Остров Камино - Джон Гришэм

– Оно ужасно, – сообщила Ли. – Раньше я любила пиво, до того, как она завела себе пивоварню. Теперь я его терпеть не могу.

– Продолжай пить свой ром, милая, и мы отлично поладим, – отозвалась Майра и добавила, глядя на Мерсер: – Это пряный эль крепостью восемь градусов. Если не проявить осторожность, то можно запросто накиряться до чертиков.

– А почему мы все так и стоим в прихожей? – поинтересовалась Ли.

– Отличный вопрос! – похвалила Майра и, резко выбросив руку, показала на лестницу. – Идите за мной.

Сзади она производила впечатление тарана, расчищавшего путь в коридоре. Следуя за ней, они добрались до гостиной с телевизором и камином, а в углу находился бар с мраморной стойкой и всевозможными напитками.

– У нас есть вино, – предложила Ли.

– Тогда мне белого, – попросила Мерсер. Что угодно, лишь бы не брага.

Майра занялась напитками и принялась расспрашивать гостью:

– Итак, где вы остановились?

– Вряд ли вы помните мою бабушку Тессу Магрудер. Она жила в маленьком домике на пляже на Фернандо-стрит.

Обе женщины покачали головами. Нет.

– Но имя кажется знакомым, – заметила Майра.

– Она умерла одиннадцать лет назад.

– А мы здесь живем только десять лет, – сказала Ли.

– Домом по-прежнему владеет семья, так что в нем я и поселилась, – пояснила Мерсер.

– Надолго?

– На несколько месяцев.

– Хотите закончить книгу, верно?

– Или начать новую.

– Как и все мы, – вздохнула Ли.

– А договор на нее есть? – поинтересовалась Майра, гремя бутылками.

– Боюсь, что да.

– Это надо ценить. И кто ваш издатель?

– «Викинг».

Майра, переваливаясь, вышла из-за стойки и вручила Мерсер и Ли напитки. Потом подхватила литровую стеклянную банку с густым пивом и предложила:

– Пойдемте на улицу, где мы можем курить.

Было видно, что они курили многие годы.

Они прошли по деревянному настилу и расположились возле красивого столика из кованого железа рядом с фонтаном, где пара бронзовых лягушек извергала изо рта воду. Дворик надежно укрывали тенью старые амбровые деревья, и дул легкий ветерок. Дверь на крыльце не закрывали, и собаки приходили и уходили по своему усмотрению.

– Тут очень мило, – заметила Мерсер, когда обе хозяйки закурили сигареты.

Ли была высокой и худощавой. Майра – загорелой и мощной.

– Извините за дым, – сказала Майра, – но мы привыкли и никак не можем бросить. В свое время, давно, мы пытались, но те дни канули в Лету. Мы потратили кучу усилий и нервов, настрадались выше крыши, а затем решили послать все к черту. Все равно от чего-то придется умереть. – Она глубоко затянулась, потом выпустила дым и отпила самодельного напитка.

– Хотите попробовать? Не стесняйтесь.

– Я бы не стала этого делать, – посоветовала Ли.

Мерсер быстро сделала глоток вина и покачала головой:

– Нет, спасибо.

– Так коттедж, говорите, всегда был в семье? – переспросила Майра. – Значит, вы сюда давно ездите?

– Да, с самого детства. Я проводила тут лето со своей бабушкой Тессой.

– Как мило. Мне нравится.

Еще глоток пива. Седые волосы Майры, сбритые примерно на дюйм выше ушей, болтались из стороны в сторону, когда она пила, курила и разговаривала. У Ли примерно того же возраста собранные в «конский хвост» волосы были темными и длинными, без малейшего намека на проседь.

Обе, казалось, собирались забросать ее новыми вопросами, так что Мерсер решила сама перейти в наступление:

– А что привело вас на остров Камино?

Они посмотрели друг на друга, как будто история была длинной и непростой.

– Мы много лет прожили в Форт-Лодердейле и устали от суеты и толкотни. Здесь ритм жизни намного спокойнее. Люди приятнее. Недвижимость дешевле. А вы? Где у вас сейчас дом?

– Последние три года я преподавала и жила в Чапел-Хилле. А теперь я в переходной стадии.

– Что, черт возьми, это значит? – не поняла Майра.

– Это значит, что я, по сути, бездомная, безработная и мечтаю закончить книгу.

Ли фыркнула, Майра хмыкнула, и обе выпустили дым.

– Мы через это проходили, – заметила Майра. – Мы встретились тридцать лет назад, когда у обеих не было ни цента. Я пыталась написать исторический роман, и Ли – художественную хренотень, мысли о которой не оставила до сих пор, но никому наши опусы не были интересны. Мы жили на пособия и продовольственные талоны, работали за центы, и, главное, – никакого просвета. Однажды мы шли по торговому центру и увидели длинную очередь из женщин среднего возраста, которые чего-то ждали. Очередь тянулась в книжный магазин сети Уолдена, что имелись в каждом торговом центре, и там за столом сидела и купалась в лучах славы Роберта Доли, тогда одна из самых успешных авторов любовных романов. Я встала в очередь – у Ли для этого слишком много гордыни – и купила книгу, и мы заставили друг друга ее прочитать. В ней рассказывалось о пирате, который скрывался от британцев и бороздил Карибское море, нападая на суда и всячески бесчинствуя. И так получалось, что везде, где он бросал якорь, находилась потрясающая юная прелестница, которая только и ждала, чтобы ее лишили девственности. Полная бредятина. И тогда мы сочинили историю о южной красавице, которая так сдружилась со своими рабами, что в конце концов забеременела. Мы бросили на эту книгу все силы.

Ли добавила:

– Знаете, а справочной литературой для нас стали порнографические журналы. Там оказалось море всего, о чем мы и понятия не имели.

Майра рассмеялась и продолжила:

– Мы написали роман за три месяца, и я, преодолев сомнения, отправила его своему агенту в Нью-Йорк. Через неделю та позвонила и сообщила, что какой-то идиот предлагает пятьдесят тысяч в качестве аванса. Мы опубликовали его под именем Майра Ли. Оригинально, правда? Через год у нас уже была куча денег, и больше мы не нуждались.

– Так значит, вы пишете вместе? – удивилась Мерсер.

– Пишет она, – быстро ответила Ли, явно открещиваясь от соавторства. – Мы вместе работаем над сюжетом, что занимает минут десять, а потом Майра кладет его на бумагу. Во всяком случае, так было раньше.

– Ли слишком высокого о себе мнения, чтобы приложить к книге руку. Вот гонорары – другое дело!

– Майра, перестань, – улыбнулась Ли.

Та снова набрала полные легкие дыма и выдохнула его через плечо.

– Веселые были деньки. Мы настругали сотню книг под дюжиной имен и не успевали угнаться за спросом. Чем больше грязи, тем лучше. Почитайте на выбор. Сплошное бесстыдство.