Очевидец - Анна Богстам

– Боже мой.

Тишина. Пол, всегда умевший вовремя дать достойный ответ, кажется, на мгновение потерял дар речи.

– Когда это случилось?

– В выходные. Её нашли мёртвой на ферме под трактором. Я была там в связи с моей новой работой. Пол, её казнили. – Харриет тут же пожалела, что произнесла это слово.

Она слышит дыхание Пола на другом конце провода.

– Это правда?

– Зарезали ножом, – продолжает Харриет. – Но сначала её избивали.

Она слышит, как Пол хватает ртом воздух, как рыба, выброшенная на сушу.

– О, чёрт возьми. Полный мрак. Это на самом деле правда?

– Да, – отвечает Харриет.

– В деревне, должно быть, полная неразбериха?

– Да, так и есть.

Но несмотря на убийство и хаотичность событий, первое, что она видит перед собой, когда вспоминает о минувших днях, – это Эушен.

– Ужас, я бы хотела, чтобы ты был здесь, на самом деле.

Пол снова молчит. Харриет жалеет о своих словах. Она совсем не хотела вызвать у брата чувство вины. Она откашливается.

– Ты, кстати, знаешь кого-нибудь в Лервикене по имени Лия?

Пол не отвечает.

– Блондинка, примерно моего возраста? Очень хорошенькая.

– Извини, я смотрю сайт газеты Aftonbladet и одновременно пытаюсь слушать тебя. Харриет, мне нужно это переварить. Это же просто мрак. В голове не укладывается. А почему ты спрашиваешь, не знаю ли я какую-то Лию?

– Я встретилась с этой женщиной, когда гуляла. Почему-то она мне кажется знакомой. Похоже, что она примерно нашего возраста, поэтому я подумала, что ты мог её знать. Я должна её найти, это очень важно.

– Нет, я не знаю никакой Лии, – отвечает в конце концов Пол. – А зачем она тебе нужна?

– О’кей, я скажу, но пообещай, что это останется между нами. Она мне позвонила, чтобы рассказать одну вещь, а потом исчезла. Я думаю, что она может знать что-то об убийстве. Она сказала то, что мы утаили. Я должна была бы привести её в участок. Но я встретилась с ней одна. Я слишком увлеклась, а надо было подумать сначала. И теперь я не могу исправить свою ошибку, если я её не найду, – начала было Харриет.

– Что она сказала? – прерывает Пол. – Почему она хотела с тобой встретиться?

Голос Пола звучит жёстко, и Харриет сбивается.

– Почему она хотела со мной встретиться? – Харриет сметает со стола крошку и облизывает палец, к которому прилипла начинка булочки. – Думаю, потому что разошёлся слух о том, что я работаю над этим делом. Ты же знаешь Ивонн и её умение разносить толки по всей округе.

Кажется, Пол фыркает в трубку.

– Да уж, как не знать, Ивонн кого угодно может утомить своими рассказами, даже надоедает, – говорит он.

– Кстати, ты знаешь, кто такой Кеннет Йонссон? Это ещё один свидетель.

Слова текут непрерывным потоком изо рта Харриет. Ей нужен её брат больше, чем когда-либо, ей надо поговорить с ним. Ему она может рассказать всё, что угодно. Ей становится почти физически больно, когда она осознаёт, насколько ей не хватает брата.

– Харриет, стоп, остановись, притормози чуток. Я за тобой не успеваю. О боже, я просто в шоке. Убийство. – Он снова замолкает. – Кеннет Йонссон, да, я знаю, кто это, он живёт наверху, где сдают дачи, его мама убирает у Нюманов. Но вот эта Лия, про которую ты спрашиваешь, понятия не имею, кто это. Я же не знаком со всеми, кто живёт в Лервикене.

Где-то за его спиной слышен резкий звук.

– Харри, Ева-Лена идёт. Она в плохом настроении. – Пол понижает голос. – Мне нужно идти. Ты же знаешь, как это бывает. Извини. Я позвоню потом, как только смогу.

В трубке всё стихло. Харриет сидит с телефоном в руке и не отрывает взгляда от чёрного экрана. Неужели ему так необходимо было уйти? Они давно не звонили друг другу, а теперь даже не успели закончить разговор. В Лервикене произошло убийство, а ему важнее не сердить Еву-Лену. Это ни в какие ворота не лезет. Она не может вспомнить ни одного разговора, чтобы Ева-Лена не вмешалась, так или иначе. Кажется, что они с братом не разговаривали уже сто лет.

Ей нужна ещё одна сигарета.

На заднем дворе холодно. Большая его часть находится в тени. Тепло заканчивающегося лета, которое ещё чувствовалось с утра, исчезло. Харриет пытается встать в ту часть двора, куда ещё недавно попадали солнечные лучи, но кажется, что солнце больше не греет. Погода быстро меняется в конце лета, сегодня солнце, а завтра осень. Она держит сигарету в одной руке, а в другой сжимает мобильный. Он начинает звонить, и она мгновенно подносит телефон к уху. Она надеется, что это перезванивает Пол.

– Привет, это Ребекка Робертссон, с четвёртого канала ТВ, TV4. Мне нужен кто-нибудь, кто может ответить на вопросы об убийстве в Лервикене. Ты этим занимаешься?

Харриет останавливается посреди затяжки. Откуда у ТВ4 её номер телефона?

– У нас есть данные об обыске по адресу Лервиксстрандвег, 28, это так? – не делая пауз, продолжает женский голос.

– Я не имею права комментировать, обратитесь в отдел контактов с прессой, – говорит Харриет.

– Мы видим полицейские машины у залива. Эта операция связана с убийством? Ты можешь это подтвердить?

– Я думаю, что будет лучше, если вы обратитесь в отдел прессы, подождите, я продиктую номер. – Харриет отодвигает трубку подальше ото рта, чтобы Ребекка не слышала, как она выдыхает сигаретный дым.

– По этому адресу прописан Тони Хессельгрен, его подозревают? – продолжает Ребекка.

– Вам надо связаться с отделом связей с прессой. Секундочку, я только найду номер. – Харриет гасит сигарету. О чёрт, номер записан на белой доске в комнате следствия, ей надо идти обратно, чтобы его найти.

– Я держу в руках выписку из базы данных, он был неоднократно судим за серьёзные преступления раньше, это ваш главный подозреваемый?

– Сожалею, но я не могу ответить на эти вопросы, но если вы дадите мне свой номер телефона, то я попрошу кого-нибудь перезвонить вам, – говорит Харриет немного жёстче, чувствуя, как никотин вызывает шум в голове. Давно она не курила с таким азартом.

– Что у тебя за должность, Харриет, написать, что ты следователь в полиции?

– Нет, я не хочу, чтобы меня цитировали, я не тот человек, который комментирует дела, – отвечает Харриет и садится на разгрузочный помост пиццерии. Неужели это так трудно понять?

– Значит, обыск относится к делу, ага. Тогда, значит, Тони Хессельгрен подозреваемый? – быстро делает выводы Ребекка.

Харриет вздыхает. Репортёры бывают просто невыносимыми. А эта особенно.

– Я не хочу высказываться ни по какому поводу, говорите с моим шефом. Это Маргарета Блад.