не понимает Хэрри, и я решительно хватаю его под локоть. – Ари, но…

– Нас ждут, – я буквально оттаскиваю парня от машины, – в следующий раз поговорим, о’кей?

– Кто нас ждет?

– Люди.

– Какие еще люди?

Я дергаю парня и цежу сквозь стиснутые зубы:

– Очень. Важные. Люди.

– О, – глухо протягивает он, но больше не сопротивляется, – верно. Те самые люди!

Мы отходим на несколько шагов, и Хэрри, едва не в самое ухо, шепчет:

– Что ты делаешь?

– Не знаю.

– Что?

– Я просто…

Неожиданно кто-то хватает меня за руку. Оборачиваюсь. Пальцы Каролины опоясали мое запястье, словно кандалы. Это уже совсем не смешно. Я набираю в грудь воздуха и собираюсь вырваться. Я вполне могу приказать ей отпустить меня. Но внезапно происходит нечто странное.

Каролина моргает, а когда поднимает веки, глядит на меня черными бездонными точками. Твою ж мать. Набранный в легкие воздух больно распирает грудь, глаза лезут на лоб. Происходит что-то очень и очень паршивое.

– Ариадна Мари Монфор, – треснувшим голосом произносит Каролина, тащит меня к себе и скалится. – Хозяин ждет тебя.

Девушка вскидывает свободную руку. Ухоженные ноготки, превратившиеся в толстые, уродливые когти, впиваются в мою шею с такой силой, что я истошно кричу. Каролина Саттор – совсем не ангельский цветок. Неожиданно я понимаю, что она – настоящий демон! И это парализует меня, потому что, пусть я и видела тетю Норин, я не была готова встретиться лицом к лицу с другими представителями этого мира. В глубине души я надеялась, что их и вовсе больше не существует. Но нет. Вот оно. Чудовище, лихо и безжалостно сжимающее мое горло. Я в него не верю, а оно реально.

– Ари, нет! – внезапно кричит Хэйдан и со всей силы отталкивает девушку от меня.

Она отлетает в сторону, а я оказываюсь в крепких руках парня. Он весь дрожит.

– Ари, надо бежать, – тараторит он, – Ари…

Каролина медленно поворачивает голову. Я едва не задыхаюсь. Черт возьми! Вместо рта у девушки скалящаяся пасть, острые зубы торчат и блестят от слюны, скатывающейся по подбородку. Каролина дергает плечом, и раздается жуткий хруст. Затем она выгибает под неестественным углом спину и вскидывает костлявые руки. Рык вырывается из ее горла, кожа чернеет, и уже через мгновение перед нами предстает монстр.

Сгорбленная, покрытая шерстью и безобразными шрамами, Каролина Саттор больше походит на того самого волка, что напал на нас в лесу.

Это и есть тот волк. То чудовище, которое пыталось убить нас в полнолуние!

– Беги! – ору я, и мы несемся прочь.

Животное рычит прямо за моей спиной, а я не могу обернуться, потому что боюсь потерять равновесие. Надо просто бежать. Бежать. Бежать.

Неожиданно оборачивается Хэйдан. Думаю, он хочет проверить, бегу ли я следом. Однако внезапно его ноги заплетаются, и он со стуком валится вниз.

– Хэрри, нет!

Монстр впивается зубами в его ногу. В уши бьет вопль боли. Перед моими глазами плавает черная пелена, я и сама едва не валюсь на землю.

– Отпусти его! – истошно ору я, вцепившись в футболку Хэйдана. Мои силы на исходе. Чудовище вертит головой, вонзая клыки все глубже и глубже в лодыжку жертвы. Нет, нет! – Хэрри! Пожалуйста, Хэрри!

Почему монстр не подчиняется мне? Почему не работает мой дар?

Кровь брызжет на асфальт. Парень, красный от пота и боли, кричит еще громче, вцепившись пальцами в мои локти.

– Ари! – умоляет он. – Помоги мне, помоги!

Я не могу, мне нельзя его отпускать! Но как тогда помочь? Что мне делать? Что делать?!

Прямо над моим ухом раздается пронзительный свист… Что-то пролетает возле моей щеки и с глухим треском вонзается в тело волка.

Чудовище испускает дикий рык и заваливается на спину. Я слышу, как скрипят его окровавленные зубы! Но затем что-то вновь звенит в воздухе. Вторая стрела входит в шею монстра, и он перестает биться в агонии.

Я потерянно оборачиваюсь и вижу Мэтта с натянутой тетивой. Он готов выстрелить еще раз, и еще. Глаза у него горят безумием и страхом. Мне и самой становится гораздо хуже. По телу проносится судорога. Я подползаю к Хэйдану, стиснув до боли зубы, чтобы не разреветься. Чтобы не закричать.

– Прости меня, – шепчу я, пройдясь пальцами по потному лицу парня, – боже, Хэрри, прости, прости. – Я обнимаю его и зажмуриваюсь. – Прости.

Я все-таки чувствую слезы на щеках. Прижимаюсь лбом к его трясущейся груди. Не хочу больше глаза открывать, дышать, говорить, но вдруг ощущаю ладонь на своем плече и нехотя отстраняюсь. Вижу Мэттью. Он смотрит на меня сверху вниз, пот скатывается по его бледному лицу.