Ужасы Фазбера. 1:35 ночи - Андреа Ваггенер

В классе было так тихо, что Девон услышал щебет птицы за окном. Он наконец посмотрел на миссис Паттерсон.

– Что?

– Что?! – Миссис Паттерсон покачала головой, и её светлые волосы, заплетённые в хвостик, устроили дикий танец.

Миссис Паттерсон не только преподавала английский язык, но и была тренером баскетбольной команды девочек. Она была высокой и широкоплечей и возвышалась над Девоном, хотя и в самом Девоне было сто семьдесят пять сантиметров роста – для своего возраста он был высоким. Жаль, что для игры в баскетбол ему не хватало координации. Может быть, тогда он смог бы…

– Девон, – уже мягче сказала миссис Паттерсон своим низким голосом, и Девон наконец-то поднял глаза на её широкое лицо. Ему даже удалось посмотреть прямо в её напряжённые синие глаза. Глаза у миссис Паттерсон были жуткие. Так считали все в классе. Она могла одним взглядом тебя испепелить. Девон радовался, что ещё стоит на ногах.

– Немедленно в кабинет мистера Райта, – приказала миссис Паттерсон.

Девон посмотрел на своё сочинение, смятое в руке миссис Паттерсон. Ему очень хотелось поспорить, но он лишь пожал плечами и пошёл к двери класса.

Хизер сидела на втором стуле от двери, в третьем ряду. Проходя мимо этого ряда, Девон украдкой взглянул на неё. Сработало?

Хизер смотрела на него. Смотрела прямо на него! Да!

Хизер Андерс, одна из самых популярных и уж точно самая красивая девочка в классе, никогда, ни разу, вообще ни разу не посмотрела на Девона. С точки зрения Хизер, да и большей части всего девятого класса, Девона вообще не существовало. Ну, или даже если она и знала о его существовании, то для неё он был просто ещё одним предметом мебели, вроде стула или классной доски. Если бы не лучший (и единственный) друг Девона, Мик, и благонамеренная, но очень надоедливая мама, Девон и сам бы начал сомневаться, что существует. Иногда он в этом был совсем не уверен.

Но сегодня он существовал. И Хизер увидела его. На пути к двери он торжествующе улыбнулся ей и показал большой палец.

Хизер закатила глаза и сказала:

– Блин, Девон. Ну ты и больной.

Девон ещё шире улыбнулся, расправил плечи, кивнул ей, а потом вышел из класса с таким видом, словно отправляется на важную встречу, а не на выволочку в кабинете директора.

У него получилось.

Хотя Хизер никогда не замечала Девона, он тщательно изучал Хизер. Наблюдал за ней. Слушал её. Хотел узнать о ней всё.

На прошлой неделе, пока Мик рассказывал ему о своём очередном любимом супергерое, Девон слушал, как Хизер болтает с подружками. Она жаловалась на своих четырёхлетних сестёр-близняшек, Хэлли и Хоуп.

– Они меня с ума сводят, – сказала она своей лучшей подруге Валери. – Я серьёзно, просто чокнулась уже с ними. Мне постоянно приходится с ними сидеть, а я это просто ненавижу. Они постоянно попадают в неприятности, ломают там что-то и прочее, а потом неприятности начинаются у меня. Ненавижу их!

В тот же день миссис Паттерсон дала классу задание – написать маленький рассказ. Тут-то Девон и понял, что у него есть шанс. Он воспользовался этим шансом и получил от него максимум.

Ну и что, что теперь придётся идти к директору? У лучших творческих людей под поверхностью прячутся невероятные глубины… и чаще всего их понимают неправильно.

Девон и Мик встретились после уроков в обычном месте – за школой, возле учительской стоянки. Девону не терпелось рассказать Мику, что вышло с Хизер. Он даже не подумал посмотреть на Мика, прежде чем уйти с урока английского, так что не был уверен, что его друг увидел, что же произошло. Мик любил грезить наяву. Он часто просто таращился в окно бог знает на что.

Когда Девон добрался до Мика, тот пытался одновременно удержать в руках ярко-фиолетовый рюкзак, тигра из папье-маше, пластиковый стаканчик со спиральной трубочкой, кучу книг, явно не влезавших в переполненный уже и без того рюкзак, и полупустую упаковку шоколадных кексов. Белая глазурь от съеденного кекса прилипла к нижней губе.

Девон показал на глазурь.

– А? Чё? Ой.

Мик вытер рот тыльной стороной руки, в которой держал тигра. Выглядело всё так, словно тигр пытается его загрызть. А ещё он из-за этого уронил всю стопку книг, которая тут же разлетелась по земле.

Девон покачал головой и нагнулся, чтобы собрать их. Он сунул их в свой тёмно-синий рюкзак, который был почти пуст. Уроки он уже сделал, пока сидел в кабинете мистера Райта, и, в отличие от Мика, Девон никогда не читал книг, если это было не обязательно.

– Извини. О, ты их собрал? – спросил Мик. – Спасибо.

Мик, прищурившись, посмотрел на Девона через круглые очки в тонкой оправе, потом смахнул рыжеватую чёлку с веснушчатого лба – и она так и осталась торчать вверх.

– А где твой проект по изо?

– Выкинул в мусорку.

– Зачем? Четырёхголовый осьминог был клёвый.

Девон пожал плечами. Он не стал говорить Мику, что считает, что делать зверей из папье-маше – занятие для маленьких детей, а учитель изобразительного искусства, мистер Стюард, поставил Девону двойку и прочитал ему целую лекцию о том, что надо следовать инструкциям, а не делать, что захочется.

– Это должно было быть изображение настоящего животного, мистер Маркс, – сказал ему мистер Стюарт.

– Откуда вы знаете, что четырёхголовых осьминогов не существует? – парировал Девон. – Человечество изучило лишь пять процентов океанского дна.

После этого мистер Стюарт замолчал.

Девону не нравилось читать книги, но это не значило, что он не читал вообще. Почти всё свободное время он проводил в интернете.

Мик сунул в рот второй кекс, и ребята ушли с территории школы.

Мик сделал шумный глоток через трубочку.

– Рассказ был просто офигительный, Дев. Меня чуть не стошнило прямо на парту.

Девон чуть подтолкнул Мика локтем.

– Отвратительно.

– Не отвратительнее твоего рассказа.

– Неважно. Ты видел, что сделала Хизер?

– Ну, она вся побелела, ну, её лицо. Думал, она в обморок упадёт.

– Ага. Но ты видел, что она на меня посмотрела?

Мик глянул на Девона; тот наклонился, взял круглый камешек и бросил его в знак «Стоп». Камешек с громким звоном попал точно в середину буквы «О».

– М-м-м, видел, да. Она на тебя так смотрела, словно готова была убить на месте.

– Не. Ты что, не слышал, что она сказала?

Мик поправил рюкзак.

– Слышал. Сказала, что ты больной.

– Но ты слышал, каким тоном она это сказала? Так обычно говорят «это круто».

Мик наморщил круглое лицо.